Дело «Второй Бахчисарайской группы Хизб ут-Тахрир». День двадцать восьмой — снова вызов скорой помощи и удаление всех обвиняемых из зала суда

04 марта
20:19 Суд заканчивает допрос свидетеля и объявляет перерыв на неделю
19:46 Суд удаляет из зала Эдема Смаилова и Эрнеса Аметова. То есть всех подсудимых
19:43 Суд удаляет Марлена Асанова
19:41 Суд удаляет Тимура Ибрагимова
19:28 Сервера Мустафаева удаляют из зала после отвода суду
19:16 Свидетель на все противоречия утверждает, что правильнее показания, данные следствию, а не в суде
19:07 Прокурор зачитывет показания свидетеля следствию
18:46 Свидетеля допрашивает Марлен Асанов. Суд отводит почти все вопросы
18:32 «Константин, вы можете произнести букву «р»? — Салиев. Суд удаляет его из зала суда до окончания допроса
18:22 «Мне интересно, есть что-то на что он уже не ответил» — Мустафаев. Суд снимает большинство вопросов свидетелю
16:21 Свидетеля допрашивает Сервер Мустафаев. Об антироссийских высказываниях, мусульманских армиях и участии подсудимого в сухбетах
12:40 В суд приехала скорая помощь — у Мустафаева ОРВИ
10:56 Кроме Салиева, заболели Сервер Мустафаев и Мемет Белялов. Суд вызвал скорую помощь
09:00 Коротко о деле и предыдущих заседаниях
Дело «Второй Бахчисарайской группы Хизб ут-Тахрир». День двадцать восьмой — снова вызов скорой помощи и удаление всех обвиняемых из зала суда
Эдем Смаилов и Сервер Мустафаев в зале суда. Фото: Ґрати
В Южном окружном военном суде российского Ростова-на-Дону продолжается судебный процесс над крымскими татарами — фигурантами дела «Второй Бахчисарайской группы Хизб ут-Тахрир». Восемь крымских мусульман были задержаны в 2017-2018 годах по обвинению в принадлежности и создании в Бахчисарае ячейки исламской партии Хизб ут-Тахрир, запрещенной в России, но действующей свободно в Украине и большинстве европейских стран. «Ґрати» продолжают вести онлайн судебных заседаний процесса.
09:00
04 марта
09:00
04 марта
Коротко о деле и предыдущих заседаниях

12 октября 2017 года сотрудниками Федеральной службы безопасности РФ были задержаны и впоследствии арестованы Тимур Ибрагимов, Марлен (Сулейман) Асанов, Мемет Белялов, Сейран Салиев, Сервер Зекирьяев и Эрнес Аметов. Все они участники организации «Крымская солидарность» – объединения адвокатов, родственников политзаключенных и активистов, которое помогает крымчанам, подвергшимся преследованиям по политическим или религиозным мотивам.

Эдем Смаилов и координатор «Крымской солидарности» Сервер Мустафаев были задержаны и арестованы позже — 22 мая 2018 года.

По версии следствия, все задержанные состояли в одной ячейке исламской партии Хизб ут-Тахрир, запрещенной в 2003 году в России, но свободно действующей в Украине и большинстве европейских стран. Марлен Асанов, Тимур Ибрагимов и Мемет Белялов обвиняются в «организации деятельности террористической организации» (часть 1 статьи 205.5 Уголовного кодекса РФ). Наказание предусматривает от 15 лет колонии до пожизненного заключения.

Остальные пятеро обвиняются в участии в террористической организации (часть 2 той же статьи 205.5 УК РФ) с возможным наказанием – от 10 до 15 лет заключения. Всем восьмерым также вменяется приготовление к насильственному захвату власти (часть 1 статьи 30, статья 278 УК РФ).

Все подсудимые отвергают обвинения в терроризме и утверждают, что их преследуют по политическим и религиозным мотивам.

