Дело о прорыве границы в Харьковской области: версия следствия и что говорят подозреваемые — экс-командующий ОТГ «Харьков» и двое его подчиненных

Дело о прорыве обороны на Харьковщине — первый случай с начала полномасштабного российского вторжения, когда следователи объявили подозрение высшим офицерам за их действия во время обороны Украины. В январе этого года Государственное бюро расследований задержало бригадного генерала Юрия Галушкина, который весной 2024 года возглавлял оперативное командование «Харьков», и двух его тогдашних подчиненных генерал-лейтенанта Артура Горбенко и полковника Илью Лапина. Горбенко в то время был командиром 125-й отдельной бригады Территориальной обороны, Лапин — 415-й отдельного стрелкового батальона 23-й отдельной механизированной бригады.

Трех офицеров подозревают в халатном отношении к военной службе в условиях военного положения, повлекшее тяжкие последствия. Полковника Лапина следователи заподозрили еще и в самовольном оставлении поля боя, а генерала Галушкина — в пособничестве этому. Так следователи квалифицировали события мая прошлого года, когда россияне прорвали оборону на севере Харьковской области и продвинулись вглубь территории Украины местами почти на десять километров. Каждому из подозреваемых грозит до десяти лет лишения свободы.

Печерский райсуд Киева арестовал Галушкина, Горбенко и Лапина на два месяца. Все трое обжаловали такое решение. Киевский апелляционный суд пока частично удовлетворил только жалобу Горбенко. Генералу заменили арест в СИЗО на круглосуточный домашний арест. Зато суд оставил в силе арест генерала Галушкина и полковника Лапина. Меры пресечения офицерам суд избирал в закрытом режиме. На этом настаивали прокуроры, которые утверждали, что в делах офицеров есть «информация, охраняемая законом». В свою очередь офицеры и их адвокаты уверяли, что ничего секретного в делах нет, более того следователи ГБР сами обнародовали подробности расследования.

«Ґрати» ознакомились с подозрениями трем офицерам. Детали дела о прорыве обороны Харьковщины — в нашем материале. Все данные, относительно локаций, подразделений, их расположения и ход боевых действий, упомянутые в тексте, уже ранее озвучивались публично.

Наступление россиян

О возможном повторном наступлении российской армии на Харьковщине аналитики заговорили сразу после Новогодних праздников прошлого года. Тогда РФ начала наносить массированные авиационные удары по Харькову и окрестностям. Через два месяца о возможности создать на Харьковщине 10 километровую «санитарную зону» заявил правитель РФ Владимир Путин.

В конце апреля Главнокомандующий ВСУ Александр Сырский сообщил, что «противник наращивает численность и перегруппировывает войска на харьковском направлении». Однако заверил: признаков непосредственной подготовки противника к наступательным действиям на севере Украины нет.

Неделю спустя Главное управление разведки Минобороны Украины уже предполагало, что россияне готовят наступление на севере Харьковщины и Сумщины. Заместитель начальника ГУР Вадим Скибицкий тогда отмечал, россияне планируют в полтора — два раза увеличить 35-тысячную северную группировку, которая базируется по ту сторону границы от Харькова, а также формируют дивизию резервов в центральной части РФ. В то же время Скибицкий подчеркивал, что этого недостаточно для захвата крупного города.

Еще через неделю, 10 мая, россияне пошли в наступление. В тот день они продвинулись от границы вглубь территории Украины на двух участках фронта: в направлении села Липцы и города Волчанск. В течение недели россияне смогли продвинуться на каждом из участков на 5-7 километров, а иногда до 10.

В первые дни наступления россиян в соцсетях начала распространяться информация об отступлении украинских подразделений. В ответ 12 мая командир 125-й отдельной бригады ТрО, которая держала оборону в направлении села Липцы, генерал-лейтенант Артур Горбенко опубликовал обращение на странице бригады в фейсбук.

Информацию об отступлении отдельных подразделений он назвал вражеским ИПСО, зато заверил, что «ситуация в полосе обороны бригады сложная, но контролируемая», а ее подразделения «дают отпор превосходящим силам противника».

«Населенные пункты, в которые зашел враг, находились в постоянной «серой зоне», а потому успех противника является достаточно условным и стоит ему огромных потерь в технике и живой силе», — написал генерал и добавил, что территория, занятая противником, локализована и по нему осуществляется постоянное огневое поражение.

