«Юридически допустимо». Польский суд удовлетворил запрос Украины об экстрадиции российского археолога Александра Бутягина
Российский археолог Александр Бутягин в польском суде по делу о его экстрадиции в Украину. Фото: Антон Наумлюк, Ґрати
18 марта Окружной суд Варшавы принял решение удовлетворить декабрьский запрос украинской Генеральной прокуратуры об экстрадиции из Польши в Украину российского археолога и сотрудника музея «Эрмитаж» Александра Бутягина, которого подозревают в незаконных раскопках и разрушении археологического памятника Мирмекий в оккупированном Крыму.
Решение суда не является окончательным. После того как стороны получат письменное обоснование решения, а Бутягин — его перевод на русский язык, у защиты будет 14 дней на подачу апелляции. Адвокат Бутягина Адам Доманский с самого начала процесса заявлял, что будет обжаловать экстрадицию своего клиента.
Даже после решения суда второй инстанции последнее слово останется за министром юстиции Польши, который, помимо процедурных аспектов, может учитывать аргументы политической целесообразности.
Подробнее о ходе дела об экстрадиции — в статье «Ґрат».
«Этого стоило ожидать»
Слушания по делу об экстрадиции начались в середине января. Весь процесс проходил в закрытом режиме, и заседание 18 марта не стало исключением. Бутягин по дороге в зал суда в окружении судебной охраны и в наручниках сказал журналистам, что чувствует себя прекрасно, а от заседания не ожидает «ничего хорошего». В течение полутора часов судья Дариуш Любовский выслушивал аргументы сторон.
Чтобы утвердить выдачу подозреваемого иностранному государству, суд должен был выяснить, является ли преступление, в котором Украина обвиняет Бутягина, уголовным в Польше. Максимальное наказание за такое преступление в Польше должно составлять не менее одного года лишения свободы. Второе, что выяснял суд: передала ли украинская прокуратура достаточно материалов, чтобы суд мог сделать вывод, на каком основании выдвинуты обвинения. Эти два вопроса рассматривались еще в январе.
Бутягину вменяют незаконные археологические раскопки в оккупированном Россией Крыму во время работы руководителем отдела древней археологии «Эрмитажа» в 2014–2025 годах и уничтожение культурного слоя археологического памятника — городища Мирмекий в Керчи, оценивая ущерб в более чем 201,5 миллиона гривен. По украинскому законодательству Бутягину может грозить от 2 до 5 лет лишения свободы.
В Польше действует Закон об охране памятников и попечении над памятниками, согласно которому наказывают за незаконные археологические раскопки ограничением или лишением свободы до двух лет, а за уничтожение или повреждение исторических памятников — лишением свободы от 6 месяцев до 8 лет.
Бутягин заявил в польском суде, что не отрицает проведения раскопок в Крыму без разрешения украинских властей, но с разрешения российской администрации, которая фактически контролирует Крым. Он настаивает, что это лишь административное нарушение, которое не является основанием для экстрадиции. В свою очередь, российский археолог последовательно отрицает, что имело место какое-либо уничтожение археологического памятника, а только умышленное уничтожение может быть основанием для выдачи Украине.
На заключительном заседании 18 марта стороны сосредоточились на третьем компоненте, который подлежит оценке в процессах об экстрадиции: может ли обвиняемый рассчитывать на достойные условия содержания и справедливый суд.
Представитель прокуратуры отказался от комментариев для СМИ. Зато защита во время перерыва представила свои основные аргументы. По мнению адвоката Доманского, в случае выдачи Бутягина Украине возникают опасения за его жизнь и здоровье, а также сомнения относительно уважения его прав как обвиняемого.
На вопрос «Ґрат», откуда такие опасения, Адам Доманский ответил:
«Из обстоятельств этого дела, из факта гражданства господина Бутягина, характера выдвинутых обвинений и того, куда должна состояться экстрадиция, то есть в Украину. Мне кажется, это очевидно».
После получасового перерыва судья Дариуш Любовский вынес решение: экстрадиция Александра Бутягина в Украину является юридически допустимой.