Дело «Второй Бахчисарайской группы Хизб ут-Тахрир». День двадцать седьмой — продолжение допроса засекреченного свидетеля

Всю прошедшую неделю суд допрашивал засекреченного свидетеля под псевдонимом «Исмаилов». Он выступает измененным техническим голосом по аудио-связи. Под засекреченным свидетелем, по мнению защиты и обвиняемых, скрывается Константин Алексеев — он приехал из Латвии в Крым и принял ислам. Его показания, тоже в качестве засекреченного свидетеля, следствие использовало и в деле «Первой Бахчисарайской группы Хизб ут-Тахрир» в 2016 году.

Свидетель утверждает, что присутствовал вместе с обвиняемыми на встречах сторонников и членов Хизб ут-Тахрир в мечети Бахчисарая. Он прямо указывает на фигурантов дела, как на членов исламской партии, но никаких подробностей вспомнить не может. Проверить его слова невозможно.

На одном из прошлых заседаний пришлось вызывать скорую помощь в суд — заболел подсудимый Сейран Салиев. Но суд решил продолжить процесс. На прошлом заседании о болезни заявил и Сервер Мустафаев.

10:56
04 марта
10:56
04 марта
Кроме Салиева, заболели Сервер Мустафаев и Мемет Белялов. Суд вызвал скорую помощь

Заседание начинается с большим опозданием. Полтора часа, пока все его ждали, подсудимые лежали на лавочках в «аквариуме». Сразу после начала судья Ризван Зубаиров зачитал справку из санчасти СИЗО, согласно которой никаких препятствий к участию подсудимых в заседании нет.

Сервер Мустафаев в ответ рассказывает, что у него температура 38.1, у Белялова была под 40, но ему удалось ее кратковременно сбить. Сейран Салиев тоже продолжает болеть. Салиев и Мустафаев — в медицинских масках.

Суд объявляет о вызове скорой помощи и перерыве на 30 минут. Все выходят, подсудимые машут родственникам.

Подсудимые машут родным из «аквариума». Фото: Ґрати

Приставы в коридоре переговариваются между собой о том, что боятся заразиться от подсудимых.

Мама Салиева Зодие просит их передать сыну бальзам  «Звездочка», но они отказывают, ссылаясь на то, что это лекарство и на него нужно разрешение.

12:40
04 марта
12:40
04 марта
В суд приехала скорая помощь — у Мустафаева ОРВИ

После перерыва суд допрашивает фельдшера скорой помощи — Иван Гриценко, который рассказал, что у Сервера Мустафаева ОРВИ, «банальная простуда». Медицинская помощь не потребовалась. Адвокатам допросить фельдшера суд не разрешил.

Суд объявляет перерыв на обед.

16:21
04 марта
16:21
04 марта
Свидетеля допрашивает Сервер Мустафаев. Об антироссийских высказываниях, мусульманских армиях и участии подсудимого в сухбетах

В перерыве в суд пришли представители украинского консульства в Ростове.

Коллегия судей входит в зал. Сервер Мустафаев продолжает допрос засекреченного свидетеля.

Отвечая на вопросы, «Исмаилов» рассказывает, что на встречах — сухбетах в мечети обсуждались темы преследования крымских татар российскими властями, однако не мог вспомнить шла ли речь о притеснениях со стороны пророссийского Духовного управления мусульман Крыма. Свидетель говорит обтекаемо — обсуждалась политика, экономика и нафсия (Методика, на основе которой происходит удовлетворение инстинктов и органических потребностей. Другими словами — это методика, в которой соединяются инстинктивные побуждения человека с его понятиями о жизни — Ґ ). На все уточняющие вопросы он не отвечает, ссылаясь на забывчивость.

— Говорил ли я что либо о притеснении российской федерацией крымских татар?
— Не могу вспомнить.
— Говорилось ли о захвате власти в Крыму?
— Не помню.

Большое число вопросов суд снимает, как повторяющиеся или вовсе без объяснения.

— Вы читали какие-либо исламские книги?
— Да.
— Какие? — суд снимает вопрос.
— Являются ли темы изученных вами книг темами только Хизб ут-Тахрир или это общеисламские темы? — суд снимает вопрос.
— Встречали ли вы темы, которые были на сухбетах в тех книгах на исламские темы которые вы изучали? — суд снимает вопрос.