За первые двое суток наступления россияне захватили около 100 квадратных километров украинской территории. Для усиления украинских подразделений, которые сдерживали оккупантов на север Харьковщины перебросили, в частности, 3-ю Штурмовую бригаду и 13-ю бригаду Нацгвардии «Хартия». В течение недели линия соприкосновения стабилизировалась. На одном участке россиян остановили вблизи сел Старица и Липцы, на другом — возле Волчанска. С конца мая прошлого года линия соприкосновения на обоих участках на севере Харьковщины остается почти неизменной.

Карта границы на севере Харьковской области, где произошло наступление российских войск в мае 2024 года. Пунктиром обозначена территория, на которую противнику удалось прорваться с 10 по 22 мая 2024 года. Графика создана на основе карт аналитического проекта DeepState

Расследование ГБР

11 мая, на следующий день после начала наступления россиян на Харьковщине, Государственное бюро расследований открыло уголовное производство по статьям о халатном отношении к обязанностям военной службы статья 425 Уголовного кодекса и самовольном оставлении поля боя статья 429 УКУ . Почти сразу следователи начали допрашивать бойцов и офицеров 125-й бригады, которая отвечала за оборону участка границы фронта, где враг наступал в направлении села Липцы.

Так, говорится в решении следственного судьи от 20 мая, обосновывая необходимость допросить бойцов и офицеров бригады, детективы ГБР указывали, что 10 мая во время российского штурма позиций первого эшелона украинской обороны в районе сел Стрелечья, Красное, Борисовка, Пыльное (Харьковский район Харьковской области) и Гатище (Чугуевский район Харьковской области) бойцы 125-й бригады оставили боевые позиции. Следователи уточнили, что этих бойцов было до одной роты. Поэтому штурм противника отражали бойцы второго эшелона обороны.

Впоследствии руководитель отдела Главного следственного управления Государственного бюро расследований полковник Вадим Приймачок рассказал изданию «Украинская правда», что основанием для открытия производства стал самовольный отход бойцов 415-го батальона из поселка Стрелечья на четыре километра в глубину — в село Глубокое. При этом он отметил, что бойцы батальона отошли с первого на второй эшелон обороны, где продолжили давать отпор врагу, и никто из них не ушел в СЗЧ.

«В [415-м] батальоне была пулеметная рота, которая имела на вооружении крупнокалиберные пулеметы, но они не сделали ни одного выстрела, оставили БК (боекомплект — Г) на позициях. Когда мы допрашивали бойцов, почему отошли, они отвечали: «Мы — не камикадзе«», — цитирует «УП» Вадима Приймачка.

Кроме солдат и офицеров ВСУ следствие допрашивало также пленных россиян. По словам Приймачка, на допросах те показали, что зашли на украинские позиции очень легко, без сопротивления.

Следователи считали, что в прорыве обороны виноваты не только бойцы, которые оставили позиции, но и командование 125-й бригады и подчиненных ей подразделений, в частности, 415-го отдельного стрелкового батальона 23-й механизированной бригады и 172-го отдельного стрелкового батальона. В упомянутом выше ходатайстве о допросе бойцов и офицеров 125-й бригады следователи ГБР указали, что командиры не организовали оборону позиций на границе с РФ.

Два генерала и полковник

Через восемь месяцев после прорыва россиянами границы, 20 января этого года, следователи ГБР провели по делу первые задержания и объявили подозрения. Кроме экс-командира 125-й бригады генерала Артура Горбенко и его бывшего подчиненного — командира 415-го батальона полковника Ильи Лапина, подозрение получил и бывший командующий ОТГ «Харьков» бригадный генерал Юрий Галушкин.

Всех троих следователи ГБР заподозрили в халатном отношении к военной службе в условиях военного положения, повлекшем тяжкие последствия, а полковника Лапина еще и в самовольном оставлении поля боя.

21 и 22 января судья Печерского райсуда Киева Ирина Григоренко арестовала всех трех офицеров на два месяца. При этом генералам Галушкину и Горбенко она назначила альтернативу в виде залога соответственно в 5 и 25 миллионов гривен.