Адвокат защиты Адам Доманский в польском суде по делу об экстрадиции Александра Бутягина в Украину. Фото: Антон Наумлюк, Ґрати
Само решение, как и его обоснование, были также оглашены в закрытом режиме. По завершении заседания адвокат Доманский подтвердил намерение подать апелляцию.
«Аргументы защиты, по мнению судьи, больше подходят для министра юстиции (то есть для политика, ответственного за окончательное решение об экстрадиции — Ґ), чем для суда, который рассматривает юридические аспекты экстрадиции», — сказал защитник.
Бутягин тоже отреагировал на решение суда, но кратко:
«Этого стоило ожидать».
После суда он вернулся в СИЗО. Срок его меры пресечения истекает 2 июня.
Судья Дариуш Любовский
Судья Дариуш Любовский. Скриншот из видео Telewizja Republika
Защита Бутягина пыталась отстранить судью Дариуша Любовского от этого процесса, заявляя, что он предвзято относится к делу. В частности, во время январского слушания судья отклонил ходатайство защиты о продлении срока ознакомления с материалами дела и о запросе дополнительных материалов обвинения у украинской прокуратуры, а до этого вынес благоприятное для Украины решение по делу об экстрадиции Владимира Журавлева, подозреваемого в Германии в подрыве газопроводов Nordstream в 2022 году.
Любовский известен в Польше не только этим: в декабре 2025 года он отменил европейский ордер на задержание бывшего вице-министра юстиции Польши Марцина Романовского, который скрывается от польского правосудия в Венгрии. Романовского обвиняют в превышении служебных полномочий и участии в коррупционных схемах.
Любовский отменил ордер из-за давления со стороны прокуратуры, которое могло привести к «нарушению [в данном случае] исполнительной властью Польши прав человека и гражданских свобод». По словам судьи, прокуроры предлагали ему встречу перед заседанием по экстрадиции Романовского, чтобы «все было хорошо». Это решение Любовского неблагосклонно восприняло польское Минюст: в январе 2026 года по инициативе министерства Окружной суд Варшавы отстранил Любовского от должности председателя единоличного отдела Международного уголовного судопроизводства. Суд по ходатайству прокуратуры также исключил Любовского из круга судей, которые могут рассматривать новый ордер на Романовского, и назначил нового председателя отдела, Томаша Гроховича, который теперь будет отвечать за рассмотрение запросов, связанных с экстрадицией и выдачей подозреваемых по европейскому ордеру. Судья Любовский в ответ подал в отставку из отдела международного уголовного судопроизводства из-за нежелания работать с новым председателем. Несмотря на увольнение с должности, судья должен завершить международные дела, которые оставались у него на рассмотрении, в том числе дело Бутягина.
Этот конфликт между польским Минюстом и судьей Любовским используют сторонники Бутягина, которые продвигают тезис, что завершение работы Любовского в отделе международного уголовного судопроизводства является доказательством его предвзятости в пользу Киева, хотя на самом деле это не так.
Ходатайство об отводе судьи по делу Бутягина было отклонено.
«Юридический скандал»
Гражданин РФ, археолог Александр Бутягин был задержан в Варшаве 4 декабря 2025 года Агентством внутренней безопасности Польши. Как 11 декабря сообщил пресс-секретарь Окружной прокуратуры Петр Антони Скиба, польская прокуратура действовала на основании ордера на арест, выданного по запросу Украины.
Бутягин прибыл в польскую столицу накануне, после поездки в Нидерланды и Чехию. В Варшаве археолог должен был прочитать открытые лекции на русском языке об истории Помпеев. Анонс турне он в ноябре опубликовал в своем телеграм-канале. Как сообщил русскоязычный проект польского телевидения «Вот так», который общался с бывшими студентами и коллегами Бутягина, в Польше российский ученый оказался благодаря итальянской туристической визе.
Хотя сначала оплатить адвоката для Бутягина обещал директор «Эрмитажа» Михаил Пиотровский, деньги на юридические услуги и переводы собирали коллеги Бутягина и русская диаспора через соцсети. Акцию координирует Надежда Милихина, бывшая студентка, теперь девушка Бутягина и его заместительница в мирмекийской экспедиции. Им удалось собрать более 60 тысяч евро.