Свидетель утверждает, что на сухбеты его пригласил Асанов. Зекирьяев, говорит свидетель, тоже привлекал туда людей. А перестал «Исмаилов» посещать сухбеты, когда узнал, что Хизб ут-Тахрир запрещена в России. Из-за того, что он перестал приходить на встречи, —  говорит свидетель, он не может знать о целях Хизб ут-Тахрир. Вопрос о том, кого же вербовали на встречах, если туда собирались только члены исламской партии, суд снял.

— Когда на сухбетах обсуждались притеснения мусульман, упоминалось ли на сухбете похищение Эрвина Ибрагимова? (похищен неизвестными в российской полицейской форме в Бахчисарае в 2016 году — Ґ )
— Это было очень давно, не могу вспомнить.
— Приводился ли в пример убийство Ришата Аметова? (похищен во время пикета против аннексии и убит членами военизированного формирования «Самооборона Крыма» в 2014 году в Симферополе — Ґ ).
— Я не помню такого.

— Каким образом я настраивал людей против Российской Федерации? — спрашивает Сервер Мустафаев.
— Собирали людей, выкладывали в интернет, негативно высказывались о действиях российских властей, — перечисляет свидетель.

Подсудимые в суде с адвокатом Назимом Шехмамбетовым. Фото: Ґрати

Один из факторов, на которое особенно акцентировало внимание следствие, — планы по привлечению военнослужащих, которые якобы разрабатывали подсудимые. «Это разговаривали подсудимые, я был свидетелем разговора, понял, что идёт речь о российской армии…», — говорит свидетель, хотя Мустафаев спрашивает его о неких мусульманских армиях, речь о которых якобы звучала во время сухбетов, по словам свидетеля в показаниях следствию. Впрочем, ничего конкретного он так и не сказал.

— В каком контексте был разговор?
— Затрудняюсь сказать, было очень давно.

— Вы говорили, что вас непосредственно проверяли, прежде чем раскрыться перед вами. Как вы об этом узнали?
— Да: анализировали, узнавали у знакомых, наводили справки, пытались узнать.
— Кто это делал, я?
— Не знаю.
— Кто-то из нас наводил справки?
— Затрудняюсь сказать, прошло много времени.
— А как вы узнали?
— Я уже пояснил, я не могу вспомнить.
— То есть вы не помните, откуда вам стало известно о том, что о вас наводили справки?

Судья перебивает Мустафаева и просит «не тянуть время». «Почему вы думаете, что мы затягиваем, это не в наших интересах затягивать», — возражает ему Сейран Салиев.

 

18:22
04 марта
18:22
04 марта
«Мне интересно, есть что-то на что он уже не ответил» — Мустафаев. Суд снимает большинство вопросов свидетелю

Суд снимает все вопросы Мустафаева. Допрос свидетеля напоминает допрос уполномоченного ФСБ Николая Артыкбаева. Тогда тоже почти все вопросы стороны защиты снимались судом.

Сервер Мустафаев. Фото: Ґрати

Для каких занятий Асанов обещал найти свидетелю учителя, какие еще мероприятия Хизб ут-Тахрир, кроме  сухбетов, свидетелю разрешили посещать, оказывал ли Асанов финансовую помощь (следствие считает оказание помощи одним из методов вербовки — Ґ ) и другие вопросы суд снимает и не дает на них отвечать.

— Вы говорили, что привлекая людей, Хизб ут-Тахрир делает подарки, деньги дарит, работу находит и помогает финансово. Вам известны конкретные случаи?
— Это была материальная помощь… Подыскивали когда было надо.
— Это делал я?
— Мне говорили, я дословно не помню.
— То есть, со слов очевидцев?
— Со слов друзей.
— Чьих?
— Моих друзей.
— Откуда им стала известна эта информация?
— Они сказали, что им так помогали.
— Кто?
— Подсудимые.
— Чем именно я помог?
— Денежной суммой.
— Какой?
— Я не помню.
— На что?
— Не помню.
— В какой валюте?
— Не помню.

Примерно так происходит допрос почти на любые темы, которые Мустафаев пытается уточнить у свидетеля.

