Дело об убийстве пассажиров рейса МН17 «Малайзийских авиалиний» на Донбассе. День седьмой — защита Олега Пулатова выдвигает версию с украинским истребителем

22 июня
22:27 Защита Пулатова критикует методы расследования
21:04 Версия «украинского истребителя»: защита Пулатова просит проверить летные журналы украинской военной авиации
19:04 Защита Пулатова считает версию с атакой украинского истребителя на MH17 не до конца разработанной
16:52 Защита Пулатова выдвигает версию «гражданского щита»
14:30 Защита Пулатова: вопросы к объективности украинских доказательств
13:09 Защита Пулатова: цепочка командования и общественное мнение
11:58 «Другой взгляд на расследование»
11:05 Выступление защиты: критическая оценка расследования
11:00 Коротко о предыдущих заседаниях
Дело об убийстве пассажиров рейса МН17 «Малайзийских авиалиний» на Донбассе. День седьмой — защита Олега Пулатова выдвигает версию с украинским истребителем
Национальный монумент памяти погибших в катастрофе MH17, Гофддорп, Нидерланды. Фото: Игорь Бурдыга, Ґрати
Окружной суд Гааги продолжает слушания по делу о крушении боинга «Малайзийских авиалиний» 17 июля 2014 года в небе над Донбассом. В результате катастрофы погибли 298 человек, находившиеся на борту авиалайнера . Прокуратура Нидерландов предъявила обвинения в убийстве пассажиров и экипажа рейса МН17 троим гражданам РФ и одному гражданину Украины: бывшему командующему силами «ДНР» Игорю Гиркину, его заместителю Сергею Дубинскому, а также подчиненным последнего — Олегу Пулатову и Леониду Харченко. Рассмотрение дела находится на подготовительной стадии. Первый блок слушаний начался 9 марта и длился два дня, после чего суд объявил перерыв. Второй блок начался 8 июня.
11:00
22 июня
11:00
22 июня
Коротко о предыдущих заседаниях

Процесс все еще находится на стадии предварительных слушаний. На текущем этапе, начавшемся 8 июня суд должен принять решение: завершено ли в достаточной мере расследование в отношении Гиркина, Дубинского, Пулатова и Харченко, собраны ли необходимые для их обвинения доказательства.

Вся предыдущая сессия, длившаяся 8-10 июня практически полностью была отведена под выступление прокуратуры Нидерландов. Трое прокуроров представлявших обвинение три рабочих дня представляли краткую презентацию расследования причин катастрофы MH17 и собранных против обвиняемых доказательств.

Прокуратура подробно остановилась на методах следствия по проверке каждого типа собранных доказательств, контроле над показаниями свидетелей. Отдельно обвинение остановилось на так называемых «альтернативных сценариях«: проверке различных версий причин катастрофы, как правило распространяемых Россией.

В последний день прокуроры рассказали о  том, как формировалась основная версия о крушении боинга в результате попадания ракеты, выпущенной из ЗРК БУК-М1 в поле под Первомайским, Донецкой области, роли четырех обвиняемых в запуске этой ракеты, их возможном иммунитете.

После этого адвокаты Олега Пулатова — единственного обвиняемого, решившего представлять свои интересы в суде, получили право высказать свои замечания к расследованию. Защитники постоянно обращают внимание на сложности в работе, вызванные пандемией коронавируса и просят больше времени на подготовку.

 

11:05
22 июня
11:05
22 июня
Выступление защиты: критическая оценка расследования

Суд возобновил работу. Судья Стейнгаюс констатировал, что обвиняемые по-прежнему отсутствуют, кроме представителей Олега Пулатова. В зале – часть родственников в зале и их представители и представители прокуратуры

У защиты Пулатова есть полтора дня на выступление. Первой выступает адвокат Баудевейн ван Эйк. Он заранее предупреждает, что защита будет следовать пунктам презентации прокуратуры.

В мире сложилась «уникальная ситуация» с пандемией коронавируса, напоминает суду адвокат. Она повлияла на работу защитников и усложнила их работу. Потому все запросы к расследованию они задать не смогут и продолжат полноценно только после того, как ситуация с коронавирусом разрешится.

«Мы не будем говорить о виновности или невиновности, а о том, что еще нужно расследовать в рамках этого дела», — обозначает направление работы адвокат ван Эйк.

