«Рядом никого не было, кроме Сталкера». Российские бойцы отряда «Шторм-V» свидетельствовали в суде об убийстве военнопленного украинца на запорожском направлении

Пленные бойцы отряда «Шторм-V» 218 танкового полка сил РФ дали показания по делу о расстреле старшего солдата ВСУ Виталия Годнюка, который сдался в плен во время штурма украинских позиций на Запорожском направлении в январе прошлого года. Обвиняемый — рядовой из этого же отряда, 26-летний житель Перми Дмитрий Курашов с позывным Сталкер.

Военнопленные россияне давали показания по видеосвязи из отдельного зала суда из соображений безопасности.

Подробнее об их допросе в Заводском райсуде Запорожья, который состоялся 22 января, — в статье «Ґрат».

Штурм «Волка»

Свидетели — 54-летний автоматчик Олег Замятин, 40-летний стрелок-сапер Константин Зеленин и 43-летний стрелок Дмитрий Зуев. Все рядовые. Вместе с Дмитрием Курашовым воевали в отряде «Шторм-V» 218 танкового полка 127 мотострелковой дивизии сухопутных войск 5 общевойсковой армии восточного военного округа вооруженных сил РФ.

На войне оказались из-за решетки. Их завербовали представители Минобороны РФ. Осужденные подписали контракты в октябре и ноябре 2023 года на год при условии, что получат амнистию и вознаграждение. Об этом они рассказали после попадания в плен. Видео их допросов опубликовали на телеграмм-канале «Не жди меня из Украины» 12 января 2024 года. Зеленин в частности рассказал, что отбывал 25-летний срок наказания за убийство часть 2 статья 105 Уголовного кодекса РФ . Замятин тоже сидел за убийство статья 111 часть 4 УК РФ : «собутыльника зарезал в поезде». Зуев грабил магазины статья 158 УК РФ . По такой же статье осудили и Курашова за то, что «воровал еду», как он сам сказал на допросе в плену.

В суде Зуев отметил, что сидел вместе с Курашовым в колонии строгого режима. А Замятин вспомнил, как впервые увидел Курашова в самолете, которым осужденных доставляли из Перми ближе к границе с Украиной. Этот момент он вспоминал и раньше, он зафиксирован на видео допроса от 12 января 2024 года: по его словам, тогда летело около 100 контрактников из разных колоний.

Конвоирование свидетеля военнопленного российского бойца отряда «Шторм-V» Дмитрия Зуева. 22 января 2025 года Фото: Татьяна Козак, Ґрати

6 января 2024 года свидетели и обвиняемый оказались в одной группе из 18 бойцов, которая пошла на штурм украинских позиций возле Новодаровки Запорожской области.

Накануне в том районе на позицию, которую украинские военные называют «Волк», зашли пятеро бойцов 226 батальона 127 отдельной бригады ТрО ВСУ. Среди них — старший солдат Виталий Годнюк. Как рассказывал «Ґратам» заместитель командира батальона Роман Шишко, утром того дня стоял туман, и видеть с дрона, что происходило на позиции, было невозможно.

Свидетели-россияне в суде рассказали, как разворачивался штурм. Группа отправилась из села Смелое около 5 утра. Сначала военных на машине довезли до лесополосы, там они пересели на два БТРа, и оттуда в сопровождении танка направились к линии фронта — «ленточке».

— Перед нами поставили задачу взять пулеметы и дзоты ДЗОТ - деревоземляная огневая точка , которые там находились, — отметил свидетель Олег Замятин.

— Когда мы подъехали, сначала отстрелялся танк, потом отстрелялась БМП первая и БМП номер два. В это время мы уже спрыгнули и побежали штурмовать, — рассказал второй свидетель Константин Зеленин.

Дмитрий Зуев же утверждал, что из-за бревен видел момент расстрела.

— В поле зрения я вижу только Курашова, и как он говорит военнопленному: «Выходи». Тот вышел с поднятыми руками, потом стал на колени, после чего снова начали стрелять. Курашов выстрелил в военнопленного мужчину, который сдавался. Потом он побежал во второй блиндаж, я вслед за ним побежал во второй блиндаж, — рассказывал Зуев.