Экс-командир Оперативно-тактического командования«Харков» бригадный генерал Юрий Галушкин в Печерском райсуде Киева, 21 января 2025 года. Фото: Максим Каменев, Ґрати

Генерал Галушкин даже успел выйти из СИЗО после внесения залога, однако сразу получил новое подозрение — в пособничестве самовольному оставлению поля боя. 24 января судья того же Печерского райсуда столицы Светлана Шапутько еще раз арестовала 53-летнего генерала, на этот раз без права внесения залога.

В суде Галушкин сообщил, что сейчас он работает в государственном концерне «Укроборонпром». Адвокат Михаил Величко, который представлял интересы Галушкина при избрании ему меры пресечения, уточнил «Ґратам», что ОТУ «Харьков» генерал командовал чуть больше месяца. Уже 11 мая прошлого года, на второй день наступления россиян на Харьковщине, он сдал эту должность и отбыл в распоряжение ОСУВ «Хортица», а через четыре дня Главнокомандующий Александр Сырский уволил его с должности. Публично свое решение он не комментировал. Вместо Галушкина отражением российского наступления руководил генерал Александр Драпатий.

В 2014-2015 годах Галушкин был временно исполняющим обязанности командующего Воздушно-десантных войск, а в 2016-м — заместителем командующего Десантно-штурмовых войск. Через три года его назначили главным инспектором Минобороны, а в 2020-м понизили до заместителя главного инспектора. За месяц до полномасштабного вторжения россиян, в январе 2022 года Галушкин возглавил Силы территориальной обороны, однако уже через четыре месяца его уволили с должности и назначили заместителем начальника управления Военных сил правопорядка.

Журналист Юрий Бутусов утверждает, что за десять лет войны Галушкин был исключительно на административно-командных должностях. До апреля 2024 года он никогда не командовал группировкой войск, бригадой или объединением, или группировкой войск.

Адвокат Величко в комментарии «Ґратам» настаивает: его подчиненный не «паркетный генерал», он имеет боевой опыт и награды. По словам адвоката, в 2014-2015 годах Галушкин отвечал за логистику во время обороны Донецкого аэропорта. Зато уже во время полномасштабного вторжения, в 2023 году, Галушкин разработал и выполнил отвлекающий маневр в Крынках (Херсонская область), что позволило нескольким батальонам ВСУ с техникой переправиться на левый берег Днепра. За это президент наградил его орденом Богдана Хмельницкого I степени. На какой должности в то время служил Галушкин, адвокат не уточнил.

61-летний генерал Артур Горбенко — действующий военнослужащий ВСУ. На какой должности он служит, генерал, однако, в суде не уточнил. В 2008 — 2014 годах Горбенко возглавлял Западное региональное управление Государственной пограничной службы, после чего вышел на пенсию. На службу он вернулся после начала российского полномасштабного вторжения. 3 марта 2022 года его назначили командующим 125-й бригады. 17 июня 2024 года, чуть больше чем через месяц после начала наступления россиян на Харьковщине Горбенко сообщил, что уходит с должности командира 125-й бригады.

Экс-командир 415-го отдельного стрелкового батальона 23-й отдельной механизированной бригады полковник Илья Лапин в Печерском райсуде Киева, 21 января 2025 года. Фото: Максим Каменев, Ґрати

В свою очередь 62-летний полковник Илья Лапин в суде отметил, что он военный пенсионер и живет в Запорожье. По информации «Радио Свобода» Лапин в советское время служил в Афганистане. Впоследствии, уже как военнослужащий ВСУ участвовал в АТО/ООС, на момент российского вторжения был пенсионером, а 415-й батальон возглавил в феврале 2023 года.

«Недооценка противника и недостаточный контроль»

В подозрениях генералам Галушкину и Горбенко в халатном отношении к воинским обязанностям прокуроры Офиса генерального прокурора Петр Бойко и Александр Якимчук отметили, что в течение марта — мая 2024 года командующему ОТГ «Харьков» и командиру 125-й бригады доводились разведданные о наращивании российских сил в пограничной полосе. Несмотря на то, что соотношение сил и средств в зоне ответственности 125-й бригады было один к четырем в пользу россиян, генерал Галушкин считал, что бригада способна отразить вражеское наступление.

