Напоминание. Часть 3. Какую роль разговоры в кабинете Леонида Кучмы сыграли в убийстве Георгия Гонгадзе

Рисунок: Вячеслав Юрченко, Ґрати
Рисунок: Вячеслав Юрченко, Ґрати

Дело Георгия Гонгадзе — зеркало современной истории Украины. Преступление, которое пытались сначала скрыть, а потом замять, отозвалось эхом «кассетного скандала», обвинениями в заказе преступления против второго президента Леонида Кучмы, акциями протеста и, в итоге, Оранжевой революцией.

Мы продолжаем публикацию рассказа соавтора документального фильма о гибели Георгия Гонгадзе Максима Каменева. О том, как убивали журналиста вы можете прочитать в первой части его статьи — «Напоминание. Соавтор фильма о гибели Георгия Гонгадзе о том, как убивали журналиста», а о том, «Что происходило с телом Георгия Гонгадзе» — во второй.

Сегодня он рассказывает, какую роль разговоры в кабинете Леонида Кучмы сыграли в убийстве Георгия Гонгадзе

 

Обвинение

Утром 28 ноября 2000 года Верховная Рада Украины начала работу в привычном режиме: оппозиционные депутаты жаловались на коррупцию и притеснения власти. Александр Мороз, лидер объединенной фракции Социалистической и Селянской партий, записался на выступление шестым.

С трибуны парламента он на всю страну назвал заказчиком исчезновения Георгия Гонгадзе президента Леонида Кучму, главу его администрации Владимира Литвина — соучастником, а министра внутренних дел Юрия Кравченко — сценаристом и организатором похищения.

«Весьма вероятно, что высшие государственные должности в Украине занимают уголовные преступники. Выводы по этому поводу должны сделать Верховная Рада и суд», — заявил Мороз.

Верховная Рада отреагировала вяло. Спикер Иван Плющ с невозмутимым лицом передал слово Анатолию Кинаху из провластной «Народно-демократической партии». Тот объявил о создании парламентской группы в поддержку отечественного производителя. Депутаты продолжили обсуждать реформы, а потом заслушали доклад Уполномоченной по правам человека.

Александр Мороз тем временем собирал пресс-конференцию в кабинете №12. На нее он пришел с магнитофоном, помощник политика Юрий Луценко со второй попытки вставил кассету. Лидер социалистов утверждал: на ней записи, тайно сделанные в кабинете главы государства. Из колонок, голос, похожий на президентский, ругался матом и требовал от министра Кравченко разобраться с Георгием Гонгадзе:

Рисунок: Вячеслав Юрченко, Ґрати

«Депортировать его, блядь, в Грузию и выкинуть там нахуй… Чеченцев надо, чтоб украли его и выкинули».

Лидер социалистов сразу признал: кассета скомпилирована из записей разных дней, слушая их не всегда можно понять, о чем именно идет речь. Но лично у него сомнений не было: на пленках зафиксирован заказ похищения сооснователя «Украинской правды» и отчет о его выполнении.

Мороз вспомнил об обезглавленном «таращанском» теле, найденном три недели назад. Правда обошел вниманием тот факт, что труп нашли на его избирательном округе. По многим признакам на теле узнается пропавший журналист, говорил Мороз. Но прямым текстом обвинить Леонида Кучму в убийстве не решился.

 

Пленки

Послушать «кассету Мороза» все желающие смогли в тот же день на сайте голландской газеты De Volkskrant. Журналистка Колин де Вриз в статье «Отдайте его чеченцам» рассказывала, что редакция пыталась проверить пленки перед публикацией, но безрезультатно. Компания TNO Human Factor, в которую обратилась De Volkskrant, не рискнула судить о подлинности, объяснив, что для этого нужны оригиналы, а не копии пленок.

Пресс-секретарь Кучмы Александр Мартыненко сразу же назвал записи инсинуацией. Сам президент спустя три дня на саммите СНГ в Минске прокомментировал:

«Это провокация, возможно при участии иностранных спецслужб. Каких спецслужб —  нужно разобраться». Стоявший рядом  президент Грузии Эдуард Шеварднадзе добавил: «Или догадаться».

