«Парк — не зона». Как расследуют насилие со стороны охраны харьковских парков

Участники протеста в саду Шевченко, 6 августа 2021 года. Фото: Ганна Соколова, Ґрати
Участники протеста в саду Шевченко, 6 августа 2021 года. Фото: Ганна Соколова, Ґрати

В начале августа жительница Харькова пожаловалась, что в городском саду имени Шевченко охранники задержали двоих ее сыновей-подростков и заставили их сделать сто приседаний — в наказание за то, что один из них катался на детских качелях и мог их сломать.

Местные жители вышли на протест в саду Шевченко. Они требовали от полиции расследовать очередной конфликт с охранниками, а от горсовета — отказаться от их услуг. За последний год посетители сада Шевченко несколько раз жаловались на грубость и избиения со стороны охраны и выходили на протесты.

«Ґрати» рассказывают, чего добились протестующие.

 

Бегал по парапету фонтана — перелом носа

В июне 2020 года Ярослав Васильченко заявил, что его избил охранник сада Шевченко, а трое его коллег наблюдали за этим, не вмешиваясь. Подруга Ярослава сняла фрагмент избиения на видео, которое потом опубликовали в фейсбуке на странице группы Police Control Ukraine. 

Сразу после происшествия директорка компании «Антирейдер ГО «Ветеран», которая занимается охраной парка, Наталья Кульчицкая заявила, что охранники действовали законно. В полиции решили иначе и открыли уголовное производство о массовом хулиганстве часть 2 статьи 296 Уголовного кодекса , которое затем переквалифицировали в умышленные легкие телесные повреждения часть 2 статьи 125 УК . Подозрение предъявили охраннику Сергею Осипенко. 

Как установила полиция, Васильченко ходил по парапету фонтана «Зеркальная струя» и не реагировал на замечания охранника. Осипенко схватил мужчину за руку, стянул с парапета и начался оскорблять. В их конфликт вмешались другие охранники. Они пригласили Васильченко в помещение охраны в саду Шевченко, чтобы тот написал пояснение и дождался полицию.

Фонтан в саду Шевченко. Фото: Ганна Соколова, Ґрати

Уже в помещении охраны «на почве внезапно возникших неприязненных отношений» Осипенко начал избивать Васильченко. Он нанес не менее семи ударов кулаками по лицу — в итоге медики диагностировали перелом носа, синяки на лице и спине и ссадины по всему телу. 

Заместитель директора и фактический основатель охранной компании Олег Черкашин сказал, что Васильченко «первый начал» — он якобы ударил охранника в нос, и полиция расследовала это заявление, как умышленное нанесение легких телесных повреждений часть 2 статьи 125 УК .

В комментарии «Ґратам» Васильченко сказал, что не бил охранника. По обвинению в этом полицейские его не опрашивали и подозрение не объявляли. Связаться с Осипенко «Ґратам» не удалось — на сообщения он не ответил.  

Тем не менее охранника уволили, а уже через месяц его дело передали в Дзержинский райсуд Харькова.

Выступая в суде, Осипенко полностью признал вину и заявил о раскаянии. Свое поведение он объяснил «неправомерными действиями» Васильченко — хождением по парапету и оскорблениями. О своем сломанном носе Осипенко в суде уже не вспоминал. 

Из-за того, что обвиняемый признал вину, суд не стал исследовать доказательства. И в марте этого года вынес приговор — признал Осипенко виновным, назначил ему наказание в виде одного года ограничения свободы, но, учитывая искреннее раскаяние, освободил от отбывания наказания с испытательным сроком в один год.

Васильченко сказал «Ґратам», что доволен приговором. 

 

Сидел на газоне — убрали силой 

В начале сентября 2020 года студент и журналист «Харьковской правозащитной группы» Денис Волоха пришел в сад Шевченко. Чтобы поработать за ноутбуком, он сел на газон. К нему тут же подошел охранник и потребовал встать и уйти с травы. Волоха отказался. Охранник вызвал подмогу — вокруг парня собралось около шести его коллег.

