«Мы месяц ждем, пока наши имена, имена моих детей появятся в списке». Монолог украинки из Газы, которая пытается спасти свою семью

Оксана Бойко родилась в Донецкой области, выросла в Днепре. Закончила школу с золотой медалью, потом училась в медицинской академии. Во время учебы девушка познакомилась с будущим мужем — палестинцем Мухаммадом Эльхисси, после третьего курса они поженились. В 2006 году, по окончании института и интернатуры она переехала с мужем на его родину — в Палестину. Оба много лет работали врачами. Два первых сына у супругов родились в Украине, три дочери — уже в Палестине, в секторе Газа. 

После начала войны в Секторе ее тяжело больного сына и маму смогли эвакуировать в Иорданию, но другие члены семьи до сих пор ждут, чтобы их имена внесли в списки. Жизнь каждого из них в опасности. 

Пресс-секретарь МИД Украины Олег Николенко сообщил, что эвакуировать удалось уже 259 украинцев, но по данным посла Украины в Израиле Евгения Корнийчука еще около полтысячи граждан Украины по-прежнему остаются на территории анклава. Он заявил, что Украина получила еще 146 обращений от  граждан, готовых эвакуироваться — преимущественно это женщины и дети.

Часть украинцев вынуждены оставаться в секторе Газа, чтобы не разделяться со своими семьями, так как у супругов или детей — палестинское гражданство. Такая ситуация и в семье Эльхисси. 

Украина на данный момент эвакуирует только жителей сектора Газа с украинскими документами. Семьям, где есть как граждане Украины, так и Палестины, в представительствах Украины в Рамалле и Тель-Авиве объясняют, что решение о включении в списки на допуск иностранцев на КПП с сектором Газы принимают исключительно компетентные органы Израиля и Египта. И на данный момент Египет допускает на свою территорию только граждан третьих стран, при условии, что их внесли в список.

Согласно спискам на эвакуацию, которые публикуются на фейсбук-странице Главного управления погранпереходов и границ Палестины, такие страны как США, Германия, Турция, Британия и ряд других, эвакуируют своих граждан вместе с членами семей с другим, в том числе палестинским, гражданством. 

«Ґрати» записали монолог Оксаны Эльхисси, семья которой застряла в городе Рафах на границе с Египтом. Женщина рассказывает о начале войны, блокаде, атаке израильской армии (ЦАХАЛ) на больницу Турецко-Палестинской дружбы и о том, как она пытается спасти всю свою семью.

«Мы ждали, что все это продлится неделю или две, и потом прекратится»

Мы [с мужем] оба врачи. После переезда в Джебалию Город на севере сектора Газа семь лет работала в областной больнице для детей с хроническими заболеваниями города Газа имени Рантиси, которая наряду с другими больницами В период с октября по ноябрь 2023 года, установили журналисты британского издания «Гардиан», атакам подверглись 10 госпиталей и медучреждений в секторе Газа. В результате функционируют только две больницы. Израиль неоднократно заявлял, что считают больницы легитимной целью, так как ХАМАС использует лечебные учреждения и подвалы под ними в качестве укрытия и командных центров. Согласно международному гуманитарному праву, школы и больницы являются охраняемыми гражданскими объектами, и при нанесении ударов необходимо учитывать гуманитарные принципы различия и соразмерности подверглась атакам ЦАХАЛ во время текущей войны. Но после рождения младшей дочки оставила работу в больнице, занимаюсь частной практикой, консультирую онлайн как блогер-нутрициолог.

Старший сын, 24-летний Имад, — программист мобильных приложений. Он женат. Младший сын Халид, ему 21 год, — студент 4-го курса филологического факультета, любит английский язык и литературу. Три наших дочери родились в Палестине: Марьям — 17 лет, сейчас она в выпускном классе школы, ученица восьмого класса Айша — ей 13 лет и девятилетняя Замзам.