Спецслужбы действительно участвовали. Александр Мороз вскоре раскрыл свой источник парламентской комиссии, расследовавшей исчезновение Георгия Гонгадзе. Депутаты Александр Жир, Сергей Головатый и Александр Шишкин  отправились в Чехию на встречу с осведомителем — майором СБУ, сотрудником управления госохраны Николаем Мельниченко.

Майор передал депутатам два компакт-диска с фрагментами разговоров из кабинета президента — из этих фрагментов была смонтирована кассета, которую обнародовал Мороз. Министр внутренних дел  Юрий Кравченко 12 декабря с трибуны парламента потребовал экспертизы. Депутаты попросили Международный институт прессы в Вене проверить подлинность записей.

С тех пор это делали несколько раз как минимум пять разных лабораторий и экспертов. В книге «Гонгадзе. Убийство, которое изменило Украину» журналист Ярослав Кошив отмечает: лишь одна компания — американская БЕК-ТЕК — признала, что в пяти фрагментах с упоминанием Георгия Гонгадзе нет монтажа. Остальные эксперты не смогли определить: подвергались ли цифровые записи манипуляциям или нет.

Международный институт прессы предложил  сравнивать разговоры на пленках с событиями, происходившими за стенами президентского кабинета. Журналист Алексей Степура занимается этим уже уже 20 лет. За это время он успел расшифровать все доступные ему записи, частично восстановил их хронологию и опознал голоса собеседников.

«Качество записи на пленках ужасное.  Я их расшифровывал вместе с братом и даже мы расходились в мнении, что именно прозвучало в той или иной реплике», — вспоминает Степура.

Он подсчитал: Георгий Гонгадзе упоминается в 11 фрагментах разговоров, общей длительностью 20 минут  — все они  были сгруппированы на кассете, которую включал журналистам Александр Мороз. Всего же истории похищения журналиста касаются 25 фрагментов пленок.


С разрешения Степуры мы публикуем его расшифровки фрагментов «пленок Мельниченко», в которых упоминается Георгий Гонгадзе.

Фрагменты «пленок Мельниченко», в которых упоминается Георгий Гонгадзе


Впервые на «пленках Мельниченко» Леонид Кучма упоминает Георгия Гонгадзе вскоре после майских праздников 2000 года. В газете «Зеркало недели» вышел анонимный опрос журналистов об уровне свободы слова в Украине. Публикация под заголовком «Крик души» Кучме не понравилась. Во время разговора предположительно с главой собственной администрации Владимиром Литвином он возмущался — опросили только журналистов, настроенных против власти:

«Та же Коробова Татьяна Коробова в то время работала в газете Соцпартии «Грани» … Тот же Гонгадзе, бля, независимый журналист и пошло-поехало, — после чего добавляет. — Надо уже действительно серьезно смотреть».

Георгия Гонгадзе Кучма знал — за две недели до президентских выборов, в октябре 1999 года,  журналист задавал ему вопросы с критикой в эфире политического ток-шоу «Эпицентр». Спустя 20 лет Александр Мартыненко сейчас — генеральный директор информагентства «Интерфакс-Украина» вспоминает: Гонгадзе посещал брифинги президента.

«Его вопросы отличались от остальных. Иногда эти вопросы задавались не для того, чтобы узнать что-то новое, а чтобы высказать свою позицию», — рассказывал Мартыненко в 2020 году в интервью для мультимедийного проекта «Дело Гонгадзе как зеркало эпохи».

 

Заговорщик

Публикации оппозиционных журналистов Леонид Кучма регулярно обсуждал с  Леонидом Деркачем — глава СБУ приносил президенту своего рода дайджест интернет-публикаций с критикой власти. Традиция подобных докладов спецслужбы сохранилась как минимум до 2015 года, когда ее признал и прекратил Петр Порошенко.

12 июня 2000 года Деркач пришел к Кучме обеспокоенный статьей в «Украинской правде» — перепечаткой статьи из российской «Независимой газеты» о его сыне Андрее.

