Дело Олега Приходько. День второй — допрос оперативников ФСБ

Жителя поселка Орехово Сакского района Олега Приходько сотрудники ФСБ задержали 9 октября 2019 года. У него дома провели обыск по подозрению в подготовке теракта (часть 1 статьи 205 через статью 30 Уголовного кодекса РФ) и обнаружили самодельную взрывчатку (статьи 222.1 — приобретение и хранение взрывчатых веществ и 223.1 — изготовление взрывчатых веществ УК РФ).

На следующий день Приходько арестовал Киевский районный суд Симферополя.

По версии следствия, Приходько намеревался взорвать здание администрации Сак, чтобы принудить власти Крыма «к вхождению полуострова в состав Украины».

В начале февраля 2020 года следствие предъявило ему обвинение в подготовке еще одного теракта — поджоге здания Генерального консульства России во Львове «в целях воздействия на принятие органами власти Российской Федерации решения о необходимости вхождения Республики Крым в состав Украины». Для этого Приходько якобы нашел в Украине неустановленное лицо, созвонился с ним и предложил совершить теракт. Позже они переписывались по смс, и якобы запланировали совершить поджог в течение октября 2019 года.

Приходько отрицает вину и утверждает, что при обыске ему подбросили тротиловую шашку-200, запал от УЗ РГД-2 и поражающие элементы — нарезанные электроды для сварки. А в ночь после задержания в здании ФСБ неизвестный человек, представившись врачом под предлогом осмотра отобрал у него из полости рта биологические образцы. Приходько предполагает, что после этого его ДНК нанесли на взрывчатку, и таким образом следствие сфальсифицировало факт принадлежности ему взрывчатых веществ.

Он также заявляет, что подвергается преследованию за свою проукраинскую позицию.

62-летний Олег Приходько возглавлял местное отделение партии «Свобода», запрещенной в Крыму в январе 2014 года. Трижды принимал участие в Евромайдане. В 2012 году СБУ проводила у него обыск по подозрению в осквернении советского памятника. В феврале 2019 года сотрудники теперь уже ФСБ провели у него дома обыск по тому же поводу — по подозрению в осквернении свастиками памятника советским летчикам. При обыске у него изъяли украинскую символику, партийные флаги и флаги запрещенного в России «Правого сектора», а также портрет Степана Бандеры и пластиковые автоматы, которые направили на экспертизу.

До этого, в 2016 году его арестовали на трое суток по обвинению в хулиганстве, когда сотрудники патрульной службы остановили его автомобиль за украинские номера.

25 июня 2019 года Сакский районный суд Крыма оштрафовал Приходько на 2 тысячи рублей по административному производству о пропаганде и публичном демонстрировании нацистской символики (статья 20.3 Кодекса об административных правонарушениях РФ) за татуировку в виде нацистской свастики.

После ареста Приходько по делу о терактах, прокуратура Крыма, базирующаяся в Киеве, открыла криминальное производство о незаконном лишении свободы (часть 1 статьи 146 Уголовного кодекса). Производство было открыто по заявлению представителя президента Украины в Крыму Антона Кориневича.

https://graty.me/online/delo-olega-prihodko-den-pervyj-obvinenie/

На прошлом, первом по существу, заседании прокуратура зачитала обвинение. Сам Приходько подробно свою позицию не озвучивал, но сказал, что вину не признает.

«Если вы говорили, что я имею право выступать, товарищ судья, то я выступлю по теме. В период времени с 18 марта 2014 по июль 2019 года, руководствуясь человеконенавистнической коммунистической идеологией, пособники и предатели, которые давали присягу Украине, начали творить террор против крымских татар и украинских патриотов, которые на захотели молиться кремлевскому богу. Проводили обыски у меня и моей дочери. Но я не снимал флага Украины и оккупанты и их пособники решили сделать из меня фашиста, террориста и экстремиста. Мразь, которая это сделала сфальсифицировала все, что можно. Защищать меня никто не хотел. У меня все. Виновным себя не признаю. Извините, если что не так», — заявил он в суде.

Перед началом заседания, которое почему-то задерживается на полдня, начальник службы судебных приставов Андрей Риотов требует от адвоката Сергея Легостова надеть медицинскую маску. Легостов долго упирается и указывает, что конвой без масок и подсудимый тоже. Риотов говорит, что конвой и подсудимый ему не подчиняются и предлагает Легостову написать жалобу в Федеральную службу исполнения наказаний.