Когда началась война, это было 7 октября 7 октября 2023 года палестинская военизированная группировка ХАМАС совершила нападение на Израиль. Сначала ХАМАС нанес массированную атаку ракетами, вслед за которой боевики вторглись из сектора Газа в близлежащие израильские города и кибуцы. В результате атаки, было убито более 1200 израильтян и иностранных граждан, около 240 человек захватили в заложники. Армия обороны Израиля (ЦАХАЛ) объявила о проведении ответной военной операции «Железные мечи» и начала массированные неизбирательные бомбардировки в секторе Газа. 27 октября Израиль ввел войска на территорию Сектора. По данным Ближневосточного агентства ООН, в результате операции Израиля в секторе Газа погибло более чем 14 тысяч палестинцев, 74% из них — женщины и дети. Около 1,7 миллиона (80%) палестинцев вынужденно покинули свои дома, начиная с 7 октября Согласно данным спутниковых снимков, которые были сделаны по заказу Би-би-си, за время войны в секторе Газа было повреждено около 98 тысяч зданий. , мы были дома и, конечно же, мы очень переживали, потому что были сильные бомбежки и периодически были слышны перестрелки. Еще сложнее стало когда началась наземная операция. С каждым днем эти звуки [бомбежки] приближались все ближе и ближе к нашему району. 

Но это не первая война, которую мы пережили в секторе Газа. Обычно наш район максимально безопасный, то есть у нас никогда не было никаких проблем, и мы ждали, что все это продлится неделю или две, и потом прекратится. Потом уже взорвали наших соседей, живущих буквально в 100 метрах. Тогда ЦАХАЛ сбросил бомбу. Мы конкретно почувствовали, что это все приблизилось к нам настолько близко: у нас выбило окна, вылетели рамы из проемов, двери вылетели. И только тогда задумались, что будем делать в будущем.

Мы старались вести обычный образ жизни — насколько возможно. С водой для хозяйственных нужд проблем не было. А вот с питьевой начались проблемы. У нас был фильтр. В мечети недалеко от нас нужно было стоять в очереди, чтобы набрать воду, или покупать бутилированную. Но где-то через три недели после начала войны прекратились поставки, в наши магазины ничего нового не завозили, и вода закончилась.

Связи тоже не было. Я пыталась связаться со своими подписчиками в соцсетях, чтобы сообщить, в каких условиях мы проживаем, но, к сожалению, электростанция в Газе перестала работать из-за недостатка топлива. Мы ходили заряжать телефоны к соседям, у которых есть солнечные батареи.

«Я под обстрелами ездила домой к остальным детям и возвращалась в больницу»

С началом войны у Халида (младшего сына — Ґ) начала подниматься высокая температура: выше 40, в основном по ночам. Я списывала все на сильный стресс и простуду. Через три дня мы сделали общий анализ крови, там был сильный лейкоцитоз и низкие тромбоциты. Опять подумали на простуду и продолжили ее лечить. Ещё через несколько дней, когда, несмотря на лечение, температура все равно поднималась, снова пошли в больницу. Понятно, что все это было во время военных действий, обстрелов, блокады поставок воды, продовольствия, топлива 9 октября израильские власти, требуя освободить заложников, установили полную блокаду сектора Газа: отключили воду, прекратили поставки топлива и электроэнергии, а также ограничили до минимума поставки продовольствия и медикаментов. Подачу воды частично восстановили 15 октября: в определенной точке для жителей южного района сектора Газа. ООН и гуманитарные организации резко раскритиковали объявленную Израилем полную блокаду сектора Газа, так как она противоречит нормам международного гуманитарного права. В ноябре Израиль согласился на четырехчасовые «гуманитарные паузы», которые используются для доставки гуманитарной помощи и перемещения местных жителей в менее опасные районы. Но жители Газы по-прежнему ограничены в своих основных нуждах . 

Сын Оксаны Эльхисси — Халид с бабушкой в больнице Иордании, ноябрь 2023 года. Фото предоставлено Оксаной Эльхисси

Когда мы снова сделали анализы, врач заподозрил неладное и порекомендовал обратиться к онкологам. Я связалась со своими коллегами-онкологами в больнице Рантиси. Ему поставили диагноз: острый лейкоз. Уже на следующий день мы поехали в стационар на дополнительное обследование в единственный онкоцентр в Газе. Он находится в больнице Турецко-Палестинской дружбы Построена в 2017 году в секторе на средства Турецкого агентства по сотрудничеству и координации TİKA .