К 33-м годам тот успел построить отличную карьеру: служил в СБУ, работал консультантом президента и первым помощником премьер-министра Валерия Пустовойтенко, а в 1998 году избрался в Верховную Раду по мажоритарному округу в Сумской области. Вместе с бизнесменом Вадимом Рабиновичем Деркач-младший владел телерадиокомпанией «Эра», программы который выходили в эфире государственного телевидения и радио.

Статья под громким заголовком «Наш украинский Путин» вышла 7 июня и была комплементарной по отношению к Андрею Деркачу. Автор, скрывавшийся под псевдонимом Андрей Карков, рассуждал о недавнем транзите власти от Бориса Ельцина к Владимиру Путину и задавался вопросом: кто станет преемником украинского президента? И сам же на него отвечал: Андрей Деркач.

Как и Путин, тот выходец из системы органов госбезопасности, может найти общий язык с олигархами, имеет обширные международные связи и сторонников в разных политических группах — проводил параллели автор. Но при этом остается прагматиком и центристом. Более того, Кучма, утверждал журналист, лично назвал Деркача-младшего «украинским Путиным» и сам видел в нем преемника.

«Украинская правда» Георгия Гонгадзе  обратила внимание на статью «Независимой» и пересказала ее основные тезисы, назвав «милой PR-акцией». Леонид Деркач счел нужным объясниться с президентом:

— Вот почитайте, буквально две минуты. Вот это почитайте. Это то, что, кто организовал вот эту вот статью, что следующий украинский Путин — это Андрей Деркач. Вот это вот… вся эта… Георгадзе этот, — подкладывал  глава СБУ записку. Пользоваться интернетом сам Кучма тогда еще не умел.

— Георгадзе этот? — переспросил Кучма.

— Да, да… — подтвердил Деркач

— Так вы что-то с этим можете? — спросил президент

— Та и так уже пиздец ему будет… я это, блядь, это затопчу, — пообещал глава СБУ.

В публикациях о сыне он увидел если не заговор, то как минимум  технологию — статья в «Независимой газете», по его мнению, нужна была журналистам УП, чтобы замаскировать источник. Леонид Деркач доложил Кучме: «Украинскую правду» финансирует бизнесмен и народный депутат Михаил Бродский, тот в свою очередь,  связан с Григорием Суркисом — влиятельным олигархом из дружественной к главе государства Социал-Демократической партии Украины (объединенной), почетным президентом футбольного клуба «Динамо-Киев». Партнером Суркиса, в том числе и по финансированию УП, Деркач называл еще одного лидера «социал-демократов» — Виктора Медведчука.

Кроме сухих данных, глава СБУ предложил президенту почитать стихи, которые о них обоих якобы сочинил Георгий Гонгадзе.

— Гон-га-дзе. Почитаю. Ну, так разберись с ними, — отмахнулся Кучма.

— Та разберусь. Георгадзе поставим на место, а если будут финансировать, будут тоже… — пообещал Леонид Деркач.

Его словам Кучма верил. В тот же день он пересказал теорию главы СБУ журналисту Вячеславу Пиховшеку, с которым регулярно встречался. Мол, за публикациями в «Независимой газете» стоит Гонгадзе, а за ним — некие друзья президента. Пиховшек очень удивился.

 

Внимание

Разговор о Георгии Гонгадзе Кучма не забыл. Спустя полторы недели он снова поинтересовался у Леонида Деркача, кто же финансирует «Украинскую правду».

— Значит, ты однозначно ведешь этого самого, грузина этого? Георгадзе, блядь, финансирует Бродский, да? — переспросил президент

— У нас такая информация. Я… мы его взяли сейчас плотно. Мы сейчас его полностью за ним отслеживаем, — рапортовал Деркач.

УП продолжала привлекать к себе внимание. Аудитория издания тогда была невелика — да и вообще, интернетом в 2000 году регулярно пользовались от силы 200 тысяч украинцев.  Но Георгий Гонгадзе часто появлялся на телеэфирах с влиятельными политиками. Содержание некоторых — например, эпических дебатов между вице-премьеркой Юлией Тимошенко и Григорием Суркисом — он пересказывал в публикациях на сайте.