Следствие настаивает, что Галушкин недооценил противника. Вместо этого он должен был усилить бригаду и скорректировать оценку сил противника, но не сделал этого. Кроме того, следователи считают, что экс-командующий ОТГ «Харьков» недостаточно контролировал своего подчиненного генерала Горбенко, когда тот готовился к обороне и командовал боем 125 бригады во время наступления россиян.

Генерала Горбенко следователи тоже обвиняют, что имея разведданные, он не изменил оценку сил противника и задачи подчиненным подразделениям, а также не просил ОТГ «Харьков» об усилении.

Просчеты в оценке ситуации генералом Горбенко привели к ряду ошибок. Следствие их перечисляет: он не приказал своим подразделениям занять круговую оборону; не создал боевое охранение батальонов первого эшелона от неожиданного наступления противника; не контролировал состояние организации системы связи в бригаде; определил завышенные боевые задачи батальонам, хотя и не проводил оперативно-тактические расчеты их возможностей. Генерал безосновательно, по мнению следствия, поставил 125-й бригаде задачу осуществлять радиопомехи и подавлять БПЛА, хотя у бригады было недостаточно сил и средств РЭБ.

Кроме того, командный пункт 125-й бригады и основной командный пункт 415-го батальона разместили далеко от линии фронта. По версии следствия, это также повлияло на эффективность управлении подчиненными во время боя.

Экс-командир 125-й отдельной бригады территориальной обороны генерал-лейтенант Артур Горбенко в Печерском райсуде Киева, 21 января 2025 года. Фото: Максим Каменев, Ґрати

Руководитель отдела Главного следственного управления ГБР Вадим Приймачок рассказал «УП», что на момент российского прорыва Горбенко не было на командном пункте. Генерал прибыл туда примерно в 5 утра, когда наступление уже было в активной фазе.

Генералу Галушкину также вменяют то, что он не в полной мере уточнил направления главных ударов противника и не организовал поддержку 125 бригады артиллерией и авиацией. Кроме того, следствие настаивает, что с началом наступления противника 10 мая 2024 года генерал Галушкин своевременно не осуществил маневр группировкой войск, которой командовал. В частности, не отправил на помощь 125-й бригаде подразделения, стоявшие на втором эшелоне обороны.

Вадим Приймачок из ГБР отметил, что накануне наступления россиян Галушкин запросил у главнокомандующего подкрепление и получил дополнительные пять бригад: 92-ю штурмовую, 42-ю механизированную, 57-ю мотопехотную, 71-ю егерскую и 17-ю танковую.

По словам Приймачка, получив дополнительные бригады, Галушкин не усилил передний край обороны, а поставил эти бригады на второй линии, где фактически и было сдержано наступление. Когда следователи спросили генерала, почему тот не отправил подкрепления на передний край, тот, по словам Приймачка, объяснил, что главком определил держать их во втором эшелоне, а он не мог оспаривать приказы главнокомандующего.

«Перечисленные обстоятельства халатного отношения к военной службе Галушкина находятся в причинно-следственной связи с наступлением тяжких последствий в виде потери части территории Липецкой сельской общины Харьковского района, потери живой силы и вооружения бригады, срыва мероприятий по обеспечению бригадой устойчивой обороны государственной границы и подрыва авторитета ВСУ», — сказано в подозрении генералу Галушкину в халатном отношении к исполнению военных обязанностей.

Следователи отметили, что в итоге враг проник на территорию Украины на расстояние до 10 километров. Они ссылались на приказ Министерства по реинтеграции временно оккупированных территорий от 31 мая 2024 года, в котором перечислены утраченные населенные пункты на территории Липецкой сельской территориальной громады Харьковского района: Борисовка, Глубокое, Красное, Лукянцы, Мороховец, Олейниково, Пыльная, Стрелечья. С 10 мая 2024 года эти села включены в Перечень территорий, на которых ведутся (велись) боевые действия или временно оккупированных Российской Федерацией.

Также ГБР указывает, что в результате самовольного ухода с позиций, 125-я бригада потеряла 94 военнослужащих, из которых двое погибли, а 41 пропал без вести.

Отступление без приказа

Содержание второго подозрения генералу Галушкину — в пособничестве самовольному оставлению поля боя — изложено в решении Печерского райсуда Киева о его аресте.

