«По поручению других органов». Дорожно-патрульная служба в Крыму участвует в задержаниях и похищениях людей — свидетельства потерпевших
Задачей дорожно-патрульной службы является контроль дорожного движения, но в Крыму ее сотрудников постоянно видят в оцеплении во время обысков в домах крымских татар, а также на резонансных судебных процессах в отношении активистов, гражданских журналистов и религиозных деятелей, когда возле здания суда собираются близкие и друзья арестованных.
Кроме того правозащитники документируют случаи, когда инспекторы ДПС останавливают жителей Крыма на автодорогах, а потом задерживают и передают их спецслужбам или везут в отдел полиции, где во внутреннем дворе задержанных ждут вооруженные люди.
«Ґрати» поговорили с пострадавшими, которые пережили похищения с участием инспекторов ДПС, и их адвокатами.
Остановка
«Когда ночью меня остановили сотрудники ДПС, подозрения у меня не было. Они вели себя достаточно спокойно, обыденно», — рассказывает 29-летний Мамбет Асан-Уста из поселка Кировский.
Крымский татарин занимается обслуживанием кофейных автоматов и растит двух несовершеннолетних дочерей. Его машина сломалась в ночь с 18 на 19 мая 2023 года. Он вызывал друзей на помощь и ехал за их машиной на буксире, с включенными аварийными сигналами. Когда увидел патруль, остановился.
«Они подошли сначала к первой машине, которая меня тянула, проверили ее документы, потом уже перешли ко мне, спросили мои документы. Транспорт, на котором я передвигался, находился на крымских номерах — не на номерах РФ. Они получили мое согласие на проезд с ними, мол, не переживай, нам просто надо пробить по базе машину и все. Думал, чем быстрее я поеду, тем быстрее вернусь домой. Плюс у меня не было обязательной медицинской страховки», — рассказал Мамбет и добавил, что сотрудники ДПС также сослались на отсутствие пустых бланков.
За несколько часов до этого он заметил, что за ним постоянно следуют две машины. Ему запомнилась белая «лада веста», но тогда Мамбет подумал, что это просто участники дорожного движения.
«Я выезжал в центр села, потом на крайние улицы, и постоянно машина эта проезжала. Когда они остановились возле станции техобслуживания, куда я приехал, автослесарь подошел к сотруднику ДПС и спросил: «Что за суета? Что вы ездите здесь?». Тот ответил: «Мы ищем здесь мотоцикл. Водитель пьяный, вот поэтому катаемся». И это еще больше отбило у меня какие-то подозрения», — вспоминал Мамбет.
Поэтому он почти сразу согласился поехать в отдел полиции, когда его ночью на трассе остановили сотрудники ДПС. Ему пообещали, что разговор не займет больше получаса.
Мамбет спокойно зашел в здание отдела полиции по Кировскому району Крыма. На проходной его не зарегистрировали в журнале. В самом здании, по словам Мамбета, его не трогали — «никаких рукоприкладств не было».
Через некоторое время сотрудник ДПС Евгений Дегтярев сообщил, что «машина чистая, ровная». Но на него составили протокол за отсутствие обязательной страховки. Это единственный документ, который Мамбет подписал в тот вечер. После чего один из полицейских повел его на выход через задний двор.
«Он меня начал выводить через задний выход. «Поставишь машину на 82-й регион и будешь спокойно ездить», — говорил мне спокойным тоном. Когда я у него спросил, почему мы через задний выход идем, он говорит: «Машина здесь, на которой мы приехали. Она здесь, на заднем дворе. Сейчас круг целый давать. Отсюда быстренько выйдем. Я тебя отвезу. Ты же спешишь?», — пересказал свой диалог с полицейским крымский татарин.
Полицейский по дороге объяснял Мамбету, какой нужно собрать пакет документов, чтобы поставить машину на российский учет. Во дворе он неожиданно сказал, что ему «срочно надо ехать» и здесь их «пути расходятся». Почти одновременно к патрульному подъехал на машине напарник. Тогда боковым зрением Мамбет увидел в темноте припаркованный микроавтобус и несколько людей в камуфляже.