Он обращает внимание, что запросы к результатам расследования обычно делают в закрытом режиме, чтобы это не повлияло на показания свидетелей. Однако учитывая публичность процесса, защитник решил не просить об этом суд.

«В Нидерландах впервые за шесть лет расследования будут критически оценены его результаты и делать это будем мы. И мы понимаем, что будем в этой ситуации идти против течения», — обещает адвокат. — Мы предоставим другой взгляд на расследование.»

11:58
22 июня
11:58
22 июня
«Другой взгляд на расследование»

Баудевейн ван Эйк продолжает излагать позицию защиты Олега Пулатова — критику хода расследования. Он напоминает, как долго длилось расследование, какие огромные суммы денег были на него потрачены и какой огромный интерес со всего мира к нему прикован.

«Мы понимаем, что расследование не всегда было успешным, на его пути становились огромные препятствия: невозможно было провести следственные действия на месте крушения, прокуратуре не удалось опечатать место и четыре месяца она вообще не имела к нему доступ. Это означает, что возможны манипуляции и подтасовки с найденными доказательствами, ведь только 30% обломков удалось найти и восстановить и то с нарушениями процедур», — говорит защитник.

Он также обращает внимание, что прокуратура Нидерландов не могла самостоятельно руководить перехватами звонков и зависела в этом от СБУ. Украинская же спецслужба предоставила записи переговоров только боевиков «ДНР», но не украинских военных. Само же следствие не имело возможности получать данные с телекоммуникационных вышек сразу же после крушения, а значит телекоммуникационные данные в этом расследовании следует воспринимать с особой осторожностью.

Адовокат ван Эйк также обращает внимание, что следствие так и не установило мотив запуска ракеты, сбившей MH17. Тем не менее сценарий с атакой БУК-а был принят прокуратурой как основной на ранней стадии расследования.

«Смогло ли следствие избежать соблазна делать преждевременные выводы?, — задается вопросом защитник , — Только дальнейшее расследование может показать это».

Адвокат выразил сомнение в объективности экспертов, которые предоставили свои выводы для расследования -ведь они работали не над отдельными исследованиями, а целым комплексом экспертиз, фактически подтверждая данные друг друга. Учитывая количество проведенных исследований, эксперты фактически диктовали следствию доказательства, считает ван Эйк.

Защитник также сомневается в интерпретации прокуратурой некоторых доказательств. Он приводит в пример разговоры диспетчеров минутами после исчезновения МН17, в которых звучит вопрос: «Кто-то видел МН17?» В ответ звучит: «Нет, ничего, мы ничего не видим». Прокуратура интерпретирует это, как отсутствие вокруг других самолетов. То есть обвинение предполагает, что если бы были какие-то еще самолеты, то о них бы сказали в эфире. К тому же, перевод разговора на нидерландский, показанные на экране в суде, не сходится дословно с текстом перевода в материалах дела, обращает внимание адвокат.

Баудевейн ван Эйк напоминает, что следствие не окончено — оно продолжается в отношение экипажа БУКа, командования. Не выясненными остается , кто дал приказ о запуске ракеты, цель этого запуска и кто его осуществил. «Как в такой ситуации можно оценить ответственность Пулатова за крушение? Похоже, прокуратура слишком рано сделала выводы»,  — считает адвокат обвиняемого.

13:09
22 июня
13:09
22 июня
Защита Пулатова: цепочка командования и общественное мнение

«Свидетельства против Пулатова не полное, — продолжает утверждать адвокат ван Эйк. — Например, важно изучить цепь командования».

Он напоминает о подозреваемом Владимире Цемахе — командующим противовоздушной обороны в городе Снежном, неподалеку от предполагаемого места запуска ракеты БУК, в в июле 2014 года. В 2019 году Цемаха похитили из Снежного украинские спецслужбы, он дал показания нидерладнскому следствию, но в сентябре был освобожден в рамках первого «большого обмена» заключенными между Украиной и РФ.

Бывший командующий «противовоздушной обороной ДНР» в Снежном Владимир Цемах (слева) во время интервью. Скриншот RT

Один из свидетелей по делу, рассказывает ван Эйк,  в своих показаниях утверждал, что слышал от другого свидетеля, что Цемах якобы сказал, рассказал о том, как сбил самолет — вероятно МН17. Но сам Цемах отрицал это и говорил, что никогда не видел БУК.