«Что вы грузите моего адвоката?», — вступает в перепалку Приходько. Риотов отвечает, что не грузит, а требует выполнить законные требования. Легостов сдается и надевает маску.

В зал заходят судьи.

Сегодня суд планирует допросить пятерых свидетелей обвинения, в том числе двух — засекреченных. Начать суд хочет с Иванова Александра Петровича — это псевдоним одного из засекреченных свидетелей. Он должен выступать по видео-связи из Крымского гарнизонного военного суда в Симферополе.

В зале — два корреспондента и представитель консульства Украины Юрий Довгуля, два адвоката — Михаил Платонов и Сергей Легостов. По видео-связи из Крыма участвует адвокат Назим Шейхмамбетов. Суд делает небольшой перерыв для уточнения данных скрытого свидетеля  и продолжает заседание.

Шейхмамбетов просит пускать родственников Приходько в зал Крымского гарнизонного суда, но судья отказывает.

Адвокат возражает против засекречивания свидетеля. Легостов его поддерживает и дополняет, что скорее всего это связано с тем, что свидетель бесполезен для обвинения. Платонов тоже поддерживает и говорит, что никаких данных, что свидетелю что-то угрожает не было представлено.

«Я поддерживаю своих адвокатов. Правда не слышал, что там предатель с той стороны рассказывал», — говорит Приходько.

Гособвинитель просит все же оставить свидетеля засекреченным, суд с ним соглашается и начинает допрос.

Измененный технически голос Иванова почти совсем не понятен из-за ужасных помех. Прокурор и судья пытаются задавать вопросы, но вместо них по видеосвязи слышны нечленораздельные звуки, похожие на кряканье уток. Неожиданно в зале начинает играть музыка.

Адвокаты протестуют против такой организации допроса и просят прекратить искажать голос, прокурор просит в этом отказать. Свидетель настаивает на искажении голоса: переживает, что его могут узнать, — сообщает судья из Крымского суда. Шейхмамбетов тут же заявляет протест, что судьи ведут разговор между собой без участия свидетеля.

Суд оставляет голос измененным.

— Свидетель, поясните пожалуйста, по какому адресу проживал Приходько до своего задержания? — спрашивает прокурор.
— … [неразборчивые шумы] улица Нижняя, 15…
— С кем он проживал?
— [снова неразборчивые шумы]

Шейхмамбетов говорит, что ему ничего не слышно.

— Назим Нуриевич, что вы нам предлагаете? Прервать допрос и ожидать вашей явки в Южный окружной военный суд? — спрашивает его судья.
— Я прошу обеспечить мне возможность выполнять свои обязанности. Увеличить громкость, сделать так, чтоб свидетель говорил чуть медленнее и чуть громче. Мы в аналогичных процессах так и поступаем, — отвечает адвокат. Действительно, аналогичная ситуация со связью и допросом засекреченного свидетеля была сегодня на процессе по делу Второй Бахчисарайской группы Хизб ут-Тахрир.

«Давайте вы в следующий раз явитесь в Южный окружной военный суд и мы допросим засекреченных свидетелей, а сейчас допросим тех, кто явился из не скрытых», — предлагает судья свидетелю. Тот благодарит и уходит.

Суд решает допросить Владимира Стецика и Андрея Землякова. Еще один незасекреченный свидетель Дмитрий Перепелица в суд не явился.

Объвляется пятиминутный перерыв.

Судебное заседание возобновлено. В зал заходят свидетели обвинения.

Стецик Владимир Андреевич — 3 июня 1989 года рождения, живет в Симферополе, гражданин России. Проходит службу в управлении ФСБ по республике Крым и городу Севастополю. Приходько знает. В родстве не состоит. Оснований для оговора не имеет.

Приходько подтверждает, что в родстве не состоит и даже не знаком, при этом называет Стецика «мусором» и «предателем, который продал флаг». Продолжает говорить, что, не понимает, откуда вообще взялось это дело.

Земляков Андрей Александрович — 3 июня 1980 года рождения. Родился во Владивостоке, образование высшее, работает в управлении ФСБ по республике Крым и городу Севастополю. Знает Приходько, оснований для оговора не имеет. Обвиняемый это подтверждает.

У обоих в протоколах допроса в строке место жительства указан адрес управления ФСБ в Симферополе.

Олег Приходько. Фото: Ґрати

«У меня слов нема. Господин судья, давайте я лучше помолчу», — говорит Приходько.