«Открылась дверь микроавтобуса, они накинулись на меня и начали скручивать. Закрыли рот и глаза, «затянули» в салон. Это все происходило на глазах сотрудников ДПС. Они все это видели и никак не содействовали тому, чтобы помешать им. Понятно, что они были в курсе и помогали спецслужбам», — говорит Мамбет.
Его увезли в Симферополь — он понял это по количеству времени в поездке. Всю дорогу его били, предварительно накинув на голову мешок и обмотав его скотчем. Еще несколько часов он провел в каком-то помещении, где его допрашивали о связях с Украиной. Силовики задавали вопросы о повреждении железнодорожного полотна в селе Чистеньком Симферопольского района Крыма.
«Посадили на стул и сказали: «Подписывай, признавайся». Я им сказал, что ничего не совершал. Они спросили: «Что ты делал сегодня в Чистеньком?», — вспоминает Мамбет.
Весной 2023 года ФСБ обыскала десятки домов крымских татар в поисках причастных к диверсиям на железнодорожных путях — крымские власти обвинили в их организации украинские спецслужбы.
Мамбет причастность к диверсиям отрицал. Пока он находился в руках оперативников ФСБ, у здания полиции в Кировском собрались почти полсотни человек и стали требовать его освобождения, а в социальных сетях стали писать о его исчезновении.
После допроса Мамбета снова посадили в машину. Куда его повезли, он не знал: мужчине закрыли глаза бумажным полотенцем и перемотали скотчем. В какой-то момент машина остановилась и от него потребовали выйти. Перед тем, как похитители уехали, Мамбету сказали: «Если только попробуешь обернуться, мы вернемся». Когда он снял повязку с глаз, то понял, что находится возле автозаправки на окраине Симферополя.
Машина Мамбета Асан-Уста тем вечером, когда его похитили. Фото из личного архива Асана-Уста
Из всех, кто участвовал в похищении, Мамбет знает только имена сотрудников ДПС: Евгений Дегтярев и Айдер Авамилов. Первый составлял документы и привел его в отдел полиции, второй был водителем патрульной машины.
Пересадка
Сотрудники российской ДПС в оцеплении возле Крымского гарнизонного военного суда в Симферополе. Фото: Крымская солідарність
50-летний повар из села Молодежное Симферопольского района Эльдар Менситов заметил синий «фольксваген» без номеров, когда в июне 2023 года возвращался с работы домой. Перед этим он созвонился с женой и заехал в магазин за продуктами.
«Он проехал мимо «Ашана» [на выезде из Симферополя], и увидел этот автобус, припаркованный на обочине. Подумал, что спецслужбы опять кого-то ждут. Обычно они без номеров ездят. На себя не подумал», — рассказала его адвокатка Сафие Шабанова.
Через километр от гипермаркета по трассе на Молодежное — бывший пост ДПС. Там его остановил инспектор.
Менситов припарковался и, ничего не подозревая, предъявил документы и открыл по требованию багажник.
«Они попросили его сесть к ним в машину. Он ничего плохого не подумал, сел. Через минуту подъехал синий «фольксваген». Люди в масках вытащили его из машины. Пересадили к себе, надели на голову мешок и увезли. Сразу же ударили в правое подреберье», — продолжала защитница.
Машина Менситова осталась на дороге открытой, а его самого увезли в какое-то подвальное помещение — он решил так, потому что долго спускался по ступенькам вниз.
Неизвестные люди долго допрашивали его по делу заместителя председателя Меджлиса крымских татар, арестованного в сентябре 2021 года, Наримана Джелялова. Пару лет назад Менситова уже допрашивали по этому же делу и проводили обыск в его доме, но тогда, после нескольких часов в управлении ФСБ и осмотра техники, его отпустили.
«Его побили. Через час-два повели в другое здание, сняли мешок. Составили административный протокол. Он подписал, не читая, так как устал и был вымотан», — описала состояние Менситова адвокатка.
Ночью его привезли в камеру Киевского отдела полиции. Протокол рассмотрели на следующий день в Железнодорожном райсуде Симферополя. Менситову сообщили, что его задержали за «сопротивление и неповиновение» сотрудникам ЦПЭ (Центра по противодействию экстремизму МВД РФ). В материалах дела, которые составили оперативники, оказались показания свидетельницы, которая якобы видела как он убегал от сотрудников.
«У него одна нога короче другой. Он даже ходит с трудом», — удивилась версии полиции адвокатка Шабанова.