В результате, прокуратура пришла к выводам, что у них недостаточно материала, для обвинения Цемаха. «По моему мнению, командир воздушной обороны в Снежном, это ключевая фигура в главном сценарии прокуратуры, — говорит защитник Пулатова, — Не только для оценки фактов, но и для установления командования и цепи ответственности».

Адвокат ван Эйк считает, что следствие обязано выяснить, действовал ли Пулатов под командованием Цемаха или автономн и от кого втаком случае принимал приказы. На эти вопросы, по его мнению, в деле ответов нет.

«Все это приводит нас к выводу, что обвинения по отношению к Пулатову далеки от того, чтобы оценить их в суде», — считает адвокат.

Отдельно защита Пулатова возмущается процедурой публикации доказательств в последние годы — фактически, до предъявления конкретных обвинений. По мнению адвоката ван Эйка, Объединенная следственная группа (JIT)  уже вскоре после крушение определила главный сценарий — это видно уже из сообщения о вызове свидетелей в 2015 году.

Тогда же было опубликовано видео транспортировки БУК-а и часть перехваченных разговоров. В сентябре 2016 года JIT показала анимацию с транспортировкой БУКа и еще часть перехваченных переговоров. «На этих этапах следствие заявило, что «убеждено» и что у него есть «неоспоримые доказательства» того, что МН17 сбила ракета БУК. И это же мы читаем четыре года спустя в обвинительном акте. Также почему в сентябре 2016 было необходимо показывать видео полевого теста запуска БУКа?», — обращает внимание адвокат.

По его мнению, таким образом следствие пыталось сформировать общественное мнение  в пользу основной версии. «Мы выступаем против такого», — заявляет он, — Кто теперь поверит в другой сценарий, кроме того, что придерживалась Следственная группа с ранних стадий расследования?»

14:30
22 июня
14:30
22 июня
Защита Пулатова: вопросы к объективности украинских доказательств

Адвокат Баудевейн ван Эйк продолжвет излагать свою критику расследования JIT и обнародованной на позапрошлой неделе презентации. Он не доволен составом материалов дела и тем, что они изложены не в хронологическом порядке: нет объяснений почему на том или ином этапе были необходимы именно эти конкретные следственные действия.

Отдельно защитник обращает внимание суда на то, что большая часть доказательств собрана украинской частью JIT.

Так, например, ван Эйк напоминает, что с 1 октября 2014 и далее в Украине разобрали и исследовали 2 ракеты БУК. Однако на тот момент у следствия еще не было точных данных о том, что боинг был сбит именно этой ракетой — на тот момент следователи не успели собрать обломки, однако начали нарабатывать справочный материал о противовоздушных ракетах той же самой серии, на которой фокусируется расследование в течении 5 лет.

Согласно материалам дела, когда международная следственная группа приехала на полигон в Малин для испытаний, ракеты были уже на месте — украинская все уже подготовила, следователи приехали, открыли контейнеры и получили готовые результаты. «Почему Украина на такой ранней стадии идентифицировала, что это те самые ракеты?» — задается вопросом адвокат ван Эйк. По его мнению, украинские следователи пришли к выводу о том, что  МН17 сбила ракета БУК сепаратистов в первые же дни, а JIT приняла эту версию как главную.

Записи телефонных разговоров и другие телеком-данные, следствие также получило от украинских властей, напоминает защитник Пулатова. Разговоры записывала СБУ — те, что имели отношение к МН17 передавались команде, известной как «Центр ситуационного реагирования СБУ» в Киеве и там анализировались.

Какие разговоры при этом не вошли в дело — непонятно. В материалах содержатся разговоры сепаратистов, но нет переговоров между украинскими военными за это же время. «Если бы JIT хотела расследовать сценарий с военным самолетом (сбившим MH17 — Ґ), то эти материалы были бы в деле. Или если бы JIT хотела расследовать сценарий с украинским БУК-ом, то записала бы разговоры украинских военных. Из материалов дела мы не понимаем, были ли записаны такие разговоры, просила ли JIT записать их?», — рассуждает адвокат ван Эйк.