Правоохранители заподозрили генерала в том, что он умышленно «создал условия и устранил препятствия», чтобы военнослужащие 415-го отдельного стрелкового батальона, а также 215-го и 172-го отдельных батальонов и 7-го пограничного Карпатского отряда самовольно оставили поле боя. По версии следствия из-за этого Силы обороны потеряли часть территории Липецкой сельской тергромады, а попытки 125-й бригады стабилизировать фронт были сорваны.

Следствие утверждает, что генерал умышленно определил указанным подразделениям полосы обороны, которые они не имели возможности оборонять. В подозрении указано, что подразделения не имели танков и боевых бронированных машин, и не были укомплектованы бойцами. В частности 415-й батальон насчитывал 55% от штатного расписания, а 172-й и 215-й — 66%. Кроме того, генерал не усилил их упомянутыми выше пятью бригадами, которыми усилил второй эшелон обороны, а также не контролировал ведение боя командирами подразделений, отошедших без приказа и тому подобное.

Петр Бойко, прокурор по делам генералов Галушкина и Горбенко, а также полковника Лапина в Печерском райсуде Киева, 21 января 2025 года. Фото: Максим Каменев, Ґрати

Из четырех подразделений, отступивших с поля боя правоохранители пока объявили подозрение только командиру 415-го батальона Илье Лапину. ГБР ставит в вину полковнику, что он не организовал оборонительный бой в селах Стрелечья, Красное, Липцы и Слобожанское, которые должен был защищать его батальон и не подготовил позиции для их обороны. Кроме того, Лапин не остановил 12 бойцов батальона, которые самовольно покинули позицию. Более того, без разрешения командира бригады приказал подчиненным отойти, а впоследствии проигнорировал распоряжение генерала Горбенко восстановить утраченные позиции.

«Сохранить честь»

Судебные заседания по делу о прорыве обороны на Харьковщине проходят в закрытом режиме, поэтому подозреваемые и их адвокаты комментируют их ход сдержанно, чтобы избежать обвинений в разглашении информации.

Адвокат Галушкина Михаил Величко рассказал «Ґратам», что когда во время заседания по избранию меры пресечения в Печерском райсуде Киева судья предоставила слово его подзащитному, генерал настаивал, что сделал все возможное для обороны вверенного ему участка фронта.

Адвокат Михаил Величко в Печерском райсуде Киева, 21 января 2025 года. Фото: Максим Каменев, Ґрати

Он отметил, что когда началось наступление россиян, он командовал ОТГ «Харьков» чуть больше месяца. За это время он рекомендовал провести перестановку подразделений и уменьшить разрывы между линиями обороны, однако времени сделать это уже не было.

Относительно потерь в 125-й бригаде адвокат Величко пересказал слова генерала Галушкина: «Эти люди погибли не по моей вине, а по вине РФ, которая вторглась на территорию Украины».

Адвокат отметил, что в суде требовал, отказать в удовлетворении ходатайства об аресте генерала, ссылаясь на нарушения во время следствия. В частности Величко отметил, что из материалов дела указывается перечень свидетелей, однако нет протоколов их допросов, что является нарушением норм Уголовно-процессуального кодекса. 

Адвокат доказывал, что Галушкин не планировал сбежать, как это утверждалось в рапорте оперативного сотрудника СБУ, поэтому не было оснований для его задержания: генерал знал о существовании производства по прорыву обороны на Харьковщине, более того, он был допрошен по делу в качестве свидетеля.

Уже в СИЗО генерал Галушкин написал обращение, которое впоследствии адвокат Величко опубликовал в фейсбуке. Он отметил, что судебные процессы в тылу могут повлиять на решимость командиров на фронте и призвал не подрывать доверие к военным. После чего заявил, что готов даже в звании бригадного генерала, но в должности обычного рядового солдата, воевать за Украину.

«Если, несмотря на состояние здоровья, я смогу уничтожить еще одного оккупанта, это принесет больше пользы государству, чем судебный процесс и мой арест. Это позволит мне сохранить честь», — написал Галушкин.

Он также добавил, что после начала полномасштабного российского вторжения его, тогда командующего Сил территориальной обороны, никто не спрашивал, как он смог сформировать 32 бригады и набрать в них 115 тысяч бойцов.