«Стоят, смотрят, думают, что со мной делать. Кто-то сказал, что я под наркотиками. Кто-то: «Повезло тебе, что сейчас день», — рассказал «Ґратам» Волоха. 

Студент и журналист «Харьковской правозащитной группы» Денис Волоха. Фото: Ганна Соколова, Ґрати

Охранник схватил его за руку и силой стянул с газона. Парень не пострадал, но все равно решил вызвать полицию — по его мнению, охранники ограничили его свободу передвижения. Волоха предложил охранникам тоже обратиться в полицию, если у них есть к нему претензии — но они не стали. 

Парень написал заявление, но в полицию его ни разу не вызвали. На запрос «Ґрат» в полиции ответили, что его заявление рассмотрели как обращение граждан — это значит, что дело открывать не стали. 

Охранники утверждали, что, стянув парня с газона, они действовали правомерно, поскольку в большинстве харьковских парков запрещено ходить по газонам — об этом пишут на табличках и у входа в парки.

 

Закрылись в туалете — перелом позвоночника и выбитые зубы

Вечером того же дня студенты Сергей Шигида и Диана Бриль гуляли в саду Шевченко. Девушке стало плохо, у нее началась тошнота. Чтобы не стоять в очереди в женский туалет, они вместе зашли в мужской. 

«Я понимаю, что уже все… Сережа быстро берет меня за руку и заводит в первую кабинку в мужском туалете. Я блюю, Сережа держит мне волосы, ничего особенного. Тут кто-то начал дергать дверную ручку. Мужчина в черной футболке с надписью «Харків’янин» перелез из соседней кабинки, посмотрел на нас», — рассказала «Ґратам» Диана.

Студенты Сергей Шигида и Диана Бриль. Фото: Ганна Соколова, Ґрати

Когда дернули дверную ручку, Сергей объяснил, что девушке плохо, и попросил немного подождать. Но кто-то выбил дверь. Один из охранников — как выяснилось позже, Геннадий Никольский — начал снимал студентов на телефон. Мужчина в черной футболке схватил Диану, вытащил из кабинки и на руках вынес на улицу. А трое охранников повалили Шигиду на пол и начали избивать ногами. 

«Сначала мне прилетело по голове и лицу, по зубам. Потом — по спине, когда я пытался прикрыть голову и лицо. Помню, как выплевывал части зубов в мусорку в кабинке. Я попытался встать и выйти, но меня не выпускали. Я слышал, как на улице плакала Диана. А охранники смеялись: «Малолетка боится, что родители узнают, как она сексом в туалете занималась», — сказал Шигида.

Когда парня выпустили, он увидел, как в туалет зашла уборщица. Она вымыла следы рвоты и крови, выбросила мусор, в котором, как утверждает Сергей, были части его зубов. Тем временем прохожие вызвали полицию.

«У меня истерика, слезы, ничего не вижу. А полицейский чуть ли ни кидается, орет: «Прекратите плакать, подписывайте [заявление]!». Он диктует: «С моих слов записано верно», повторяет это несколько раз. Я в итоге несколько раз это написала — и он снова орет», — вспоминает Диана. 

Сергей Шигида сказал, что подпишет заявление только после того, как его прочитает знакомый юрист, который вскоре приехал. Полицейские сразу стали вести себя вежливее. 

По словам студентов, охранники и уборщица смеялись над ними. Уборщица предложила полицейским посмотреть, если ли следы в туалете следы рвоты и крови — после уборки их уже не оставалось.

На место приехала скорая. Сергею предложили проехать в больницу, но он отказался. А ночью проснулся от боли в спине и зубах — как позже установила судебно-медицинская экспертиза, Сергей получил перелом двух отростков позвонков, повреждения трех зубов, синяки и ссадины на голове и шее. Сергей около двух месяцев носил компрессионный корсет и почти не вставал с кровати, занимался диагностикой, лечением спины и восстановлением зубов. 