Украинская сторона также собирала пробы грунта на военной базе в Краматорске после того, как там были запущены ракеты БУК. Но отчетов об этом в материалах дела нет, обращает внимание защита Пулатова, замеры проводились без других представителей следствия со стороны Нидерландов или других стран. При этом проб с предполагаемого места запуска ракеты из-под Первомайского у следствия не было до 2015 года, но в материалах дела не объясняют, почему так вышло. Адвокат ван Эйк при этом обращает внимание суда, что у многих людей был допуск к месту крушения на территории «ДНР» — туда, например, могли попасть многие журналисты.

Отбором свидетелей также занималась СБУ, напоминает защитник — как их отбирали, и какие показания не стали учитывать из дела непонятно. Ван Эйк при этом не считает надежными показания свидетелей-сепаратистов , арестованных по другим обвинениям в Украине.

Тела с останками жертв катастрофы грузят в рефрижератор. Торез, июль 2014 год. Фото: Игорь Бурдыга, Ґрати

Кроме того, он обращает внимание на первичную экспертизу останков жертв. «Аутопсия 37 тел проводилась в Украине — в материалах дела не указано, кто конкретно их проводил, какой уровень экспертизы был у этих людей. Это нужно расследовать», — настаивает адвокат.

Отдельно ван Эйк обращает внимание, что Олег Пересада — представитель Украины в JIT от Украины, под руководством которого шло расследование, уволен из украинской прокуратуры в результате переаттестации в прошлом году. При этом расследование хоть и проходило под контролем прокуратуры, но практическую его часть проводила СБУ.

«Методы работы служб безопасности, таких как СБУ, не фокусируются первично на нахождении правды, но фокусируются скорее на службе национальным интересам», — говорит адвокат ван Эйк. В качестве примера он приводит доклад 2003 года американских и британских спецслужб о ситуации в Ираке. В зале суда включают запись доклада от 5 декабря 2003 года на заседании Совбеза ООН, послужившего поводом для вторжения сил антитеррористической коалиции в страну. В последствие доклад неоднократно критиковали за манипуляции с доказательствами разработки оружия массового уничтожения, а также о связях режима Саддама Хуссейна с Аль-Каидой.

Возвращаясь к расследованию катастрофы MH17 адвокат отмечает, что если СБУ и и предоставляло неверную информацию, то JIT  никогда не классифицировало ее как «вводящую в заблуждение» —  хотя именно так характеризовали сообщения от российской стороны.

Соглашение сторон JIT говорит о том, что члены группы принимают решение, основанное на консенсусе, напоминает ван Эйк. Если консенсуса нет, то решение принимает лидер группы — Нидерланды. Защита Пулатова считает, что группа очень сильно зависела от кооперации с Украиной в вопросе сбора свидетельств, поэтому следствие спорные моменты между членами следственной группы и найденные компромиссы следовал отобразить в материалах дела.

 

16:52
22 июня
16:52
22 июня
Защита Пулатова выдвигает версию «гражданского щита»

В своем выступлении адвокат ван Эйк периодически возвращается к мысли: украинская сторона могла быть заранее предрасположена к версии о том, что МН17 сбила ракета БУК, поставленная из России и не была заинтересована в расследовании других причин катастрофы.

Он еще раз обращает внимание на данные о полетах украинской военной авиации над Донбассом 17 июля 2014 горда: журналы регистрации, показывающие, что таких полетов не было, украинская сторона предоставила JIT только 15 января 2016 года. В отчете не сказано, почему эта информация была предоставлена так поздно.

«Неужели было так сложно сразу предоставить эти журналы?» — удивляется ван Эйк. — Есть подозрение, что украинский военно-воздушные силы использовали гражданский самолет как человеческий щит, когда бомбили военные цели на восточной Украине».

Адвокат показывает суду видео, на котором 19 июня 2014 года Елена Коленкина, будущая жена полевого командира ДНР Арсена «Мотороллы» Павлова рассказывает, как ушла в ряды ополчения, из-за того, что в городе нет света, воды, а украинская армия «с боевых самолетов, скидывает бомбы на жилые кварталы».