Когда информация об аресте стала публичной, МИД РФ назвал обвинения против Бутягина абсурдными, а пресс-секретарь Кремля Сергей Песков говорил о действиях Польши как о «юридическом произволе». Перед судебным заседанием по экстрадиции в январе Россия активизировалась: МИД РФ вызвал польского посла и потребовал освобождения археолога, а «Эрмитаж» разослал письма европейским институтам, заявляя о «нарушении прав человека» и «ограничении академических свобод».
Активист в поддержку российского археолога Александра Бутягина в польском суде. Фото: Елена Бабакова, Ґрати
В конце января Министерство образования РФ настоятельно рекомендовало ученым и преподавателям вузов ограничить поездки в «недружественные страны» в связи с тем, что там им может грозить задержание за поддержку или отказ от выражения позиции по поводу российской агрессии в Украине. Газета «Ведомости», получившая эту информацию от нескольких источников в российской академии, связывает рекомендации с делом Бутягина. А 10 марта, по сообщению ТАСС, правительственная комиссия по вопросам законотворчества РФ одобрила внесение на рассмотрение Госдумы закона, который позволит использовать по решению президента РФ российскую армию за рубежом для освобождения российских граждан, задержанных, арестованных и иным образом преследуемых иностранными государствами.
Также 11 марта Следственный комитет России возбудил дело о якобы «похищении «скифского золота» из Крыма. Речь идет об экспонатах, которые постоянно хранились в четырех крымских музеях и на момент аннексии полуострова Россией находились на выставке в Амстердаме. По решению Верховного суда Нидерландов «скифское золото» в 2023 году было возвращено Украине. По мнению украинской археолога, кандидата исторических наук Эвелины Кравченко, которая до оккупации Крыма была руководителем Инкерманской экспедиции на полуострове, уголовное дело о якобы «похищении «скифского золота» является реакцией России на задержание Бутягина.
«Законный интерес в защите культурного наследия». Как Украина возвращала «скифское золото»
Прецедентное решение
Приговор польского суда пока не вступил в силу, но уже стал прецедентом. До этого европейские суды отказывали Киеву в выдаче россиян во время полномасштабной войны, мотивируя свою позицию риском нарушения Европейской конвенции о защите прав человека. Она запрещает политически мотивированные преследования и нарушение права на справедливый суд, а также пытки и бесчеловечное обращение, которым могут подвергаться заключенные.
В июне 2025 года Верховный суд Дании отказался выдать Украине россиянина, подозреваемого в шпионаже в пользу Москвы, а в 2023 году Верховный суд Финляндии отказался выдать Украине российского неонациста Яна Петровского, но вместо этого Окружной суд Хельсинки приговорил его к пожизненному заключению за военные преступления, совершенные в Украине в 2014 году.
Украинский генпрокурор Руслан Кравченко назвал решение польского суда по делу Бутягина «первым успешным прецедентом экстрадиции гражданина РФ по запросу Украины», хотя признал, что это лишь один из этапов процедуры выдачи.
Даже после решения суда второй инстанции вопрос об экстрадиции Бутягина окончательно будет зависеть от министра юстиции Польши Вальдемара Журека. Он, помимо юридических аргументов, может руководствоваться также политическими соображениями. На это в разговорах с «Ґратами» не под запись указывали польские эксперты по вопросам безопасности, знакомые с процессами обменов. В 2024 году, когда между Западом и Россией состоялся так называемый «обмен заложниками», и из Польши в Москву уехал Пабло Гонсалес (Рубцов), агент ГРУ. То, что Варшава отпустила по настоянию американцев ценного заключенного, но не вернула никого из поляков, стало поводом для критики правительства Дональда Туска. В частности, бывший глава польского МВД Мариуш Каминский настаивал, что Рубцова нужно было обменять на журналиста Анджея Почобута, который с 2020 года находится в белорусской тюрьме, или на гражданина России В., имеющего Карту поляка и приговоренного в РФ к 12 годам колонии. Также в российской тюрьме с 2018 года находится гражданин Польши Мариан Радзаевский, приговоренный к 14 годам лишения свободы. Россияне обвиняют его в попытке купить и вывезти в Польшу части противоракетного комплекса С-300.
Он просто выполнял свою работу?