К тому же «Украинская правда» была одним из немногих изданий, которые в те дни тщательно отслеживали судебный процесс над Павлом Лазаренко, обвиняемом в США  в отмывании 114 млн долларов. 20 июня УП перепечатала с российского ресурса flb.ru статью «В ожидании КУЧМАгейта» киевского журналиста Олега Ельцова. Автор, ссылаясь на информацию от адвокатов беглого экс-премьера, утверждал: обвинение в отмывании денег должно распространяться и на президента Кучму.

В следующей заметке «Куда пойдут деньги Лазаренко» УП повторяла этот тезис, цитируя публикации в российских «Независимой газете» и газете «Сегодня», а еще в одной статье открыто иронизировала над попытками Кучмы оправдаться.

Достоверно неизвестно разозлила ли президента какая-то конкретная публикация УП или же общий тон сайта. Но 3 июля, как только Деркач зашел в кабинет президента, тот сразу же завел разговор о Гонгадзе.

— Я это все читал! Вот это. В интернете, «Украинская правда»! — возмутился Кучма

— Ааа, та это сука! — поспешил доложить Деркач. — Ведем дело, сейчас по всем каналам его слушаем, вот, секреты его киевские выявляем. Вот. И полез он… Полез он счас уже и к этому, к Морозу.

Президент внимательно слушал и соглашался, но не рассказывал Деркачу-старшему, как за два часа до этого обсуждал Георгия Гонгадзе еще с двумя собеседниками: министром внутренних дел Юрием Кравченко и главой АП Владимиром Литвиным.

 

Заказ

Эти разговоры до сих пор вызывают споры среди исследователей истории убийства Геория Гонгадзе. Не все фразы на них можно разобрать и не всех участников опознать доподлинно.


Полную запись разговоров в кабинете Кучмы за 3 июля 2000 года можно послушать здесь.


Главу администрации Владимира Литвина Кучма вызвал по переговорному устройству поговорить именно об оппозиционном издании. Литвин вошел в кабинет через минуту. Свое участие в этом разговоре он позже отрицал.

— «Украинская правда» — ну это просто, бля, конечно, уже оборзели. Вы посмотрите. Подонок, бля. Грузин, грузин этот, — ругался Кучма, не переходя еще, впрочем, на крик.

— Кто? Гонгадзе? — переспросил Литвин.

— Гонгадзе — подтвердил Кучма и в очередной раз поинтересовался источниками финансирования журналиста.

— Ну, он активно сотрудничает с этим, с Морозом, с «Гранями». Я в субботу его с Макеенко... Владимир Макеенко в то время народный депутат от Социалистической партии , — начал было Литвин.

— Может в суд? Тут нардеп. Пусть бы юристы подали в суд, — размышлял президент.

— Это же к прокуратуре, да? — уточнил глава АП.

Вероятно, Литвин зашел в кабинет президента не один. На пленке отчетливо слышно, как еще один голос говорит: «Нет, пусть Кравченко скажет на меня». Литвин вторил незнакомцу: «Таким образом на него подействовать».

— Ну просто, блядь уже ж. Есть какая-то мера, блядь. Сука, блядь, — продолжал негодовать Кучма и тут же предложил способ остановить  публикации Гонгадзе, — Депортировать его, блядь, в Грузию и выкинуть там нахуй. Отвезти его в Грузию, блядь, и кинуть там.

— Гонгадзе, понимаешь, — вставил слово неизвестный.

— Чеченцев надо, чтобы украли его и выкуп требовали, — предложил Кучма еще один вариант наказания.

Обсуждению планов помешала секретарша. Она зазвенела посудой, и Кучма сменил тему. Дальнейшие слова президента, главы его администрации и их неопознанного собеседника разобрать невозможно — судя по записи, они отошли далеко от места, где лежал диктофон.

Следующим к президенту пришел министр внутренних дел Юрий Кравченко — как и другие силовики он докладывал по понедельникам. Кучма сразу же завел разговор о сооснователе УП.

— Значит, чтоб я не забыл: есть такой Гонгадзе, — начал он.

— Я, что-то фамилию такую… — попытался вспомнить глава МВД.

— Ну, подонок, блядь, высшей меры, — охарактеризовал журналиста президент.