Полиция открыла производство по факту нанесения умышленных легких телесных повреждений часть 1 статьи 125 УК . После повторной судебно-медицинской экспертизы дело переквалифицировали на повреждения средней тяжести статья 122 УК . Как сказали «Ґратам» в полиции, расследование дела еще не окончено. 

Охранник Геннадий Никольский, который, по словам Сергея Шигиды, бил его, заявил, что тоже пострадал в потасовке и подал заявление в полицию. В ведомстве «Ґратам» рассказали, что расследовали нанесение ему легких телесных повреждений часть 1 статьи 125 УК , но затем закрыли дело из-за отсутствия состава преступления.

Сотрудники охранной компании «Зубр» в саду Шевченко. Фото: Ганна Соколова, Ґрати

Интересы Сергея и Дианы представляет адвокат из общественной организации «Харьковский антикоррупционный центр» Владимир Рысенко. Он считает, что расследование продвигается очень медленно. 

«Основная претензия — сроки расследования. Достаточно долго проводилась экспертиза, только в апреле переквалифицировали на телесные повреждения средней тяжести. И теперь опять ничего не происходит», — сказал «Ґратам» Рысенко.

В течение первого месяца после происшествия следователь держал связь с потерпевшими. У них записали показания и обещали вызвать на опознание, которое не провели до сих пор. 

О происшествии стало известно в тот же вечер из поста старшей сестры Дианы в фейсбуке. Он вызвал бурное обсуждение, и через несколько дней студенты организовали в саду Шевченко акцию протеста, на которую собралось около ста человек. Протестующие требовали наказания для охранников, которые, по их мнению, избили Сергея и Диану, а заодно — отмены запрета на хождение по газонам.

Участники протеста в саду Шевченко, 6 августа 2021 года. Фото: Ганна Соколова, Ґрати

К протестующим вышел заместитель директора «Антирейдер ГО «Ветеран» Олег Черкашин. Он заявил, что охранники никого не били, а что происходило в туалете — неизвестно, там нет камер видеонаблюдения. На видеозаписи, сделанной снаружи, видно, как неизвестный мужчина в черной футболке выносит Диану из туалета. Почему охрана не задержала его, Черкашин не ответил.

Отвечая на второе требование протестующих, он объяснил, что ходить по газонам нельзя, потому что это может повредить систему полива. В знак протеста участники акции тут же сели на газон — читали, играли на гитаре и в настольные игры. Администрация парка в ответ включила полив травы. 

 

Залез в фонтан — ушибы и порванная одежда

В конце декабря 2020 года Борис Фурсов приехал в Харьков к родителям. Он гулял в саду Шевченко, увидел сосульку на фонтане и решил ее сфотографировать.

«Я даже сначала не понял, что это фонтан — просто замерзшая яма. Залез в нее. Охранники окликнули: «Вылазь». Я сразу же вылез, извинился. А они начали очень агрессивно себя вести, требовали документы, сказали пройти с ними. Ну я отказался. Они пригласили своего начальника, и он дал команду: «Крутите его», — рассказал «Ґратам» Фурсов.

По его словам, охранники схватили его, привели в помещение охраны и бросили на пол, из-за чего порвали ему куртку. Один из охранников якобы ударил его. 

Фурсов предложил охране вызвать полицию, но они не согласились.

«Я бы заплатил штраф за хулиганство или что там положено по закону за то, что я залез в фонтан», — сказал Фурсов. 

Он сам вызвал полицию, написал заявление и через несколько дней медики зафиксировали у него ушибы. В полиции открыли производство об умышленных легких телесных повреждениях статья 125 УК  и вызвали Фурсова на следственный эксперимент. Но это оказалось последней активностью полиции по его делу — с Фурсовым больше не связывались, сам он тоже не интересовался ходом расследования — вернулся в Израиль, где постоянно проживает. В полиции на запрос «Ґрат» ответили, что производство закрыли из-за отсутствия состава правонарушения.