Суд разъясняет свидетелям права.

«Попозже еще будут разборки интересные, я негативно отношусь к предателям, я патриот Украины, а там вся мразь сидит», — неожиданно обещает Приходько.

Прокурор начинает допрашивать Стецика. Оперативник участвовал в обыске гаража Приходько в октябре 2019 года. Следствие утверждает, что в это время у обвиняемого обнаружили в гараже взрывчатку.

«Я принимал участие в оперативно-розыскных мероприятиях (ОРМ), связанных с гаражом Приходько, — рассказывает свидетель. — Координат гаража не помню, я проводил самое мероприятие. Когда мы прибыли, гараж был закрыт. Олег Аркадьевич нам сам его открыл. Справа в ящике мы обнаружили ведро с самодельным взрывным устройством (СВУ), но не помню как оно выглядело. В ОРМ участвовал взрывотехник Голубев, который это все разоружил, а позже мы еще нашли ведро с СВУ».

«Ты пидарас, я твою маму в рот ебал, мразюка! — кричит Приходько. — Сам подкинул мне туда взрывчатку! Лучше расскажи, как вы закидывали нож мне в гараж, мразь!».

Суд тут же удаляет Приходько до окончания допроса свидетеля. Он обещает молчать и говорит, что больше не будет, но судья кивает конвойному и говорит его увести.

Адвокат Шейхмамбетов заявляет возражение на удаление подсудимого: «Не разделяя форму, в которой он высказал, я считаю недопустимо это (удаление — Ґ ) на данный момент». Суд говорит прокурору продолжать.

Свидетель рассказывает дальше.

«Слева от ведра были бутылки с горючей смесью, из которых торчал кусок ткани. Походило на коктейль Молотова. У Олега Аркадьевича спросили, ему ли это принадлежит. Он ответил — нет. Примерно в такой же форме, как сейчас».

Взрывное устройство, по словам оперативника, выглядело, как «огнетушитель, начиненный взрывчаткой». В том же ведре находилась горючая жидкость white spirit.

Второй свидетель Андрей Земляков тоже принимал учатие в обыске вместе с взрывотехником и Стециком.

Перед обыском, утверждает свидетель, Приходько предложили сдать незаконные предметы, но он ответил, что ничего такого не имеется и сам открыл гараж.

На этом у прокурора вопросы заканчиваются и допрос переходит к защите.

Шейхмамбетов спрашивает о том, допрашивали ли оперативника в рамках уголовного дела. Стецик пытается вспомнить, говорит, что допрашивал следовать в управлении ФСБ в Евпатории, после задержания Приходько. Кажется, один раз.

— Как вы узнали, что стали свидетелем? — спрашивает адвокат.
— Мне стало известно, что Олег Аркадьевич написал на нас жалобу, вот тогда.
— Я возражаю против подобных вопросов, они не имеют отношения к делу, — неожиданно заявляет прокурор.
— Я задаю вопросы, связанные с доказательствами из материалов дела, — поясняет адвокат. — Они необходимы для установления картины. Суд разрешает продолжать допрос.

Стецик говорит, что узнал о статусе свидетеля по делу, когда его вызывали на допрос. Он длился часа два, оперативник рассказал все, что вспомнил на вопросы следователя и подписал протокол.

— При каких обстоятельствах подсудимый попал в поле зрения ФСБ?
— Не могу знать. Я только ОРМ проводил.
— Известно ли вам что-нибудь о приготовлении подсудимым теракта?
— Нет.
— Известно ли вам что-нибудь о приобретении подсудимым боеприпасов или оружия?
— Нет.
-известно ли вам об изучении подсудимым инструкций или видео о приготовлении СВУ?
— Нет.
— Известно ли вам о поиске подсудимым лиц для совершения теракта?
— Нет.

Стецюк снова вспоминает, что обыск проводил в районе Сак на Евпаторийском шоссе, в гаражном комплексе. «У него крайний гараж был», — говорит оперативник. Гараж был указан в постановлении на обыск, на место опергруппа приехала на служебном автомобиле, предварительно забрав Приходько из его дома в селе Орехово.

— Как отреагировал подсудимый на приглашение?
— Возмущенно, но потом мы сели в машину и проехали.

Кроме оперативников, вооруженных бойцов ФСБ и Приходько с опергруппой ездил и некий представитель общественности — вспомнить его имя свидетель не смог. Так же, как и то, откуда и с кем он появился.