— Гонгадзе. Он уже где-то у нас проходил…

От Кравченко, как их от остальных, Кучма потребовал выяснить, кто дает «Украинской правде» деньги, а затем повторил жуткое предложение о похищении Гонгадзе руками чеченцев. Правда, приписал эту идею Владимиру Литвину.

— Да мы его где-то. Нет, я вам говорю… Это такие люди капитальные. То, что мы применили. До этого времени нет. Не распространяет ничего, — путанно отвечал министр.

— Ну, а его в Грузию отвести и выкинуть там, — предложил второй вариант Кучма.

 

«Орлы»

Кучма понимал, каких именно «капитальных людей» имел в виду Юрий Кравченко — речь шла о департаменте наружного наблюдения МВД. За месяц до этого разговора сотрудники департамента выкрали, вывезли в лес и избили другого критика власти — активиста Алексея Подольского. Член общественного объединения «Мы» оппозиционного депутата Сергея Головатого, он обвинял Леонида Кучму в фальсификации результатов недавнего референдума. Они подтверждали согласие граждан ограничить полномочия Верховной Рады и расширить президентские.

В начале июня Подольский дважды приходил под МВД и раздавал прохожим листовки со статьей о фальсификациях. Оба раза милиция задерживала активиста. А 9 июня Подольского похитили милиционеры Олег Мариняк, Николай Наумец и их командир Алексей Пукач.

Рисунок: Вячеслав Юрченко, Ґрати

Они подкараулили активиста вечером под рестораном, дождались когда тот попытался поймать такси, подъехали на автомобиле Hyundai Sonata и предложили подвезти — те же методы используют и при похищении Гонгадзе. Милиционеры вывезли Подольского в лес под Броварами, избили резиновыми дубинками и пригрозили, что убьют, если он не прекратит критиковать президента и МВД. Избитого активиста бросили в лесу. На прощание, для пущего эффекта, Олег Мартыняк показал ему лопату и канистру бензина.

В 2007 году суд приговорил за это  Наумца и Мариняка к трем годам лишения свободы. Пукача признали виновным только в 2013 году — похищение Подольского и убийство Гонгадзе рассматривали в рамках одного процесса.

Кравченко рапортовал президенту о нападении через три дня:

«Теперь вот эта вся братия, которая распространяла от Головатого листовки. Значит, позавчера один оказался аж в Сумской области. Тот, который активно распространял. Значит, его так обработали!».

Кучма в ответ рассмеялся.

«У меня есть такое подразделение, которое… Методы их… Потому что у них же ни морали, ни совести, ничего нет. И не дай бог…», — хвастался министр внутренних дел.

Через 13 лет, в суде Алексей Пукач рассказывал, как в мае или в июне 2000 года руководитель аппарата МВД Эдуард Фере передал ему приказ Юрия Кравченко о спецоперации: установить место жительства Алексея Подольского, вывезти его из Киева и запугать, чтобы тот прекратил дискредитировать руководство страны. Ослушаться генерала Пукач не мог и распорядился, чтобы подчиненные начали наблюдение.

Через некоторое время Фере передал Пукачу, что министр недоволен — Подольский и дальше распространяет листовки. После этого разговора Пукач решился похитить активиста.

Проверить показания Пукача было уже не у кого — к тому времени и Фере, и Кравченко были мертвы.

 

Давление

После разговоров в кабинете президента силовики начали следить за Георгием Гонгадзе  в открытую. Со-основателем «Украинской правды» занималось и СБУ, и милиция. 7 июля сотрудники спецслужбы проведали во Львове Лесю Гонгадзе и расспрашивали о ее сыне.

Через пару дней в редакцию радиостанции «Континент», на которой Гонгадзе вел регулярную передачу, пришел подполковник милиции. Директору Сергею Шолоху он рассказал, что расследует причастность Георгия к перестрелке в одесском баре «Жемчужина» 23 июня — тогда пострадали пятеро человек, бизнесмен чеченского происхождения Беслан Арчаков скончался в больнице. Позже Шохол опознал в собеседнике Алексея Бернака — в то время заместителя Алексея Пукача в департаменте наружного наблюдения МВД.