Помимо прочего Коленкина рассказывает о недавнем прошествии в Славянске, свидетельницей которого она якобы была: над городом пролетал пассажирский самолет, а боевой самолет украинской армии попытался за ним скрыться, после чего скинул бомбу на жилой район Семеновку.  Таким образом, делает выводы девушка, пилот военного самолета хотел спровоцировать ополченцев выстрелить в гражданский борт, чтобы «произошла глобальная катастрофа».

Информация об авиационных бомбардировках Славянска неоднократно опровергалась штабом АТО и независимыми наблюдателями.

Адвокат ван Эйк также зачитывает показания некоего украинского военного по фамилии Будник, якобы арестованного в Горловке 17 июля 2014 года. «Ґратам» не удалось найти информацию о военнопленном с такой фамилией.

Будник рассказывает, что 17 июля время от времени слышал выстрелы и сирену воздушной тревоги — по его словам это были «наши воздушные силы, которые бомбили сепаратистов» в тот день. Ван Эйк включает видео на котором слышно звук самолета. «Я не думаю, что украинский солдат бы ошибся по поводу того, что он слышит, когда речь идет о таких звуках, как на этом видео», — говорит он.

Защитник предполагает: если подозрение о том, что украинский военный самолет использовал гражданский борт в качестве «человеческого щита», то прокуратура могла бы обвинить армию в в военных преступлениях.

«Абсолютно ясно, что выбор, который сделала следственная группа, сходится с позицией правительства Нидерландов, что очень понятно из документов парламента — то есть мягкое отношение к Украине, но жесткая позиция по отношению к России», — утверждает он.

Адвокат ван Эйк принимается рассуждать о конфликте на востоке Украины. В презентации прокуратуры, напоминает он, сказано, что конфликт начался в феврале 2014, когда в Донецкой и Луганской областях начали захватывать админздания.

«Основываясь на этом описании мы ничего не узнаем о факте, что в Украине произошел переворот — украинская революция — во время которой правительство и президента Януковича свергли прозападные националисты», — пытается отмотать исторический контекст адвокат.

Он кратко пересказывает историю протестов зимы 2013-2014 года: отказ Виктора Януковича подписывать соглашение об ассоциации, захват правительственных зданий в Киеве и на западе страны, эскалацию и расстрелы  на Майдане. Участников протестов адвокат упорно называет «прозападными националистами».

«Как мы должны смотреть на Украину? — задается философским вопросом ван Эйк. — Украина занимает 126 место по индексу коррупции из 180 стран. У РФ похожий уровень. Недавно большое число прокуроров было уволено по подозрению в коррупции, среди них шестеро были вовлечены в расследование МН17, включая прокурора Пересаду, который в соглашении JIT указан как лидер группы».

Адвокат отмечает, что после увольнения один из украинских прокуроров в интервью говорил: что доказать вину России в катастрофе MH17 было делом его жизни. «Думаю, этот комментарий вносит ясность, какая позиция была у Украины — указывать на вину России. И это вовсе не желание и намерение раскрыть правду. Это одна из причин, почему необходимо смотреть на расследование критически, что касается позиции Украины», — заканчивает свое выступление ван Эйк.

Председатель объявляет перерыв.

19:04
22 июня
19:04
22 июня
Защита Пулатова считает версию с атакой украинского истребителя на MH17 не до конца разработанной

После перерыва слово берет адвокатка Сабина тен Дуссхате. Она предлагает суду просмотреть целый ряд видеозаписей, на которых очевидцы говорят о том, что видели в непосредственной близости от падающего боинга украинский истребитель.

На одном из них закадровый голос представляет женщину по имени Велентина, которая якобы первые снимки крушения MH17. Валентина рассказывает об «авианалете на Луганск и Снежное»: «Украинские СУ постоянно баражжировали небо над Донбассом — бесконечно. В тот день в небе как обычно кружились украинские «сушки». Один зашел со стороны Саур-Могилы, с какой стороны заходил второй — не знаю. Шум-гам, кружились на одном месте, после чего прозвучал громкий взрыв, украинский самолет явно ушел в реверс и после этого начался чудовищный гул».

Защита также включает видеозапись, сделанную неподалеку от места катастрофы британским блогером Грэмом Филлипсом, активно работавшем на Донбассе в 2014-2015 годах. На ней футболисты также утверждают, что видели рядом с боингом Малайзийских авиалиний два украинских истребителя.