«Никто не читал боевые уставы и не учитывал их требования. А сейчас меня упрекают, что полоса бригады превышала норму. Если в Украине у Генерального штаба нет достаточно бригад и вооружения, чтобы придерживаться норм, то в этом виноваты не командиры», — добавил генерал.

Относительно второго подозрения — в пособничестве самовольному оставлению поля боя — адвокат Величко сообщил «Ґратам», что соответствующее уголовное производство следователи ГБР зарегистрировали в день, когда генерал должен был выйти под залог. Адвокат настаивает, что следователи просто скопировали материалы предыдущего производства, в рамках которого Галушкина подозревают в невыполнении служебных обязанностей и добавили к ним один эпизод — о том, что во время наступления россиян поле боя самовольно покинуло подразделение пограничников, потерявшее в бою 17 бойцов.

«Никаких новых фактов следствие не выявило. Речь идет о том, что моего клиента любым способом хотят оставить в СИЗО», — утверждает адвокат.

Полковник Илья Лапин после судебного заседания сказал «Ґратам», что его судят за то, что 10 мая он отвел своих бойцов с позиций без приказа старшего командира. Однако он считает, что поступил правильно, ведь сохранил людей, отвел их на вторую позицию, усилил позиции 1 и 2 роты, которые предшествовали там.

Заседание по избранию меры пресечения полковнику Илье Лапину в Печерском райсуде Киева, 21 января 2025 года. Фото: Максим Каменев, Ґрати

«Я принял решение, за это решение сейчас отвечаю. Человеческая жизнь — это главное. Будут люди — будет государство и будет победа», — сказал Лапин.

По его словам 415-й батальон до сих пор выполняет задачи в том же районе обороны. 90 его бойцов представлены на государственные награды.

«Если бы можно было бы повернуть время назад, я бы сделал то же самое. Я в своей жизни шесть раз стоял у гроба своих воинов. Шесть раз лично говорил матерям: «Мы потеряли ваших детей». Я знаю, что мы не в состоянии вернуть погибших детей матерям, отцов детям и любимых — женам, но все командиры должны знать: надо сделать все, чтобы беречь жизни солдат», — говорит Лапин.

«Батальоны делали все возможное и невозможное»

Генерал Горбенко единственный из трех подозреваемый, которому суд изменил меру пресечения. 27 февраля коллегия судей Киевского апелляционного суда во главе с Валерием Лашевичем вместо СИЗО отправила Горбенко под круглосуточный домашний арест. Тем не менее ни он сам, ни его адвокат Станислав Пелюх не комментируют судебные заседания, проходящие в закрытом режиме.

В конце июля прошлого года, чуть меньше чем через два месяца с начала российского контрнаступления на Харьковщине генерал Горбенко рассказал свою версию событий 10 мая в интервью «Украинской правде».

Тогда генерал рассказал, что 125 бригада с мая 2023 года обороняла на Харьковщине участок фронта в 44 километра от Травянского водохранилища до реки Северский Донец. В частности, его бойцы располагались в Липцах, Глубоком, Старице.

«Батальоны делали все возможное и невозможное. Но удержать фронт, когда у тебя 6-8 человек на километр, — просто нереально», — настаивал генерал.

Горбенко также отметил что, к участку фронта в сторону Волчанска на другом берегу реки 125-я бригада не имела никакого отношения. Генерал подтвердил, что у бригады почти не было тяжелого вооружения, кроме трех пушек и пяти танков, а три приданные батальоны были неукомплектованы бойцами.

Генерал отметил, что 125-я бригада зашла на позиции вблизи границы с РФ в 2023 году, но на тот момент делать там бетонные укрепления уже было невозможно, ведь любая техника уничтожалась артиллерией и дронами россиян, поэтому окопы бойцы рыли руками. К тому же инженерной техники у бригады не было.

В итоге Горбенко разместил у границы с РФ только крытые наблюдательные пункты, ведь для других видов укреплений кроме прочего там была невыгодная местность: сады, густой кустарник.

Горбенко также рассказал, что имел от разведки информацию о создании ударной группировки россиян в апреле, то есть за месяц до наступления, и передавал ее старшему руководству. Так же он просил об усилении. Однако 42-я механизированная бригада, которая зашла на усиление, была размещена на второй линии обороны. К отражению российского наступления эта бригада присоединилась на второй день российского наступления, когда 125-я бригада отошла к Липцам.