Силовики «вели» Георгия Гонгадзе демонстративно — в какой-то момент он засек возле редакции «Украинской правды» пять автомобилей наружного наблюдения. Журналист тоже защищался публично. На УП вышла заметка —Охота на Гонгадзе?», в ней сообщалось, что со-основателю издания «шьют дело». 14 июля Гонгадзе опубликовал номера машин, следящих за редакцией, в открытом письме генеральному прокурору.

Давление не остановило Гонгадзе и его коллег — УП продолжала критиковать Кучму и его окружение. 22 июля издание перепечатало еще одну статью с российского сайта flb.ru — «Олигархи-лампасники». В ней шла речь о коррупции руководства украинских силовиков — Кравченко, Деркача и главы Государственной налоговой службы Николая Азарова. Автором был все тот же журналист Олег Ельцов.

Леонид Кучма регулярно справлялся, когда же Юрий Кравченко выполнит его поручение по Гонгадзе. Министр внутренних дел просил дополнительное время на «изучение ситуации».

«У меня сейчас команда… Орлы такие, что сделают все, что хочешь», — утверждал министр во время еженедельного доклада 10 июля.

Через неделю Леонид Кучма уехал отдыхать в Крым, но вернувшись в конце августа снова поинтересовался у главы МВД: разобрался ли он с Гонгадзе. Кравченко пообещал, что все сделает через два дня, но снова не справился

«Я его сделаю, Леонид Данилович. Я сделаю. Я просто, чтобы оно… чтобы оно нигде не получилось. Ну, он будет. Он тут пишет, что это расчет за его дела», — оправдывался министр 11 сентября.

По заявлению журналиста в генпрокуратуру к тому времени уже открыли расследование о незаконной слежке.

«Ну почему каждая срань должна писать на генерального… Мог отправить на районного прокурора», — возмущался Кучма.

 

Система

К сентябрю председатель СБУ Леонид Деркач существенно развил свою теорию заговора депутатов Бродского, Суркиса и Медведчука, финансирующих УП, чтобы дискредитировать Кучму. Деркач обратил внимание президента на Олега Ельцова, статьи которого регулярно перепечатывала «Украинская правда».

11 сентября он докладывал главе государства, что источником журналиста мог быть глава компании НАК «Нафтогаз Украины» Игорь Бакай.

— Ну, это только один эпизод, а вообще-то это система, — нагнетал Деркач, подкладывая распечатки статей Ельцова президенту.

— Ну слушай, их давно уже нужно взять за жопу, — ответил Кучма.

Глава СБУ пообещал навести порядок, Кучма попросил его не затягивать.

В чем именно заключается «система», Кучма пересказал в тот день следующему посетителю — предположительно Владимиру Литвину: по заказу олигархов статьи с критикой высших чиновников публиковали сначала на российских интернет-ресурсах, затем их перепечатывала УП, и дальше они расходились по украинским медиа. Чуть позже Кучма перешел к деталям:

— Там… есть такой… фамилию мне Деркач называл. Ну это команда этого самого… грузина этого.

— Кто, Гонгадзе? — спросил собеседник.

— Гонгадзе, — подтвердил Кучма.

— Что там Кравченко? С ними занимался? — спросил собеседник Кучмы.

— Та что ж, что он занимался… Ни хуя с ним не получается… я ему сейчас… там и на него есть статья, — сетовал президент.

Теория Деркача не выдерживала критики и основывалась на неверных предпосылках. Олега Ельцова он путал с москвичом Сергеем Горшковым, основателем сайта compromat.ru. Как и УП, тот перепечатывал статьи Ельцова без разрешения.

Сам Ельцов в 2020 году вспоминал: писать для сайта «Агентство федеральных расследований FreeLance Bureau» — flb.ru Сергея Плужникова он начал после того как украинские редакции отказались публиковать его статьи. Ведь в каждой журналист по сути обвинял руководство страны в преступлениях.

«Мне никто ничего не диктовал, я писал то, что я хотел, отправлял им, они мне еще за это и деньги платили и публиковали. О чем еще может мечтать фрилансер?», — вспоминает Ельцов.