— Вы говорили, что был план оказания сопротивления, в чём план?
—  Противостоять правоохранительным органам…
— Каким образом мы должны были оказать сопротивление?
— Я пояснил: должны были все оказывать сопротивление, кто как умеет.
— Это ваши предположения?
— Меня инструктировали.
—  Кто?
— Не могу вспомнить.
— Были случаи сопротивления?
— Не было.
— Спасибо.

Суд прерывает допрос — судье показалось, что в зале ребенок, но никого из детей нет.

Свидетель рассказывает дальше, что на одном из сухбетов выгнали участника за «негативные высказывания». «Я был на этом сухбете?» — спрашивает Мустафаев. «Я не помню», — традиционно отвечает свидетель.

Мустафаев пытается расспрашивать про бахчисарайского имама Исмаила Рамазанова, но суд снимает все вопросы. В том числе о конфликте, который произошел между подсудимыми и имамом. Защита утверждает, что в том числе этот конфликт привел к тому, что имам выступает одним из свидетелей обвинения.

— Вы говорили, что участники Хизб ут-Тахрир провоцируют конфликты и снимают их на видео, чтобы публиковать в интернете. Оказалось, речь идет о странице «Крымской солидарности», а видео связаны с обысками… — суд, не дослушав, снимает вопрос.
— Я хочу понять, «Крымская солидарность» 10 лет существует? — вопрос снова снят.

В какой-то момент судья даже не снимает вопросы, а говорит за свидетеля — он уже давал пояснения, давайте дальше. В какой-то момент Мустафаев не выдерживает: «Мне интересно, есть что-то на что он уже не ответил». «Перед вами спрашивало столько человек», — объясняет судья.

18:32
04 марта
18:32
04 марта
«Константин, вы можете произнести букву «р»? — Салиев. Суд удаляет его из зала суда до окончания допроса

Допрос продолжает Эдем Смаилов.

Свидетель снова рассказывает, что познакомился со Смаиловым на встречах в мечети, которые он не помнит как часто происходили. Кроме мечети они виделись в «общественных местах».

Эдем Смаилов. Фото: Ґрати

— Я вас настойчиво убеждал соблюдать каноны ислама?
— Да, но я не помню когда это происходило, прошло много времени.

«Задавайте вопросы по существу», — просит судья и снимает вопросы о том, где ещё были встречи у Смаилова со свидетелем, какой был мотив посещения сухбета, ощущал ли свидетель пропаганду ненависти к другим национальностям во время встреч и другие.

Суд снимает все вопросы, связанные с конспирацией, к которой, по словам свидетеля, призывали во время встреч.

— Давал ли я вам деньги? — спрашивает Смаилов.
— Нет.
— Брал ли я деньги в фонд Хизб ут-Тахрир?
— Нет.

— Хранил ли я дома взрывчатые вещества и оружие?
— Не знаю.
— Вовлёк ли я кого-то в террористическую деятельность?
— Не помню, так как это было давно.
— Призывал ли я вас в Хизб ут-Тахрир?
— Затрудняюсь сказать, это было давно.

Фактически, свидетель не отвечает ни на один вопрос. Он либо не помнит, либо суд снимает вопросы, как ранее задававшиеся. Смаилов задал еще несколько вопросов и прекратил допрос.

Сейран Салиев. Фото: «Крымская солидарность»

«Константин, вы можете произнести букву «р»? — спрашивает у свидетеля Сейран Салиев, намекая на то, что Константин Алексеев, которого защита подозревает, как засекреченного свидетеля «Исмаилова»,  картавит. Суд снимает вопрос и удаляет Салиева из зала суда до конца допроса. Раньше судья несколько раз просил не называть свидетеля настоящим именем, расценивая это, как угрозу.

18:46
04 марта
18:46
04 марта
Свидетеля допрашивает Марлен Асанов. Суд отводит почти все вопросы

Допрос продолжает Марлен Асанов.