Александр Бутягин, российский археолог, сотрудник Государственного музея «Эрмитаж», демонстрирует античные артефакты, похищенные из оккупированного Крыма. Скриншот из видео на официальном YouTube-канале Эрмитажа
Александр Бутягин — один из самых известных российских археологов-антиков. Помимо «Эрмитажа», он работает на кафедре археологии Государственного университета в Санкт-Петербурге. Является автором сотен научных публикаций. Известен как популяризатор античной археологии: на YouTube есть видео его рассказов о политической истории и быте древних греков и римлян. Затем с такими лекциями, только уже офлайн, он выступал в России и в странах ЕС.
Из его соцсетей можно сделать вывод, что он работал также гидом для небольших групп туристов, которые хотели увидеть античные сокровища Европы в сопровождении наиболее компетентного специалиста. Даже после оккупации Крыма Бутягин продолжал работать руководителем экспедиции «Эрмитажа» в итальянскую Стабию недалеко от Помпеев. В мире археологии это очень престижная должность. Работы российских археологов в Стабии были окончательно прекращены только после полномасштабного вторжения в Украину.
Мирмекий, безусловно, для Александра Бутягина — дело всей жизни. Раскапывать городище в составе петербургской экспедиции Бутягин, по его словам, начал еще в конце 1980-х. А в 1999 году стал ее руководителем. Экспедиция «Эрмитажа», работающая в Крыму с середины 1930-х, после 1991 года получала в ответ на свой запрос разрешения от украинского Минкульта на каждый полевой сезон. Последнее такое письмо действовало до 1 февраля 2014 года. 20 февраля началась российская операция по захвату полуострова и война против Украины. Весной 2014 года Бутягин открыл в Керчи очередной сезон.
То, что происходило дальше, довольно охотно документировали в соцсетях и сам Бутягин, и «Эрмитаж». Новый сезон каждый год, новые находки, которые — как теперь подчеркивают в России — лишь «одалживали» для выставок за пределами Крыма или вывозили с целью реставрации, а позже возвращали в Керченский музей.
Такая деятельность запрещена Гаагской конвенцией о защите культурного наследия: статья 9 ее второго протокола прямо запрещает археологические раскопки на территории оккупированных территорий, за исключением случаев экстренного спасения памятников. Отдельно также запрещены торговля и перемещение артефактов, найденных во время оккупации.
Ведущий британский исследователь этики и права археологических работ на оккупированных территориях, доктор Самуэль Гарди, в диссертации, написанной на примере реалий Северного Кипра, предложил три принципа. Во-первых, археологи должны соотносить свою традиционную обязанность защищать и сохранять археологические данные с защитой человеческих сообществ, которые создали и унаследовали этот культурный материал. Археологам целесообразно ставить общественное благо местных сообществ выше сохранения материальных остатков прошлого. Второй принцип заключается в том, что стандарты профессиональной деятельности достигаются и поддерживаются на основе личных принципов археологов и их независимости от политического влияния. Если археолог не может точно интерпретировать материальные доказательства, он не может продолжать свою профессиональную практику. В-третьих, археологи могут быть морально обязаны отказаться от проведения исследований или публикации (по крайней мере, некоторых) результатов, когда они не могут выполнять свои общественные обязанности или если работа ставит под угрозу права других на получение знаний.
Эти рекомендации не до конца подходят к археологическому наследию в Крыму: ни Россия, ни Украина не трактуют античные артефакты как доказательство своего права на суверенитет над Крымом, — а именно таким образом результаты раскопок интерпретируют греки и турки на Кипре или израильтяне и палестинцы на Западном берегу. Но в принципах, предложенных доктором Гарди, есть четкий посыл: исследователь не свободен от политических обстоятельств, в которых происходит его исследование.
Античные монеты, найденные в археологическом комплексе «Древний город Мирмекий» в оккупированной Керчи. Фото: Эрмитаж
Сразу после ареста археолога в декабре в украинском и российском сегментах социальных сетей разгорелась бурная дискуссия. Если украинцы предсказуемо радовались, что наконец-то кто-то из причастных к систематическому, запланированному Россией разграблению украинского культурного наследия будет привлечен к ответственности, то даже среди российских критиков войны преобладало понимание и сочувствие к Бутягину, научные достижения которого должны якобы защитить от юридических последствий сделанного выбора продолжать работу в Крыму после 2014 года.