При этом Горбенко настаивал, что никакого прорыва обороны россиянами не произошло. Зато его подразделения отошли с некоторых позиций.

«Это не был прорыв, потому что это все происходило, подчеркиваю, в пределах батальонных районов обороны», — утверждал Горбенко.

Мужчина держит плакат в поддержку генерала Горбенко в Печерском райсуде Киева, 21 января 2025 года. Фото: Максим Каменев, Ґрати

По его словам, в первый день наступления бригада потеряла Стрелецкую, Пыльную, Борисовку — села, которые были практически у линии государственной границы. Даже Глубокое они еще держали. Зато потеряли Огирцево, после чего правый фланг обороны вышел на рубеж села Старица, где была подготовлена линия обороны. Там противника остановили, и на этом рубеже украинские военные продолжали держать врага на момент, когда Горбенко давал интервью.

Генерал подтвердил, что 415-й батальон в первые сутки отошел от границы на три километра вглубь. Так же на три километра в следующие сутки отошел батальон, который держал правый фланг обороны, однако это произошло после того, как бойцы не получили поддержки.

«Почему-то наше старшее военное руководство требует обороны по принципу «ни шагу назад». Возможно, есть моменты, где так и надо, но мы забываем, что есть такой вид маневра как отход. Это не покидание позиций. Это ситуация, в которой командир на определенном этапе боя решает сохранить людей и отойти на более подготовленный рубеж. Он отходит, останавливает противника на определенном рубеже и готовит условия для проведения контратаки и восстановления рубежа», — рассказывал генерал Горбенко в июле 2024-го журналистам «УП».

Генерал возмущался, что ГБР, которое открыло производство уже 11 мая, начало «дергать» его, офицеров и бойцов на допросы уже на следующие дни, когда они вели боевые действия на переднем крае. Генерал добавил, что кроме этого в это же время началось служебное расследование по приказу главнокомандующего ВСУ, а 15 мая был издан приказ о его увольнении с должности.

«Без объяснений, без разъяснений! Расследование только началось, ГБР работает, а командир бригады уже уволен с должности и назначен в резерв командующего», — возмущался Горбенко.

В суде он заявил, что не признает своей вины.

«Угроза единству»

Арест генералов Галушкина и Горбенко и полковника Лапина вызвал резонанс. На судебные заседания приходит большая группа поддержки, в том числе военные из 415-го батальона. Пятый президент Петр Порошенко заявил, что задержания похожи на «поиск стрелочников», а несколько нардепов «Европейской солидарности» просили суд отдать генерала Галушкина им на поруки, обвиняя действующую власть в дискредитации военнослужащих.

Свою позицию высказал также и Комитет Верховной Рады по вопросам национальной безопасности, обороны и разведки, который отметил, что во время отражения российской агрессии такие действия правоохранителей могут привести к дискредитации ВСУ и представляют угрозу национальному единству. Депутаты напомнили, что после начала полномасштабного вторжения РФ в законодательстве закрепили понятие боевого иммунитета, который предусматривает освобождение от уголовной ответственности за деяния, совершенные во время отпора агрессору.

Женшины держат плакаты в поддержку генерала Галушкина на заседании Киевского апелляционного суда 21 февраля 2025 года. Фото: Максим Каменев, Ґрати

«Ґрати» спросили в ГБР, имеют ли генералы Галушкин и Горбенко и полковник Лапин боевой иммунитет. В ответ нам посоветовали обратиться к военному омбудсмену Ольге Решетиловой. Она пока дело о прорыве обороны на Харьковщине не комментировала.

Уже после арестов трех офицеров ситуацию прокомментировал президент Владимир Зеленский. Он отметил, что во время войны неправильно закрывать на все глаза, в частности, на гибель солдат.

«Когда мы говорим «халатность» — вопрос не в километрах. Это важно, но на каждом километре гибнут люди […] Гибнут солдаты — отвечать должно руководство. Кто-то должен отвечать», — сказал президент, отвечая на вопросы журналистов во время пресс-конференции 23 февраля в Киеве, и добавил, что с этим должны разбираться правоохранительные органы.