— Получали ли вы угрозы со стороны сотрудников ФСБ в случае отказа от допроса? — спрашивает он, но свидетель говорит, что суд должен снять вопрос. Судья действительно разрешает ему не отвечать.
— Я вижу, что суд заинтересован, — комментирует Асанов.

Суд снимает абсолютно все вопросы, на что возражает уже адвокат Назим Шехмамбетов. Свидетель отвечает буквально на единицы вопросов из числа задающихся.

— Были свидетелем того, как я пытался захватить заложников и взорвать кого-либо или что-либо?
— Нет.

— Вы говорили, что вас агитировали во время обыска. О каком обыске речь? — вопрос снимается.
— Те митинги, на которых вы участвовали, они проходили в Бахчисарае или в другом месте? — вопрос снимается.
— Я причинял вам физическую боль? — вопрос снимается.
— Вы один раз говорили, что на сухбете 30, другой раз 50 человек… — суд, не дослушав, снимает вопрос.

Так проходит весь допрос и Асанов прекращает допрос.

 

19:07
04 марта
19:07
04 марта
Прокурор зачитывет показания свидетеля следствию

Прокурор после допроса предлагает зачитать показания свидетеля во время следствия, чтобы устранить противоречия. Адвокаты протестуют.

«Я сомневаюсь, давал свидетель показания сам или под диктовку», — суммирует мнение защиты Сервер Мустафаев. Тем не менее, суд удовлетворяет ходатайство прокурора и предупреждает свидетеля, чтобы он слушал внимательно — после будут заданы вопросы.

Прокурор читает показания.

Свидетель постоянно проживает на территории республики Крым. В мечети к нему подошёл Марлен Асанов. После вопросов о пятикратном намазе он предложил регулярно общаться на религиозные темы. В ходе одной из встречь в 2016 году Асанов рассказал, что в Бахчисарае действует организация Хизб ут-Тахрир, которая поддерживает крымских татар. Асанов поручил изучить идеологию партии и сказал, что подберёт ему мушрифа (учителя — Ґ ). Во время общения он сказал, что хизб запрещён, привёл примеры ущемления прав мусульман, убедил что каждый мусульманин должен вести даваат (священную войну с неверными — Ґ ).

Асанов предложил посещать сухбеты (занятия — Ґ ), и с его слов стало известно, что Асанов и другие (подсудимые — Ґ ) проводили лекции. Асанов сообщил, что по правилам хизба мушрифы должны проводить занятия, но литературу участники должны изучать дома самостоятельно, а на сухбеты приносить например планшетные компьютеры.

Асанов призвал к несению даваата, чтобы увеличить состав и авторитет организации. Надо говорить, что Россия — враг мусульман, настраивать людей против властей.

Информацию о проведении сухбета должны передавать только лично. 

В документе перечисляются поименно все подсудимые, как участники сухбетов.

Там читали молитвы, потом объявлялась тема занятия. После окончания доклада предлагалось задавать вопросы. Подсудимые выражали кране негативное отношение к кяфирам (не мусульманам — Ґ ) и ДУМК.

В качестве примера негативного отношения к немусульманам приводится дело «Первой Бахчисарайской группы Хизб ут-Тахрир». По этому делу свидетель также давал показания, в качестве засекреченного, но сейчас отрицает это.

По окончании читалась молитва. Присутствующие покидали мечеть. Несколько минут посетители сухбета общались между собой, подсудимые рассказывали о необходимости вступления в Хизб ут-Тахрир. Подсудимые, с целью склонения жителей города к участию в Хизб ут-Тахрир, проводили личные беседы, распространяли литературу исламской партии.

Свидетель в показаниях отмечает, что не является участником и не разделяет идеологию Хизб ут-Тахрир.

Прокурор читает не весь документ, а только те его куски, которые считает нужным.

Асанов является владельцем кафе «Салачик». Он был недоволен и делал замечания свидетелю, который вошёл в круг его общения. Два раза в неделю свидетель встречался с Асановым в его кафе. Асанов говорил, что Хизб ут-Тахрир продолжает действовать, несмотря на запрет. Предлагал подробно ознакомиться с идеологией партии. Свидетель понял, что Асанов долго изучал его, при этом, создавая видимость крепкой дружбы.