После этого адвокаты Пулатова прокручивают еще несколько видеозаписей, в том числе материалы журналистов российского государственного телеканала Russia Today и русской службы BBC, а также любительские интервью на Youtube. На всех записях свидетели говорят об украинских истребителях.

На еще одном видео — снятом через несколько дней после катастрофы — канадский журналист Майкл Боцюркив, на тот момент занимавший пост спикера специальной мониторинговой миссии ОБСЕ в Украине, рассказывает своей коллеге Сьюзен Ормистон о характере поражений самолета. «Части фюзеляжа были расстреляны как будто из пулемета… Нас также спрашивали — видели ли мы какие-то части ракеты? Нет, мы не видели. Даже если бы там они были, то мы не натренированы, чтобы различить их«, — говорит Боцюркив.

Более того, продолжает Сабина тем Дуссхате, часть свидетелей, чьи показания есть в материалах дела, также утверждали, что видели боевые самолеты рядом с МН17. Адвокатка перечисляет номера засекреченных свидетелей и некоторые фамилии, среди них: Безлер, Гиркин, Куприян, Остренко, Поворознюк, Скляренко.

24 человека сделали одно или несколько заявлений в отношении факта, что они сами или другие люди видели истребители. «Как это возможно, что прокуратура, несмотря на эти свидетельства, приходит к выводу, что нет серьезных причин продолжать расследование в эту сторону, и что не было никаких истребителей», — удивляется адвокатка Олега Пулатова.

Сабина тем Дуссхате говорит, что защита хотела бы провести повторный допрос свидетелей, которые видели или слышали от других, об истребителях, а также тех, кто не видел истребителей, но мог их не заметить.

Адвокатка также просит дополнительно изучить метаданные твитов «авиадиспетчера Карлоса» — первого свидетеля якобы видевшего украинский истребитель на радарах. На прошлой сессии прокуратура ссылалась на журналистское расследование, доказывавшее, что «испанский диспетчер», ответственный за распространение версии про «украинский истребитель» —  Хосе Карлос Барриос Санчес, сбежавший из Испании в Румынию после обвинений в мошенничестве и вероятно получивший за свои свидетельства об истребителе 48 тысяч долларов.

Защита Пулатова просит продолжить расследование и дополнительно изучить данные радаров в контексте сценария атаки «воздух-воздух». Данные первичного радара, которые получило следствие, показывают, что рядом с МН17 не было других самолетов  Это основание, на котором прокуратура приходит к предварительному выводу, что не было истребителя.

Но допрошенные следствием диспетчеры — непоследовательные, считает адвокатка тем Дуссхате. Например, инженер Тимошенко, сказал, что проводил плановый ремонт радара выключенным, хотя это и необязательно. Следственная группа не стала расследовать это его заявление далее, хотя по мнению защиты, должно было. «17 июля был критическим моментом в украинском вооруженном конфликте. Кажется очень невероятным, что в этот день во всем регионе работал только один радар», — удивляется работе украинских авиадиспетчеров нидерландская адвокатка.

В качестве аргумента она приводит интервью нидерландского журналиста Стефана Бэка с украинским военным — штурманом авианаведения Александром Волковым. В нем Волков, служивший в Харькове на командном авиапункте, утверждает, что 17 июля 2014 года небо над Донбассом мониторили несколько радаров.


Сабина тем Дуссхате приходит к выводам, что работа диспетчерских служб требует дополнительного расследования.  Она хотела бы допросить командование украинской армии о работе радаров в регионе а также расспросить инженеров, о том, какие радары были выключены 17 июля 2014 года и насколько было необходимо проводить их ремонт.

 

21:04
22 июня
21:04
22 июня
Версия «украинского истребителя»: защита Пулатова просит проверить летные журналы украинской военной авиации

Адвокатка Сабина тен Дуссхате после небольшого перерыва продолжает говорить о версии «украинского истребителя». «Прокуратура отбросила этот вариант основываясь на трех вещах: показаниях свидетелей (которые мы считаем нужным проверить), данных радара (которые, мы считаем, нужно дорасследовать) и планах полетов и журналов регистрации», — поясняет она.

Данные регистрационных журналов защита Пулатова также хочет исследовать дополнительно. В некоторых из них, как говорит тен Дуссхате , указано время полета, но нет маршрута. В других — указаны имена командиров, но непонятно, были ли эти командиры пилотами.