В защиту Бутягина выступили, в частности, российский журналист и историк Арсений Веснин и бывший владелец газеты «Ведомости» Демьян Кудрявцев. Антрополог Александра Архипова назвала своих российских коллег-ученых «жителями башни из слоновой кости», которые предпочитают специально не замечать, что происходит вокруг, не принимать последствий, однако и она выступила за освобождение Бутягина.
В конце концов, сам краудфандинг на адвоката для Бутягина проходит под лозунгом «он находится в тюрьме из-за профессиональной деятельности».
Хотя и в меньшинстве, но были и другие российские комментарии, которые все же подчеркивали, что человек отвечает за свой выбор, а продолжать успешную карьеру в путинской России — это и есть выбор.
«Я знаю множество людей, которые там [в Крыму] живут, в том числе тех, кто приезжает из России, некоторые из них — мои знакомые и родственники. И они часто не очень образованы, но понимают ситуацию и все риски. У них обычно нет выбора — многих оккупировали вместе с полуостровом. А у Бутягина выбор был», — писал политолог Иван Преображенский.
Очевидно, что Александра Бутягина интересовала не только «жизнь» в Крыму, но и связанные с профессиональной деятельностью престиж и статус: после 2014 года Бутягин регулярно подавал статьи, написанные на материалах свежих крымских раскопок, в российские научные сборники, причем часть статей на английском языке, то есть с ориентацией на международного читателя. Затем публиковал эти статьи на известных международных платформах для обмена академической информацией, Academia.edu и ResearchGate.
Собственно, на последней есть статья Investigations of the Myrmekion Expedition in 2014–2018 (Исследования экспедиции «Мирмекий» в 2014–2018 годах), уже из ее названия можно сделать вывод, что в основе текста лежит материал, извлеченный в Крыму после оккупации. После запроса от «Ґрат», отправленного в январе, администраторы платформы сначала удалили текст, а затем он снова появился под другим URL-адресом. На Academia висит статья Бутягина 2020 года, где упоминания о происхождении артефактов с оккупированного полуострова нет в названии, но есть в описании.
Объект культурного наследия Украины национального значения — археологический комплекс «Древний город Мирмекий», расположенный на берегу Керченского пролива. Фото: Википедия
Наличие публикаций российских ученых на таких международных платформах — это не просто формальный вопрос, ведь для современной науки раскопки артефактов — это лишь начало. Их необходимо описать и внести в международный научный оборот посредством выступлений на конференциях и публикаций.
После оккупации Крыма Бутягин как минимум дважды выступал на научных мероприятиях в ЕС: в 2017 году на конференции по черноморской археологии в Румынии и в апреле 2025 года на Кипре. Его социальные сети свидетельствуют, что частных поездок было еще больше.
Для западной аудитории дело Бутягина не вызвало значительного резонанса. Профессор Варшавского университета, специалист по античности Марек Венцовский в разговоре с «Ґратами» в декабре 2025 года подчеркивал:
«По-человечески я понимаю продолжение работы при любых обстоятельствах. Это как в спорте — если кто-то всю жизнь готовился к Олимпиаде, он сделает все, чтобы туда попасть. Но Бутягин знал, что делает. Человек его интеллекта и социальной позиции не может не осознавать, что он является частью [российской] пропагандистской машины».
На англоязычном сайте, созданном сторонниками Бутягина, есть два публичных обращения с требованием освободить археолога из польского ареста: одно от имени американского «Комитета обеспокоенных ученых», которое подписали четверо сопредседателей этой организации — небольшой НПО, основанной в 1970-х. Второе обращение подписали 12 известных итальянских историков и археологов, часть из них уже на пенсии. Подписанты обоих обращений признают российскую оккупацию Крыма и осуждают российское вторжение в Украину, однако отвергают ответственность Бутягина за действия российского государства, вместо этого подчеркивая его научные достижения. По словам адвоката Адама Доманского, письма поддержки Бутягина для польского суда написали также ученые из Италии, Германии и Польши, однако адвокат отказался называть имена авторов.
Нашли ошибку в тексте?
Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