Вечером 15 сентября, через шесть дней после разговора Кучмы с Деркачем, в квартире журналиста зазвонил телефон. Незнакомый мужской голос сказал: публикации Ельцова мешают весьма влиятельным людям и потребовал  прекратить работать на спецслужбы и «фокусы в интернете».

Ельцов сразу же вызвал милицию.  По вызову приехали два участковых инспектора, принимать заявление об угрозах, за которыми по словам жертвы стояли руководители МВД и СБУ, они отказались.

На следующий день неизвестный позвонил снова: «Что ментов приводил?». Журналист заметил, что за его домом следят зеленые «жигули» — лишь спустя год новый глава спецслужбы Владимир Радченко признал, что номера машины принадлежали «наружке» СБУ.

Журналист сообщил о слежке за ним коллегам из информационного агентства УНИАН и в тот же вечер вместе с дочерью сел на поезд и уехал проведать отца в Армавир Ростовской области РФ. По дороге журналиста дважды обыскали — сначала милиция, а затем СБУ и таможня — но из страны выпустили. Той же ночью, Алексей Пукач и его подчиненные выкрали, вывезли в лес и убили Георгия Гонгадзе.

Через три дня Леонид Деркач рассказал о приключениях Ельцова Леониду Кучме, который накануне вернулся из Парижа:

«Этот чертенок, он убежал туда. Ему был звонок по телефону, вот, что если ты не прекратишь заниматься всякой херней, то мы тебе голову оторвем. И после этого он буквально через пять минут, как он рассказывает потом жене по телефону. И убежал на вокзал, взял билеты и… Ну, мы разберемся, сейчас разберемся. Прихватим дело. Я… Конечно ж надо наказывать — это ж шо?».

Глава спецслужбы сообщил президенту, что передал ориентировку на Ельцова своему российскому коллеге — директору ФСБ Николаю Патрушеву. Но президента интересовало другое

— Слушай, ну интернет весь выключен? — спросил Кучма

— Интернет весь выключен, — заверил его Деркач.

 

Эфир

В тот день президент все-таки устроил главе СБУ разнос — за эфир ТРК «Эра» его сына Андрея Деркача. В ночь убийства и похищения Георгия Гонгадзе там показывали очередной выпуск программы «Погляд», посвященный Владимиру Киселю — меценату и депутату совета Московского района Киева. сейчас — Голосеевский район  О том, что Кисель был еще и криминальным авторитетом, автор программы умолчал, зато сообщил о его знакомстве с министром внутренних дел Юрием Кравченко — они вместе спонсировали тяжелоатлета-олимпийца, милиционера Дениса Готфрида.

«Я приехал из Франции, а мне жена говорит: на государственном канале показывают Киселя рядом с Кравченко», — гневался Кучма.

Он обвинил главу СБУ в сливе журналистам «Эры» видео наружного наблюдения за встречами депутата и министра.

— У меня нет пленок. Я не хожу туда, не снимаю. Оно мне не нужно. Леонид Данилович, вы меня правильно поймите. Ну я ничего этого не сделал, — оправдывался Леонид Деркач.

— Слушай! я тебя понять уже ни хуя не могу, когда такие, блядь, проколы делаются! — негодовал президент. — Это же еще не знает Кравченко! Он, бля, вообще с ума сойдет.

Леонид Кучма считал, что председатель СБУ плетет интриги против министра внутренних дел, которые отразятся и на его политическом имидже. Подозрения только усилились, когда в тот же день 19 сентября, посольство Грузии опубликовало сообщение об анонимном звонке. Неизвестный в разговоре с дипломатами утверждал, что за похищением Георгия Гонгадзе стоят Юрий Кравченко, Владимир Кисель и народный депутат Александр Волков. Кучма потребовал к себе посла Малхаза Чачаву.

«Вызови его, бля. Пусть сделает, блядь, опровержение, иначе я позволю Шеварднадзе, Президент Грузии в 1995-2003 годах Эдуард Шеварднадзе  чтоб его отозвали нахер», — приказывал он Владимиру Литвину в гневе на следующий день.

