Суд в Крыму заочно арестовал журналистку «Радио Свобода» — ее внесли в список экстремистов и огласили в федеральный розыск РФ
Журналистка Алексина Дорогань во время радиоефира на проекте Радіо Свобода Крым.Реалии, 22 августа 2019 года. Фото: Стас Юрченко, Ґрати
Алексина Дорогань занимается журналистикой уже 29 лет. Все это время она освещает ситуацию в Крыму, где родилась и жила до 2014 года, пока не была вынуждена выехать на материк из-за российской оккупации.
А в августе 2025 года журналистка узнала, что российские власти на полуострове объявили ее в федеральный розыск.
Подробнее о деле против украинской журналистки — в материале «Ґрат».
«Не умела мириться с несправедливостью»
«С 2014 года каждый крымский журналист должен был быть к этому готов. Я была абсолютно к этому готова», — говорит журналистка Алексина Дорогань о деле, возбужденном против нее в Крыму.
Она понимала, что рано или поздно это случится.
По образованию Дорогань — юристка, но, как сама признается, по специальности не проработала ни дня: уже во время учебы на заочном отделении полностью ушла в журналистику.
Первый профессиональный опыт получила в пресс-службе Фонда имущества Автономной Республики Крым, где начала работать в 18 лет. Уже через год — парламентская газета Крыма и первые материалы, посвященные наиболее болезненным и конфликтным вопросам полуострова.
«Я просто никогда не умела мириться с несправедливостью», — говорит Алексина Дорогань.
До оккупации Крыма она 10 лет проработала журналисткой в телерадиокомпании «Черноморская». Когда российские войска начали захват полуострова в 2014 году Дорогань была уже собственным корреспондентом телеканала ICTV в Крыму.
Оккупация заставила ее выехать на материковую часть Украины. В Киеве журналистка продолжила работать в службе новостей «Факты» телеканала ICTV. В 2015–2016 годах была выпускающим редактором, ведущей и журналисткой телеканала «Черноморская», который продолжил работу уже за пределами Крыма.
С 2017 года Алексина Дорогань сотрудничает с проектом украинской службы «Радіо Свобода» — «Крым.Реалии».
Журналистка много писала о людях, которые после оккупации подвергались административным и уголовным преследованиям со стороны российских властей. Теперь и она сама оказалась под следствием.
«Апелляционную жалобу бросили в почтовый ящик»
Журналистка Алексина Дорогань (справа в полосатой синей шапке) во время митинга в поддержку Евромайдана под зданием Совета министров Автономной Республики Крым в Симферополе, 30 ноября 2013 года. Фото: Стас Юрченко, Ґрати
«Честно говоря, думала, что это будет еще раньше, — признается Алексина в разговоре с «Ґратами». — Потому что мы все видели, как идут преследования: сначала [давили на] журналистов украинских СМИ, потом [на] гражданских журналистов в Крыму. И совершенно понятно было, что уголовные статьи найдутся для каждого из нас. Вопрос был только во времени».
В июне 2025 года суд в Симферополе вынес заочное постановление об аресте журналистки проекта «Крым.Реалии». Узнала она об этом уже в августе.
«Апелляционную жалобу бросили в почтовый ящик моей симферопольской квартиры. Внутри — постановление об аресте от 23 июня 2025 года. Судья Андрей Долгополов, он давно известен своими политическими делами», — говорит Дорогань.
Позже она выяснила, что стала фигуранткой уголовного дела об «участии в вооруженном формировании, не предусмотренном федеральным законом, в том числе на территории иностранного государства в целях, противоречащих интересам Российской Федерации» (часть 2 статьи 208 УК РФ).
«Показательно, что эта информация не публиковалась на сайте суда первой инстанции — Киевского районного суда», — подчеркивает Дорогань. — Только на сайте Верховного суда Крым. И только зная дату и время, можно было что-то найти. Мое имя уже внесено в список террористов и экстремистов [Росфинмониторинга] под номером 5621, а саму меня объявили в федеральный розыск».
Из всего, что удалось выяснить журналистке, известно лишь одно: расследованием занимается сотрудник ФСБ Н.А. Андреев.
Отказалась от российского гражданства
Журналистка покинула Крым еще в августе 2014 года — почти сразу после так называемого «референдума». Уже тогда она понимала: оставаться на полуострове — значит, рано или поздно оказаться под арестом.
«Молчать я не умею. Замалчивать ситуацию не буду, — говорит Алексина Дорогань. — Именно поэтому я пошла и отказалась от российского гражданства, получив соответствующую справку под номером 102 ».
Этот поступок, по словам журналистки, был осознанным шагом, несмотря на риски.
«Все понимали — если ты заявляешь о своей позиции официально, ты тут же попадаешь в базу ФСБ. Но я считала, что должна это сделать, несмотря на большие очереди. Людей, отказавшихся от гражданства, было довольно много».