— Кто привлек взрывотехника?
— Он сразу с нами ехал. Мы берем его практически во всех случаях — мы не знаем, что нас ждет на месте обыска.
— Видеосъемка велась?
— Кажется, да.
— Вы сами вели?
— Нет.

Свидетель утверждает, что когда оперативники нашли взрывчатку, Приходько стоял рядом и видел это. Найденные предметы обезвредили и упаковали. Протокол обыска Приходько подписывать отказался и сразу заявил, что взрывчатку подбросили сами оперативники. Его самого под конвоем (свидетель не смог вспомнить — в наручниках или без) отвезли в управление ФСБ в Симферополе.

— Ему разъяснили, для чего его доставили?
— Да.
— Он возражал?
— Нет, возражений не было.
— Известно ли вам, либо возможно вы давали ему возможность сообщить близким родственникам о местонахождении?
— Мне неизвестно.

Прокурор снова возражает, считая, что свидетелю задают вопросы, не имеющие отношения к делу. Но суд его останавливает: «Не помнит или не было — разные вещи. Если человек не помнит, суд даст этому оценку, а гособвинению недопустимо указывать суду, какие вопросы снимать».

«Линия защиты основана на том, что моему подзащитному сфальсифицировали доказательства, в том числе, в здании ФСБ», — поясняет свои вопросы Шейхмамбетов.

В конце он спросил, осматривали ли Приходько врачи при задержании, но оперативник этого не знает.

Допрос продолжает адвокат Сергей Легостов. Он снова спрашивает про понятых, участвовавших в обыске. Стецюк говорит, что не приглашал их, но опергруппа встретила их по дороге к гаражам и попросила принять участие. Гараж Приходько они нашли по координатам из постановления, сверив с Яндекс.навигатор.

«Металлический… Или не металлический… Ворота ржавого что ли цвета. Ну гараж и гараж, — описывает помещение свидетель. — С навесным замком, который Приходько открыл своим ключом. Внутри машин не было».

Приходько после обыска направил жалобу на действия оперативников, утверждая, что взрывчатку ему подбросили.

— Так на что конкретно пожаловался Приходько?
— На подбрасывание предметов, найденных у него в гараже.
— Кем?
— Нами. Ну то есть мной.

Допрос продолжает адвокат Платонов, который спрашивает, почему обыск в гараже сразу начали с ящика, где обнаружили взрывчатку.

«Ну да, он как-то сразу рядом оказался», — немного замялся свидетель.

— Вы можете быть свидетелем только того факта, что были найдены и изъяты эти предметы?
— Да.
— Как они там появились знаете?
— Нет.
— Знаете ли вы, имеет ли Приходько какое-то к ним отношение?
— Не знаю.
— Вам ничего неизвестно о подготовке им какого-либо теракта?
— Неизвестно.

Суд спрашивает у Назима Шейхмамбетова, есть ли у него отвод к суду. Видимо, после возражений на удаление Приходько. Тот отвечает отрицательно.

Прокурор ходатайствует об оглашении показаний — списка обнаруженных предметов.

Адвокаты возражают — прокурор просит огласить весь протокол, а в качестве причины называет только противоречие списка предметов, изъятых во время обыска. Суд с ними соглашается.

Прокурор зачитывает список изъятых предметов, в который входят изолента, инструменты, поролон, тротиловая шашка, бутылки с нефтепродуктами. Свидетель все это подтверждает. Суд возвращает в зал Приходько, чтобы тот мог задать вопросы свидетелю.

Олега Приходько заводят в зал суда. Судья разъясняет, что может удалить его на все время заседания вплоть до прений. Приходько с горечью отвечает, что вместо него они (сотрудники ФСБ — Ґ ) должны сидеть. Вновь повторяет, что взрывчатку ему подкинули. Вопросы задавать отказывается, потому что свидетель по его мнению все равно не ответит.

«Будет справедливо, когда он будет на моем месте и вы будете ему вопросы задавать», — добавляет Приходько и свидетеля отпускают.

В зал заводят следующего свидетеля — Андрея Землякова, оперативника СБУ, бывшего сотрудника СБУ — в Украине против него возбуждено уголовное дело о госизмене.