Сама больница находится в районе центральной трассы Салах ад-Дина, где произошло разделение Газы на север и юг В начале ноября ЦАХАЛ отрезал север сектора от юга, окружил город Газу и начал операции внутри города . Она была построена вдали от густонаселенных жилых районов. Там пустынные земли с виллами, развлекательными какими-то комплексами, очень красивые цветные зоны, много деревьев, чтобы люди с онкологическими болезнями восстанавливались максимально. Очень много освещения, окон. Естественно, во времена войны это не очень классно, потому что, когда мы там были, нас бомбили, и вот эти окна очень нас беспокоили.

Руководство больницы пыталось соблюдать спокойствие. В саму больницу только один раз попал снаряд: в одну из ночей осколок влетел в нашу палату, вылетели стекла, был повреждён потолок. А так в основном били по окрестностям. Из-за того что территория пустая, вот эти звуки — это, конечно, было что-то непередаваемое. Эхо возрастало, это был ужас! Когда бомбежки усиливались, всех больных отводили в подвальное помещение. Пару дней мы и другие больные провели в подвале больницы. Когда переставали бомбить, все расходились по своим палатам. Медперсонал старался спокойно выполнять свои обязанности, все шло своим чередом: ставили капельницы, уколы, врачи продолжали лечить людей.

Мы были там [в турецкой больнице] две недели, и больницу постоянно обстреливали. Каждые 2-3 дня я под обстрелами ездила домой к остальным детям и возвращалась. Потом я решила вернуться домой, потому что боялась, что Израиль разделит Газу на север и юг.

В последний день перед тем, когда мы пытались выехать, было очень страшно. Мы все стояли в приемном покое: он высокий, большой, с огромными стеклянными окнами, дверями. Снайперы ЦАХАЛ стреляли по ступенькам. Каждый человек, который пытался выйти из больницы, попадал под обстрел. Стреляли, в том числе, и по машинам скорой помощи. 

31 октября 2023 года мы с сыном покинули больницу. Что мы пережили во время поездки домой, невозможно описать словами! Мы выехали в послеобеденное время, всю дорогу я молилась. 

Сейчас онкоцентр прекратил работу, потому что в больнице закончилось топливо, и она дважды подверглась бомбардировке силами ЦАХАЛ. 

«Каждый день начинается с того, что мы просматриваем списки людей, имена которых утвердили на выезд»

Альхамдулиллях (Хвала Всевышнему — Ґ), мы вернулись домой и начали искать пути, как вывезти сына, так как полная диагностика и лечение лейкоза в Газе невозможны. В тот момент он чувствовал себя еще хуже: начались боли в суставах, костях. 

Про эвакуацию [из Газы] я впервые услышала от знакомых, затем прочла в фейсбуке — там есть группа украинцев, а потом связалась с доктором Муатазом Халяби — он собирал документы всех граждан Украины на эвакуацию.

7 ноября, когда мы приехали в Рафах город в секторе Газа возле границы с Египтом , нас было семеро, без вещей, только с документами. Водитель довез нас, и потом мы пешком шли примерно семь километров с поднятыми руками под прицелами израильских снайперов и танков. Это единственный контрольно-пропускной пункт, через который люди могут покинуть Газу — все остальные закрыты. 

Пункт пропуска в Рафахе на границе с Египтом, 1 ноября 2023 года Фото: фейсбук Главного управления погранпереходов и границ Палестины

Сын вместе с моей мамой смогли выехать из Сектора, и сейчас он проходит лечение в больнице в Иордании. Они за нас очень волнуются.

Я сейчас в контакте с посольством [Украины], и мне объяснили, что они не будут вывозить членов семей без украинского гражданства. У моего мужа нет украинского гражданства, только вид на жительство. 

Я несколько раз писала в разные консульства, в консульство Украины в Израиле и в консульство Украины в Палестинской автономии с просьбой помочь выехать моему мужу, сыну, дочерям и моей невестке — она палестинка. Все они отвечают, что они как бы не обязаны вывозить тех, кто не является гражданами Украины — независимо от того, что это члены семьи граждан Украины.

Мы видим, что консульства других стран по-другому подходят к решению этого вопроса. 

Каждый день начинается с того, что мы просматриваем списки людей, имена которых утвердили на выезд, и в этих списках видно, что Турция, Америка, Канада, Австралия и другие страны вывозят всех членов семьи своего гражданина, независимо от того, есть ли у них тоже гражданство определенной страны или нет. Это видно просто по данным, которые написаны в табличке. Там есть люди с палестинскими паспортами, которые вообще не являются гражданами других стран, но это члены семьи иностранцев, и их всех вывозят. 