Однако, говорит Дорогань, ее случай показывает, что ни справка об отказе от гражданства, ни выезд из Крыма — не гарантия от преследований. И даже за пределами полуострова крымские журналисты не могут чувствовать себя в безопасности — в частности, из-за возможного международного розыска.
«Вот такое вот преследование, в том числе заочное, происходит для того, чтобы максимально — в лучшем для них [российских силовиков] случае — добиться экстрадиции. Россия является частью международной системы Интерпол, — объясняет журналистка. — И, соответственно, в эту базу Россия подает данные на людей, которые находятся в розыске. Я сейчас нахожусь в списке федерального розыска РФ . В любой момент Российская Федерация может подать эти данные систему».
Механизмы международного розыска, созданные для борьбы с преступностью, все чаще используются Россией как инструмент политического преследования, считает Дорогань. В частности — против крымчан, уехавших с оккупированной территории. Наличие пометки о розыске по линии Интерпола может привести к задержанию практически на любой границе. При этом, по ее словам, люди не всегда знают, что уже внесены в соответствующую базу данных.
«Это может застать их врасплох. Такая возможность у России есть — и она активно ею пользуется», — отмечает она.
За последние годы зафиксировано несколько таких случаев. Один из них — задержание в мае 2025 года крымского татарина Ильнура Шагаева во Франции. Он покинул Крым еще до начала полномасштабного вторжения, получил временную защиту в Ирландии, но был арестован при посадке на паром — по запросу ФСБ. Формально его обвиняли в связях с запрещенными организациями, однако правозащитники расценивают это как политически мотивированное дело.
Аналогичная ситуация произошла в 2022 году с крымскотатарской журналисткой телеканала ATR Гульсум Халиловой. Ее задержали в аэропорту Стамбула по запросу России из-за заочного уголовного дела и удерживали почти 17 часов. Избежать экстрадиции удалось лишь благодаря вмешательству украинских и турецких дипломатов.
Алексина Дорогань считает, что при таких задержаниях за рубежом крайне сложно оперативно доказать политическую мотивацию преследования.
«Нужно будет объяснять, что человек оказался в базе Интерпола не из-за участия в преступной деятельности, а потому что Россия использует международные инструменты для давления на неугодных», — отмечает она.
Элемент пропаганды
Журналистка Алексина Дорогань во время работы на проекте Радіо Свобода Крым.Реалии. Фото: Стас Юрченко, Ґрати
Что стало причиной возбуждения дела, Алексина Дорогань пока может только догадываться. Однако одно событие в 2025 году, по ее мнению, могло стать спусковым крючком.
«В этом году увидела свет база «Груз-200» — база российских потерь жителей Крыма, которых они привлекли к войне против Украины. Именно как раз в начале года мы ее опубликовали. Я — один из основных авторов, инициатор этой базы. Там обобщен большой массив информации. Анализируются цифры, факты о том, кто эти люди, как они попали на войну. Есть факты о людях, которые погибли и успели совершить преступления против гражданского населения Украины».
Именно эта публикация, считает журналистка, могла активизировать внимание ФСБ.
«А формально уже они могли придумать все что угодно. Мы знаем, что в политических делах это не редкость», — говорит Дорогань.
В 2024 году она также стала соавторкой проекта «Карта военных объектов Крыма», который ведет журналист «Крым. Реалий» Игорь Токарь.
По мнению Олексины Дорогань, заочные обвинения, — не просто инструмент давления, но и элемент пропаганды.
«Тут делается все для того, чтобы представить общественности оккупированного Крыма и России, что, дескать, смотрите — это же не журналисты, а уголовные преступники. Когда человек не понимает причинно-следственной связи, что это нарушение свободы слова, когда он видит, что это журналист, но у него нашли оружие, то у обывателя может сработать элементарная логика: «Это же уголовник — и слава Богу, что его посадили. Значит, мне будет безопаснее»», — считает журналистка.
Сама она уверяет: никакой деятельностью, кроме журналистской, никогда не занималась. Но теперь ей приходится учитывать, что даже разговор с источником в Крыму или России может подвергнуть этого человека опасности.
«Потом их могут «приглашать» настойчиво на допросы ФСБ. Конечно, это может подвергнуть этих людей риску. И мне, конечно, отчасти станет сложнее с ними связываться».
Несмотря на уголовное дело, заочный арест и угрозу международного преследования, Алексина Дорогань подчеркивает, что это не изменит ее отношение к профессии.
«Я пережила гибель мужа , который отдал жизнь, защищая Украину и нашу семью. Ради свободы и справедливости он пожертвовал самым дорогим — своей жизнью. Такова цена правды. И ничто не сможет остановить меня в моей работе. Я продолжу свои проекты с удвоенной силой», — говорит журналистка.
Оставлять журналистику она не планирует.
Нашли ошибку в тексте?
Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