Асанов предложил ему изучить идеологию и правила. Допустил к сухбетам и халакатам. В какой-то момент поставил перед фактом, что нужно отдавать 10% дохода на нужды Хизб ут-Тахрир. При этом, в разговоре упоминание Хизб ут-Тахрир и других терминов было категорически запрещено. В связи с вступлением Крымской республики в состав РФ, амир приказал изучать литературу дома. Участников инструктировали, что в случае появления сотрудников правоохранительных органов, они должны препятствовать их проходу в мечеть, пока учитель уничтожает материалы.

Во время сухбетов, в случае необходимости, выступающий давал пояснения по прошедшему уроку. Подсудимые приводили личный опыт по распространению идеологии Хизб ут-Тахрир. Начинающим участникам запрещалось задавать вопросы. Вопросы и ответы были заранее регламентированы.

В целях конспирации сухбеты проводились вечером в разное время. В случае задержания необходимо ссылаться на статью 51 Конституции РФ, говорить, что находились в мечети по религиозным основаниям — учили конспирации во время сухбетов.

С 2016 года на сухбетах Хизб ут-Тахрир не называлась. Как правило, информация у членов Хизб ут-Тахрир находится на флешках.

Всех подсудимых свидетель перечисляет с указанием их статуса в партии, авторитетом и негативными высказываниями в адрес России. Характеризует внешность каждого.

Прокурор заканчивает читать.

 

19:16
04 марта
19:16
04 марта
Свидетель на все противоречия утверждает, что правильнее показания, данные следствию, а не в суде

После чтения показаний, прокурор задает вопросы свидетелю. Тот объясняет, почему он утверждает, что знаком, например, с Асановым 10 лет, а потом говорит, что встретился с ним в 2016 году —  «знакомы 10 лет, а активно начал общаться с 2016 года, знаю его с 2006-2007 года».

На уточняющие вопросы о несоответствии показаний следствию и в суде свидетель говорит, что ранние показания, на допросе следователя, верные, а в суде он мог допустить ошибки, потому что «это давно было».

— Вы не конкретизировали задачи при ответе на вопросы защиты, в показаниях было указано, что участники сухбета сходились во мнении, что нужно бороться против государств кяфиров. В одном случае — против России, во втором — показания шире. Каким показаниям верить, на следствии или в суд? — спрашивает прокурор.
— Тем, которые я давал во время следствия.

Допрос затягивается, свидетель отвечает одинаково — ссылается на показания следователю. Мустафаев просит перерыв для туалета: «Самому неудобно». «Люди взрослые, — отвечает судья. — Надо потерпеть». В зале слушатели кричат: «Это пытка».

Через некоторое время, Мустафаев снова просит перерыв. Суд призывает терпеть.

«Кушать — терпите, лечиться — терпите, в туалет пойти тоже терпите? Ну тогда удалите меня, чтобы я нормально сходил в туалет», — заводится Мустафаев.

Суд объявляет перерыв.

19:28
04 марта
19:28
04 марта
Сервера Мустафаева удаляют из зала после отвода суду

После перерыва Сервер Мустафаев просит снова вызвать врача — после утренних уколов нос начал сильно течь, глаза заплывают. Уколы действуют 4 часа, время уже вышло. Суд отказывает, а когда адвокат Шехмамбетов напоминает, что никто из присутствующих не врач, — делает ему замечание.

Подсудимые заявляют отвод председательствующему, а Тимур Ибрагимов — всей коллегии. Суд тут же, не удаляясь, заявляет, что рассматривает отвод, как злоупотребление права на защиту, но в любом случае будет рассматривать его после окончания допроса свидетеля.

Мустафаев ругается с судьей Зубаировым. Тот не выдерживает и останавливает заседание, чтобы адвокат разъяснил подзащитному его права.

После Мустафаев продолжает доказывать, что отвод — это не злоупотребление. Судья делает ему замечание.

«Признайте, что вы просто хотите отпустить свидетеля. Это не я допускаю злоупотребление, а вы по отношению к моим правам», — говорит Мустафаев и судья удаляет его из зала до конца допроса свидетеля.