Понятно, что, когда жил в браке с человеком 25 и больше лет, не хочешь уезжать и бросать свою семью здесь, во время войны. Конечно же, хотелось бы выехать всем вместе, выезжать частично тоже не выход. И мы будем переживать за тех, кто останется здесь, в боевых действиях. 

Посольство наше свой ответ аргументирует тем, что в тех списках, которые они составляют и потом отправляют на утверждение Израилем и Египтом, эти страны вычеркивают тех людей, у которых нет гражданства. Но я смотрю на списки других стран, и складывается впечатление, что в этой ситуации что-то не договаривают.

То есть наше посольство предлагало только некоторым членам [нашей] семьи эвакуацию в Украину. Мы не хотели разделяться. 

Есть еще одна причина. Во-первых, ехать с детьми из одной войны в другую — не очень хорошо. Во-вторых, у меня дети взрослые, говорят на арабском, и для них обучение в Украине будет достаточно проблематично. Поэтому нам изначально подходил вариант эвакуации в Египет. Эвакуация в Украину и последующий возврат в какую-то арабскую страну — это материально сложно для нашей семьи. Но когда мы уточняли эти вопросы с представителями нашего [украинского] посольства, мы получили ответ, что Египет не хочет принимать украинских граждан и эвакуация предполагается сразу в аэропорт и оттуда в Украину. Все это способствовало тому, что остальные члены нашей семьи долгое время не хотели эвакуироваться. Мы думали, что сможем переждать на юге сектора Газы и, когда все наладится, вернемся домой. 

«Сейчас уже несколько дней находимся на сухом пайке»

Я и оставшиеся члены семьи пытались найти место, где вообще можно где-то остановиться. Вариантов было немного: или школа, в которой люди спали на полу, или остановиться у кого-то. В один момент мне позвонила моя подруга и пригласила нас к себе. Она с семьей выехала раньше нас, жила у каких-то знакомых. Люди нас приютили здесь, в Рафахе, и мы живем тут до сих пор. 

Условия жизни в Рафахе, сектор Газа, ноябрь 2023 года. Фото предоставлено Оксаной Эльхисси

Прошел почти месяц, и люди хотят вернуться в свое жилье. Никто не знал, что это так затянется. А мы уже месяц ждем, пока наши имена, имена моих детей появятся в списке.

Проблема с едой достаточно серьезная, потому что природного газа для домашних нужд нет. У нас закончился газовый баллон. Сейчас уже несколько дней находимся на сухом пайке — питаемся консервами, которые сами покупаем. С хлебом большие проблемы, потому что хлебозавод сейчас не работает. Есть хлебозаводы старой постройки. Они работают на углях, и нужно стоять в очереди не меньше трех-четырех часов, чтобы испекли хлеб.

Также есть проблема с получением гуманитарной помощи. Мы записались на гуманитарную помощь, но, к сожалению, нам выдали за эту неделю две банки воды на всю нашу семью и две банки тушенки. Внутри упаковки — печенья. Естественно, этого всего не хватает. Гуманитарной помощи в секторе Газа катастрофически мало. Людей, которые прибыли из северных районов, больше миллиона. Естественно, накормить всех просто нереально.

Сегодня у нас прекратилось перемирие Режим прекращения огня действовал в секторе Газа с 24 ноября — его установили для освобождения заложников с обеих сторон. За немногим больше, чем неделю ХАМАС отпустил 81 израильтянина и еще нескольких граждан других стран. Из тюрем Израиля вышли 210 палестинцев. 1 декабря 2023 года Армия обороны Израиля объявила о возобновлении боевых действий в секторе Газа, обвинив палестинскую группировку ХАМАС в нарушении режима прекращения огня и обстреле израильской территории. Те же заявления с обвинениями в сторону Израиля сделал ХАМАС , и опять начались обстрелы, бомбардировки — и уже это на юге. Сейчас наша жизнь под угрозой.

В cекторе Газа погибла украинка. «Ґрати» рассказывают, как это случилось и как сотни других граждан Украины никак не могут эвакуироваться