О чем в эти первые дни после похищения и убийства Георгия Гонгадзе Леонид Кучма говорил с Юрием Кравченко до сих пор неизвестно. Николай Мельниченко утверждал, что записывал разговоры в президентском кабинете до 26 сентября, и как минимум одна беседа между президентом и министром состоялась. Но ее запись он так никогда и не опубликовал.

Кравченко никогда не признавал, что причастен к похищению и убийству сооснователя УП. 4 декабря 2000 года министр дал интервью газете «Украина молодая» в котором заявил: «Появятся два-три человека в темных очках, которые будут сняты со спины. Они будут давать показания о том, что я лично поручал выкрасть, убить Гонгадзе… или что-то в этом роде».

Леонид Кучма никогда не признавал аутентичность записей майора Мельниченко. За их публикацией стоят спецслужбы, продолжал твердить он, но какой именно страны — умалчивал. Леонида Деркача он уволил с должности главы СБУ спустя два с половиной месяца после пресс-конференции Александра Мороза, 10 февраля 2001 года.

К тому времени в Украине набирала обороты самая масштабная за десять лет независимости акция протеста «Украина без Кучмы!». Митингующие граждане требовали отставки всех силовиков и импичмента президенту. Юрий Кравченко задержался на своей должности немногим дольше Деркача — Кучма уволил его 19 марта.

 

Роли

Из опубликованных за 20 лет фрагментов пленок Мельниченко можно сделать немного однозначных выводов.

Президент действительно заказывал похищение Георгия Гонгадзе.

Глава Администрации президента Владимир Литвин похоже был в курсе преступного поручения своего шефа, журналисты много лет обвиняли его в «накрутке» Кучмы против Гонгадзе. Но если кто-то и спровоцировал президента — то это Леонид Деркач. Ведь именно глава СБУ снабжал президента распечатками статей УП.

Как бы то ни было, Кучма сам придумывал идеи наказания: похищения, принудительной высылки в Грузию, расправы с привлечением чеченцев. И лично поручил Кравченко разобраться с сооснователем УП. Но ни на одном из опубликованных фрагментов нет упоминаний о том, что президент поручает убить журналиста.

За 20 лет Леонид Кучма так и не признался, что же в те дни происходило в его кабинете — даже жене журналиста Мирославе Гонгадзе и соосновательнице УП Алене Притуле.

«Я очень надеюсь, что перед тем, как Кучма умрёт, мы с ним пообщаемся и поговорим. Я задам ему один-единственный вопрос, который меня интересует. Как это всё было на самом деле? Возможно он даже никому больше не расскажет, кроме меня», — до сих пор верит Алена Притула.

Точку мог бы поставить и Николай Мельниченко, опубликуй он все имеющиеся у него записи. По его собственным словам из 300 часов разговоров в президентском кабинете  он обнародовал только 45.

До 2011 года майор отказывался давать показания по делу об убийстве Георгия Гонгадзе. Девять лет назад Мельниченко согласился на очную ставку с Леонидом Кучмой, во время которой, по сообщению «Украинской правды» якобы сказал президенту: «Леонид Данилович, не берите на себя чужие грехи. Вас подставили». После чего экс-майор потребовал от следователей очную ставку с Владимиром Литвиным. УП ссылаясь на свидетелей писала: Леонид Кучма в ответ сказал лишь, что допрашивать никого не надо.

С 2016 года Генеральная прокуратура пытается допросить Мельниченко по другому поводу. Майора обвиняют в превышении полномочий, разглашении гостайны и легализации доходов, полученных незаконным образом. Проще говоря, торговле записями из кабинета президента.

 

2 месяца. Столько в среднем украинцы ждут от подачи иска до первого судебного заседания
2

месяца. Столько в среднем украинцы ждут от подачи иска до первого судебного заседания

Розповідь Галини Довгополої, засудженої в Криму за держзраду «Мене жбурляли, кричали матом, а я сміялася їм в обличчя — 12 років в’язниці!»

«Мене жбурляли, кричали матом, а я сміялася їм в обличчя — 12 років в’язниці!»

Розповідь Галини Довгополої, засудженої в Криму за держзраду

Раз в неделю наши авторы делятся своими впечатлениями от главных событий и текстов