Есть дополнительные причины, почему нужно продолжать расследование в этой части, говорит защитница. Российские власти предоставили документы, которые были полностью расследованы рядом экспертов, чтобы оценить их подлинность. Но планы полетов, предоставленные украинскими властями, никакие эксперты их не расследовали.

Во-первых, защита обращает внимание, что по документам, украинские истребители летали 17 июля 2014 — но не над «ДНР» и «ЛНР». «Как это понимать? Нам говорят, что Украина выполняла боевые задачи, но не над территорией боевых действий?! Это нелогично, учитывая что были свидетели, которые видели истребители», — удивляется адвокатка.

Она вспоминает историю пилота вооруженных сил Украины Владислава Волошина, которого российские СМИ, в частности «Комсомосльская правда» в 2014-2015 называли виновным в атаке на MH17. Луганчанин Волошин служил летчиком 2-го класса боевой пары самолетов Су-25 299-й Николаевской бригады тактической авиации до 2017 года, принимал участие в боях на Донбассе. В деле о катастрофе MH17 проходил как свидетель: утверждал, что 17 июля 2014 года он провел около часа в своем самолете, но не поднимался в воздух. Имени Волошина нет в летных планах, обращает внимание тен Дуссхате.

Тем не менее она напоминает, что бывший техник Днепропетровского аэропорта Евгений Агапов, в 2014 году переехавший в оккупированный Крым, рассказывал местным журналистам, что видел, как Волошин готовился к бою в истребителе. Агапов утверждал, что за час до падения боинга с Днепропетровского аэродрома вылетели три боевых самолета, причем самолет Волошина был вооружен боевыми ракетами, а два других истребителя не вернулись с задания. Агапов также говорил, что по возвращению Волошин в разговоре с другим пилотом по имени Яков отметил, что боинг оказался в неправильном месте в неправильное время.

Владислав Волошин получает награду «Народный герой Украины», 2017 год. Фото: УНИАН

Якова допросила следственная группа, он якобы единственный человек, у которого был доступ к журналам регистрации полетов и утверждал в показаниях, что 17 или 18 июля 2014 года боевых вылетов не было.

Владислав Волошин уволился из вооруженных сил в 2017 году и вскоре возглавил гражданский аэропорт Николаева. 18 марта 2018 года он покончил с собой — наиболее вероятной причиной самоубийства в СМИ называли, конфликт бывшего летчика с руководством обладминистрации из-за проекта реконструкции аэропорта. В декабре того же года полиция закрыла дело о самоубийстве.

Волошин был важным свидетелем для следствия, считает тен Дуссхате, и его смерть очень подозрительна  в свете его возраста и предположительного убийства. «Но об этом нет ничего в материалах дела. И это говорит о том, что расследование неполное», — приходит к выводам адвокатка.

Она перечисляет, кого из свидетелей защита хотела бы заслушать, чтобы прояснить ситуацию с журналами полетов: Евгения Агапова, авторов летных планов и отчетов о получении этих планов, а также следователя, расследовавшего смерть Владислава Волошина.

22:27
22 июня
22:27
22 июня
Защита Пулатова критикует методы расследования

Напоследок слово снова берет адвокат Баудевейн ван Эйк. Около 40 минут своего выступления он посвящает критике методологии расследования, которое считает недостаточно объективным.

По мнению защитника для большей объективности, JIT следовало выбрать другой принцип взаимодействия с экспертами — каждый отдельный эксперт должен проводить отдельное исследование. В этом же деле, группы экспертов каждый раз подтверждали результаты своих предыдущих экспертиз новыми.

Ван Эйк заявляет, что необходимо дальнейшее исследование ЗРК БУК и проверка экспертиз о повреждениях на обломках самолета. Помимо этого он  просит повторно изучить записывающее устройство из кабины пилотов.

На этом защита заканчивает представлять свои замечния к расследования. Судья Стейнгаюс объявляет перерыв до 11:00 вторника по Киевскому времени.


Материал подготовлен при финансовой поддержке Министерства иностранных дел Чешской Республики в рамках Transition Promotion Program. Взгляды, изложенные в тексте, не отражают официальную позицию МИД Чешской Республики.