19:41
04 марта
19:41
04 марта
Суд удаляет Тимура Ибрагимова

Сразу после удаления Марлен Асанов требует остановить процесс: «Здесь нарушаются права и творится несправедливость! Мы зайдём в СИЗО ночью. Когда нам спать, когда нам есть? Почему нам надо столько говорить, когда надо просто сходить в туалет?». «Почему же вы, который говорил, что за права человека, не реагируете?» — обращается к прокурору Эрнес Аметов и заявляет ему отвод. Суд снова переносит рассмотрение отвода на после допроса свидетеля.

Тимур Ибрагимов тоже говорит, что суд просто хочет закончить побыстрее допрос свидетеля. «Меня сейчас осудят, а я даже не понял, как это произошло», — удивляется он.

«Отдайте моё право пожалуйста. Мы видим несправедливость, мы видим гнёт, мы видим пытки», — выступает Сейран Салиев и напоминает, что с 5 утра ничего не ел кроме икры и двух стаканчиков чая.

«Я правильно понял, что вы будете всегда перебивать?», — ругается с подсудимыми судья Зубаиров.

За них заступается адвокат Эмиль Курбединов — требует от суда вести корректно.

«Потому что я председательствующий, поэтому я руковожу», —  отвечает ему Зубаиров.

Судья пытается заставить Шехмамбетова задавать вопросы свидетелю. «У меня сложная этическая ситуация, мои подзащитные…», — начинает говорить адвокат, но судья его перебивает и требует продолжить допрос. «Вы все вместе говорите и это превращается в балаган», — уже кричит судья.

Подсудимые ругаются, судья продолжает с ними перепалку. В зале шумно и мало, что можно разобрать.

— Свидетель, поясните сколько раз вас допрашивали? — спрашивает Шехмамбетов. Но его не слышно из-за споров подсудимых. Он несколько раз повторяет вопрос. Суд пытается его снять, но адвокат настаивает.
— Точно не помню, но один раз точно было, —  наконец отвечает свидетель.
— Сегодня гособвинитель огласил два протокола, между которыми наблюдается неясность или противоречие.

Тимур Ибрагимов продолжает спорить и суд удаляет его из зала до окончания допроса свидетеля.

19:43
04 марта
19:43
04 марта
Суд удаляет Марлена Асанова

Заседание продолжается, но теперь и Асанов возмущается нарушением прав подсудимых со стороны суда. Судья с ним спорит и требует не перебивать.

«Вы пойдёте домой в нормальную постель и будете нормально кушать. Люди в это время уже спать ложатся. Даже с животными так не обращаются, их вовремя кормят и вовремя поят», — говорит ему Асанов.

Суд удаляет Марлена Асанова из зала.

19:46
04 марта
19:46
04 марта
Суд удаляет из зала Эдема Смаилова и Эрнеса Аметова. То есть всех подсудимых

Эдем Смаилов требует, чтобы подсудимым дали возможность поесть и отдохнуть.

— Вы будете вот так говорить?! — спрашивает у него судья.
— Да, пока не дадите, — отвечает Смаилов и его тоже удаляют из зала суда. В «аквариуме» остается только Эрнес Аметов, который просит удалить и его, чтобы он «не создавал проблем». Когда суд отказывает, Аметов начинает нараспев читать азан — призыв к молитве. Его удаляют.

20:19
04 марта
20:19
04 марта
Суд заканчивает допрос свидетеля и объявляет перерыв на неделю

Пока из зала суда выводят Смаилова и Аметова, в коридоре родственники шутят, что и переводчик теперь не нужен — ему просто некому переводить. Одновременно выясняемся, что на завтра нет заседания в расписании суда, хотя должно быть.

Адвокаты и пустой «аквариум». Фото: Ґрати

После продолжения заседания адвокат Шехмамбетов просит отложить заседание, но суд отказывает.

— Прокурор огласил два протокола, на вопрос о том сколько раз допрашивали утвердительно ответили один раз, сколько раз вас допрашивали? — спрашивает адвокат.
— Ваша честь я могу отвечать? — обращается он к судье.
— Да-да, конечно, — разрешает Зубаиров.
— Я не помню, — следует ответ.