Он добавил, что после выстрела военнопленный упал лицом вниз и больше не двигался.

В блиндаже, где спрятались россияне, лежал еще один погибший украинский военный.

— У него была аптечка вся разорвана, медикаменты, все валялось, — вспоминал Зуев.

Он рассказал, что перед тем, как туда зайти, Курашов бросил внутрь гранату.

Все пятеро украинских бойцов на «Волке» погибли во время штурма. Вечером того же дня ВСУ вернули позицию под оперативный контроль. В плен взяли девять россиян — остальные погибли во время боя, в том числе командир взвода с позывным Рязань.

Курашов потерял левый глаз в бою. В плену ему оказали медицинскую помощь.

Седой

Слушание дела о расстреле военнопленного в Заводском райсуде Запорожья, 22 января 2025 года. Фото: Татьяна Козак, Ґрати

На первом заседании по делу Курашов признал себя виновным, однако отказался давать показания. В то же время в комментариях журналистам заявил, что не причастен к расстрелу военнопленного, и указал на другого военного — санитара взвода Сергея Кучумова с позывным Седой. Но тот погиб во время штурма.

Курашов рассказывал, что у санитара якобы не было другого выхода, кроме как застрелить бойца ВСУ, потому что он не имел средств помочь раненому.

Состояние украинского военного, по словам Курашова, было тяжелое: у мужчины было сильное кровотечение из затылка после того, как Курашов во время штурма забросал гранатами блиндаж, где тот был. Эту версию свидетели в суде не подтвердили.

— Да, знаю, кто такой Седой, — говорил Зуев, — У него фамилия Кучумов Сергей. Мы вместе с ним отбывали срок наказания в колонии строгого режима… Я его [на поле боя] не видел, я видел только Сталкера.

— Вам известна дальнейшая судьба Седого? — уточнил прокурор Никита Маневский.

— Да, мне уже сказали, что он упокоился, что его не стало. Но как он упокоился, я не могу сказать. Я не знаю.

Зеленин также не видел Седого во время боя.

— Потому что он с другого фланга заходил, — пояснил свидетель.

— Те позиции, которые он должен был штурмовать, они дальше располагались, чем те, что штурмовали вы? — уточнил прокурор Маневский.

— Да, они были расположены дальше.

Ни один из свидетелей не видел, чтобы Курашов бросал гранату в блиндаж, где был Годнюк.

«У них возник сговор, чтобы меня одного обвинить». Дело российского штурмовика, обвиняемого в убийстве военнопленного, начали слушать в Запорожье

Курашов считает, что сослуживцы оболгали его. Об этом он говорил в комментарии «Ґратам» после первого заседания в суде.

«В ситуации, в которой мы находились, ребята могли просто, ну, обвинять меня, потому что я там один был. Будто один все делал. И они решили, что это я, — считает Курашов, — В тот момент просто ребята не видели, кто-то не заметил Седого. Или просто уже у них возник заговор, чтобы меня одного обвинить».

Во время допроса в суде у свидетелей он ничего не спрашивал.

— Нет, нет у меня вопросов, — нервно повторял Курашов.

Автомат Суфия

Слушание дела о расстреле военнопленного в Заводском райсуде Запорожья, 22 января 2025 года. Фото: Татьяна Козак, Ґрати

Свидетели также рассказали в суде, что во время штурма Курашов был вооружен АК-74, который принадлежал другому бойцу.

— Тот автомат, который был у Курашова, это там ребята выезжали на полигон, когда тренировки происходили, и один себе ногу подломал. Вот его автомат отдали Курашову. Как раз перед выездом, перед тем, как мы поехали, — утверждал Замятин и назвал позывной бойца — Суфий.

Зеленин подтвердил этот факт, добавляя, что на рукоятке автомата, который командир выдал Курашову, было нацарапано «Суфий».

Следствие делало экспертизу трофейного автомата Калашникова, который изъяли у российских бойцов после штурма. Однако он оказался не тем, из которого стрелял Курашов. Как сообщили «Ґратам» в прокуратуре, его автомат не нашли. Другое оружие или его элементы следствие не смогло изъять с места преступления из-за постоянных обстрелов.