Участники протеста в саду Шевченко, 6 августа 2021 года. Фото: Ганна Соколова, Ґрати

После этого случая студенты вышли на вторую акцию протеста в саду Шевченко. Они держали в руках плакаты с надписями «Новый мэр, старые порядки» и «Терехов, быдло охраняет парки». Протестующие требовали, чтобы секретарь горсовета Игорь Терехов, исполняющий обязанности мэра, расторгнул договор с охранной компанией «Антирейдер ГО «Ветеран». 

«Во время акции подошли охранники вместе с людьми в спортивной форме без опознавательных знаков. Они скандировали «Ганьба» и «Чому не українською?», мешали проводить акцию, оскорбляли организаторов, чуть не дошло до драки», — рассказал «Ґратам» адвокат Владимир Рысенко, который тоже присутствовал на акции.

Адвокат и представитель общественной организации «Харьковский антикоррупционный центр» Владимир Рысенко. Фото: Ганна Соколова, Ґрати

Спустя несколько дней представители охранной компании «Антирейдер ГО «Ветеран» собрали пресс-конференцию, на которой прокомментировали происшествие с Фурсовым и другие конфликты отдыхающих в парке с охраной. Заместитель директора Олег Черкашин назвал их провокациями, в которых заинтересованы конкуренты, желающие выиграть тендер на охрану парков. 

Охранники, по его словам, работают эффективно.

«Многие кричат, что должен действовать исключительно закон. Это мое личное субъективное мнение — есть еще понятие морали. Когда мы пришли в сад, бич сада это были закладчики. Мне доложили ситуацию, задали вопрос, что с этим делать. Как я должен был поступить: по морали или по закону? Я поступил по морали. Я дал команду: они должны сожрать все, что пытаются там заложить», — сказал Черкашин. 

«Сад Шевченко — это зона отдыха, но не зона беспредела», — добавил он.

 

Играли музыку — прогнали из парка

Охранную компанию «Антирейдер ГО «Ветеран» в 2016 году создал ветеран батальона «Донбасс» Олег Черкашин. В компанию он трудоустраивал в основном ветеранов АТО. В 2019 году «Антирейдер ГО «Ветеран» выиграл тендер, объявленный коммунальным предприятием «Харьковзеленстрой», на охрану местных парков — сада Шевченко, Саржиного Яра, сквера «Стрелка», парка Юрьева и парка Квитки-Основьяненко.

А в феврале этого года тендер на охрану этих парков выиграла уже другая охранная компания — «Зубр». На торгах она предложила меньшую, чем единственный конкурент — «Антирейдер ГО «Ветеран» — стоимость услуг. 

Сотрудники охранной компании «Зубр» в помещении охраны в саду Шевченко. Фото: Ганна Соколова, Ґрати

Охранная компания «Зубр» была зарегистрирована в июле прошлого года в Киеве. Ее директор — бывший охранник «Антирейдер ГО «Ветеран» Денис Телюх. Он также называет себя членом общественного формирования по охране общественного порядка и государственной границы «Безпечне місто», основанного Черкашиным в 2018 году. О деятельности этого формирования из открытых источников ничего не известно.

Первое время после смены охранной компании посетители парков не заявляли о конфликтах. Но в мае местные музыканты начали жаловаться на запрет играть музыку в саду Шевченко. По их словам, охранники ссылались на устное распоряжение секретаря горсовета Игоря Терехова, которое он аргументировал жалобами харьковчан на шум. При этом соответствующего решения горсовета не было и до сих пор нет. 

«Но это не значит, что мы их как-то обижаем, — говорил Терехов. — Мы дадим им место, например, на площади возле оперного театра, где смогут собираться люди и слушать их музыку». 

Но музыканты продолжали играть в саду Шевченко, а охранники — прогонять их. 

«Играл на День вышиванки — прогнали. Играл на День перезахоронения Шевченко возле памятника Шевченко — тоже прогнали, — рассказал «Ґратам» бандурист Николай Гришко. — Люди собрались, слушают. А охранники говорят: «Нельзя». А какое распоряжение, где опубликовано? «Приказ Терехова, мы должны его выполнять».