— В ходе допроса вы пояснили, что не можете утверждать, что все люди на сухбете состоят в Хизб ут-Тахрир. В протоколе вы указывали, что участвуют только члены партии. Поясните? Я усматриваю противоречие.
— Ваша честь, — почему-то свидетель обращается к судье. — Я уже давал пояснения по этому вопросу: люди, которые ходили туда имели связь с Хизб ут-Тахрир. Это точно, так как я это всё помнил. То, что я помнил или вспоминал, я даю в показаниях.
— Правильно я понял, что показания на предварительном следствии правильные?
— Да.
— Но как вы установили что все эти люди в Хизб ут-Тахрир?
— Вы уже спрашивали, я поясню: эти люди приходили по приглашениям, никто не врывался. Меня пригласил Асанов Марлен.

Свидетель утверждает, что когда шел сухбет и вдруг в мечеть заходил кто-то из не членов Хизб ут-Тахрир, разговор сразу велся на другую «легальную» тему.

— Когда пришёл человек — сухбет прервался, приведите пример? — просит его адвокат.
— При мне такого не было, чтобы когда человек зашёл, сухбет остановился. Чтобы после молитвы человек остался, такого тоже не было.

Суд переспрашивает и свидетель теперь утверждает, что такое случалось при нем. Но кто был этот человек и как он выглядел — не помнит.

Свидетель почти на все вопросы о противоречиях в показаниях в суде и протоколах следствия, говорит, что следствие шло раньше и те показания вернее. А к моменту суда он уже забыл многие обстоятельства. Например, когда ему стало известно, что Асанов — владелец кафе «Салачик».

— Вы в оглашённых показаниях указали, что читалась молитва на арабском языке. Как вы определили, при том, что не владеете этим языком?
— Ваша честь я прошу снять этот вопрос так как это может меня раскрыть, — просит свидетель и суд с ним соглашается.

— Вы сказали что вам неизвестны фигуранты дела «Первой Бахчисарайской группы Хизб ут-Тахрир», а спустя год вы называете все их имена и фамилии, где они содержатся в заключении, их роли, судя по протоколу. Каким показаниям верить?
— Я сказал, что всех их не помню. Я дал показания и они правдивые, но со временем я мог их забыть.

Шехмамбетов спрашивает о показаниях во время следствия о роли подсудимых во время обысков у крымских татар.

— Что вы имеете ввиду под словами «оппоненты» и «агрессивность»?
— Точно не могу вспомнить, но члены партии во время обыска агрессивно себя вели, были потасовки.
— С правоохранительными органами потасовки?
— Да.
— Можете привести конкретный пример? — суд снимает вопрос.

— А пример, когда подсудимые провоцируют для конфликта и снимают это на видео?
— В соцсетях, — расплывчато отвечает свидетель.
— Назовите пример.
— «Крымская солидарность».
— Детали видео.
— Конфликт с правоохранительными органами.

Несколько вопросов суд снимает, как ранее задававшиеся, на остальные свидетель вновь отвечает, что не помнит.

Вопросы в конце заседания задает судья  Зубаиров.

— Вы можете назвать крайний месяц, когда вы присутствовали на сухбетах?
— Ваша честь — не могу, не могу вспомнить
— Вы поясняли, что деньги собирались для политзаключенных.
—  Это те люди, которые осуждены по статье терроризма.
— Речь идёт о членах Хизб ут-Тахрир?
— Да, Ваша честь.

Судья цитирует текст показаний свидетеля, где он утверждает, что Сейран Салиев с некоторого времени стал вести деятельность скрытно, и просит пояснить.

— Раньше он в соцсетях выкладывал террористическую символику, потом был привлечён к ответственности, ещё раз, уехал, приехал, стал вести свою деятельность скрытно.
— Какую деятельность?
— В организации.
— Какой?
— Хизб ут-Тахрир.

«Спасибо свидетель, что прибыли», — заканчивает судья допрос и объявляет перерыв до утра 16 марта.