Он также рассказывает, что принимал участие в осмотре гаража Приходько вместе со Стециком. Фактически, он повторяет то же, что говорил его коллега: дверь гаража была заперта, Приходько сам открыл ее своим ключом, в ящике нашли ведро с предметом, похожим на СВУ, из корпуса огнетушителя и взрывателя от гранаты. Там же находились электроды, куски проволоки, white spirit и ведре, бутылки с жидкостью, напоминающей нефтепродукты, визуально напоминали коктейль Молотова.

Он держится увереннее Стецика.

— Какие-то пояснения поступали от Приходько по этому поводу? — спрашивает прокурор.
— Нет, он только нецензурно выражался.

Допрос продолжает защита. Земляков рассказывает, что его тоже допрашивали в качестве свидетеля в управлении ФСБ в Симферополе.

— Согласовывали ли вы с кем-то из сотрудников ФСБ ответы? — спрашивает адвокат Назим Шейхмамбетов.
— Нет.
— Были замечания к протоколу?
— Нет. Ваша честь, я могу поинтересоваться, почему мне задают вопросы, которые не имеют отношения к делу?, — обращается Земляков к суду
— Вам они понятны?
— Да.
— Тогда отвечайте.
— Ладно…

Шейхмамбетов продолжает спрашивать: свидетель ничего не знает о приготовлениях Приходько к терактам, так же, как о приобретении им взрывчатки или оружия. В гараж Земляков попал тоже по координатам, указанным в постановлении на обыск. Во всем остальном он рассказывает то же, что и его коллега. Понятых — «два молодых парня были, ранее их не встречал» — пригласил кто-то из опергруппы по дороге из Орехово, где ФСБшники забрали Приходько, к гаражу.

— Во время момента обнаружения предположительно взрывчатых веществ где находился подсудимый?
— Принимал участие и наблюдал как проходит процесс. Был свидетелем как все эти предметы были найдены.
— Признал их принадлежность?
— Нет.

После обыска Земляков, утверждает,  пригласил дать показания. «Мы его пригласили. Конкретно я. Он ответил согласием», — говорит свидетель. Приходько привезли в управление ФСБ для дачи пояснений. Оперативник утверждает, что он мог спокойно уйти, если бы захотел. «Мы его просто для дачи пояснений пригласили», — объясняет он.

«Шо он мелет, елки-палки», — доносится голос Приходько из «аквариума».

— Врач осматривал Приходько во время его пребывания в здании ФСБ? — спрашивает Шейхмамбетов.
— Не было таких просьб.
— Какие ещё ОРМ проводились с подсудимым?
— Только опросы. Два. Второй закончился у утру.
— Правильно я понимаю, что он не спал все это время?
— Да.

Адвокат Сергей Легостов просит описать гараж. Свидетель повторяет то же самое, что говорил Стецик.

«А можно вопрос? А вы когда подъехали к гаражу, вы даже не знали, что у меня их два. Я предлагал второй сам открыть, а они глаза вылупили и отказались. Помнишь?», — спрашивает Приходько.

Свидетель отвечает, что исследовали только один гараж, указанный в постановлении. Предлагал ли Приходько открыть второй — не помнит.

— Вам что-либо известно, как указанные предметы оказались в гараже? — спрашивает адвокат Платонов.
— Нет
— Вы можете подтвердить или опровергнуть версию Приходько о том, что ему их подкинули?
— Не могу ни подтвердить, ни опровергнуть

Легостов спрашивает Приходько, в какой момент он предлагал сотрудникам открыть второй гараж. Тот отвечает, что когда подъехали.

«Я ему говорю: «Командир, может второй открыть? Смотрите, мне скрывать нечего». А он глаза вылупил, говорит, бумаги на него и смотреть не стали, а он большой. Они нашли то, что искали и больше ничем не интересовались», — вспоминает Приходько.

Прокурор просит уточнить, какие предметы были изъяты из гаража. Свидетель перечисляет: корпус огнетушителя, кусачки, взрыватель от гранаты, куски ткани, тротиловая шашка, жидкость white spirit, пластиковые емкости, поролон, электроды. Тротиловая шашка была обнаружена в ведре.

Приходько просит предоставить суду съемку, которая велась во время обыска. Спрашивает, сохранилась ли она. Свидетель не помнит ни кто проводил видеосъемку, ни сохранилась ли она. Никаких подробностей о ней он вообще не помнит.

Суд отпускает свидетеля и объявляет перерыв до 18 июня.

После окончания заседания Приходько фотографируется с тремя поднятыми пальцами, символизируя украинский герб.

Олег Приходько. Фото: Ґрати