У Менситова инвалидность третьей группы.
Симферопольский суд эти факты проигнорировал: по его решению, Менситов провел в спецприемнике 15 суток.
Находясь под арестом, он вызвал медиков скорой помощи из-за ухудшения самочувствия. Вместо них приехали люди в масках и угрожали, что за ним «опять приедут». Его снова стали допрашивать. На этот раз силовики интересовались его связями с Меджлисом крымских татар, который запрещен на территории России с 2016 года как экстремистская организация. Менситов действительно был в составе этого органа, но после 2014 года прекратил общественную деятельность.
Фамилии силовиков, похитивших его, Менситов не знает. После завершения админареста он вернулся домой и больше с оперативниками ЦПЭ не встречался.
Бесследное исчезновение
Члена исполкома Всемирного конгресса крымских татар Эрвина Ибрагимова видели в последний раз вечером 24 мая 2016 года — на следующий день он планировал ехать в Судак, на суд над крымскотатарскими активистами.
Ориентировка на пропавшего Эрвина Ибрагимова. Фото: Антон Наумлюк, Ґрати
«Камерами наружного наблюдения магазина, находящегося рядом с местом происшествия, был зафиксирован факт остановки и последующего похищения моего сына неизвестными в форме сотрудников ДПС, предположительно на автомобиле «форд транзит» или «ГАЗ соболь» белого цвета», — написал его отец Умер Ибрагимов в своем обращении к начальнику следственного отдела по Бахчисарайскому району Сергею Галкину.
Такое же обращение он направил начальнику отдела МВД России по Бахчисарайскому району Дмитрию Грачеву.
Следком возбудил уголовное дело по факту похищения, а Ибрагимова объявили в розыск. К материалам его дела приобщена запись с камер наблюдения. На ней неизвестные в форме сотрудников ДПС останавливают машину Ибрагимова и пересаживают его в микроавтобус, затем направляются в сторону Бахчисарайского водохранилища. Его машина осталась брошенной на дороге. Когда Ибрагимова похитили, он имел при себе телефон, документы на автомашину «форд фокус» и водительское удостоверение.
Расследование не дало результатов, его приостановили. А Ибрагимов до сих пор числится как пропавший без вести.
«За столько лет абсолютный ноль в расследовании. По ряду других дел о похищениях обстоятельства точно такие же. Очень трудно добиться ответов даже на адвокатские запросы», — рассказал «Ґратам» адвокат Эмиль Курбединов, который представляет интересы родителей Ибрагимова.
Сотрудники ДПС участвовали и в его задержании в 2017 году. Тогда по инициативе крымского Центра по противодействию экстремизму адвоката арестовали на 10 суток.
«Я ехал на обыск к гражданскому журналисту Сейрану Салиеву. На кольце в Бахчисарае ДПС остановила нашу машину, адвоката Эдема Семедляева вывели из машины. Начали говорить ему: туда пройдем, сюда пройдем. Почти сразу появились «эшники» в масках, я узнал Руслана Шамбазова и других сотрудников Центра «Э», начал вести прямой эфир в фейсбуке», — рассказал про свое задержание Курбединов.
Адвокат после этого обратился в главное управление госавтоинспекции с письменными запросами.
«Они абсолютно открыто тогда ответили, что останавливали нас по поручению других органов», — сказал Курбединов.
В числе пропавших без вести на полуострове, по данным украинских правоохранителей, до сих пор числятся как минимум 15 крымскотатарских и украинских активистов: Тимур Шаймарданов, Сейран Зинединов, Ислям Джеппаров, Джевдет Ислямов, Эскендер Апселямов, Мухтар Арисланов, Руслан Ганиев, Арлен Терехов, Эрвин Ибрагимов, Эскендер Ибраимов, Валерий Ващук, Иван Бондарец, Василь Черныш, Федор Костенко и Арсен Алиев.
«И это только те случаи, те имена, о которых мы знаем. Их родственники нашли силы заявить об этом публично, нанимали адвокатов, вступали в коммуникацию с правозащитниками, искали”, — заключил адвокат.
Случаев насильственных исчезновений, после которых люди не возвращались домой, по его словам, больше полусотни.
Нашли ошибку в тексте?
Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