Бандурист Николай Гришко. Фото: Ганна Соколова, Ґрати

Его слушатели несколько раз вызывали полицию из-за действий охранников. Одни полицейские спрашивали, есть ли у бандуриста разрешение на игру в парке. Другие махали рукой: «Дедушка, играйте, никто вас не тронет».

Музыканты тоже выходили на протест в саду Шевченко, они требовали разрешить им играть в парках. Еще один музыкальный протест под зданием горсовета провел трубач Константин Олейник. Когда он играл возле памятника Шевченко, охранники прогоняли его слушателей.

 

Катался на детских качелях — сто приседаний

В начале августа сыновья Надежды Лысенко, 12 и 13 лет, встречали маму с работы. По дороге мальчики зашли в сад Шевченко, на детской площадке встретили знакомых и остановились с ними поиграть. 12-летний мальчик сел на качели в форме машинки, а его знакомый стал его раскачивать.

К ним подошел охранник, сказал, что здесь кататься нельзя. Дети встали и извинились. Но охранник отвел всю компанию — братьев Лысенко и троих их знакомых — в помещение охраны. Там было еще четверо охранников. Один из них, представившийся начальником смены, заставил детей сделать сто приседаний — в качестве наказания. Говорил, что иначе не отпустит их, и отказывался позвонить маме братьев. Дети испугались, сделали сто приседаний, после чего их отпустили. 

«Эти качели для детей до семи лет. Когда мои дети были такого возраста, я, к сожалению, не катала их. Я занималась другими делами, теми, о которых так хвастаются эти охранники — участием в АТО, — прокомментировала Надежда Лысенко. — Возможно, это и повлияло на то, что мой ребенок, 12 лет, сел на эту машинку. Другой ребенок начал его раскачивать. Да, это неправильно, некрасиво, должны были понять, что это не для них качели».

Мальчики встретили маму и рассказали ей о случившемся. Женщина пошла разбираться с охранниками. Те в ответ сказали, что ни к чему детей не принуждали — якобы они сами пришли в помещение охраны и «высказали желание» сделать сто приседаний. 

Надежда Лысенко. Фото: Ганна Соколова, Ґрати

Лысенко вызвала полицию. Полицейские на месте сказали, что в действиях охранников нет состава преступления, а дети склонны обманывать. Тогда женщина написала об этом в фейсбук. 

«Влиять и разбираться не имею возможности. Охрана не моя», — ответил на пост Лысенко заместитель директора «Антирейдер ГО «Ветеран» Олег Черкашин. Тем не менее в комментариях он опубликовал запись с камер видеонаблюдения, на которой видно, как один мальчик садится на качели, а другой раскачивает его. Качели от этого не ломаются.

«Почему эти недоумки считают, что разрушать детскую площадку — это нормально? Еще со времен, когда я охранял сад Шевченко, я постоянно говорил, сад — не зона, где вам дадут крушить и ломать все, что вздумается. Так что сто приседаний, если они были, вполне гуманное действие», — добавил Черкашин.

Позже полиция открыла производство об умышленном нанесении детям легких телесных повреждений. Полиция запросила у охраны записи с камер видеонаблюдения, а детей направила на судебно-медицинскую экспертизу. 

«Ґратам» Лысенко сказала, что недовольна квалификацией преступления. Она будет добиваться, чтобы происшествие расследовали как пытки, совершенные по предварительному сговору группой лиц часть 2 статьи 127 УК .

«Психолог уже зафиксировал психологическую травму у одного из моих сыновей», — сказала Лысенко.

Местные депутаты от «Европейской солидарности» организовали очередную акцию протеста в саду Шевченко. Студенты пришли с плакатами «Парк — не зона», «Охороняти — не значить махати кулаками», «Охорона — за ґрати». На акцию собрались несколько десятков человек, они требовали, чтобы полиция провела эффективное расследование инцидента с детьми Лысенко, а местная власть — отказалась от услуг охранного агентства «Зубр». По мнению протестующих, «Зубр» и «Антирейдер ГО «Ветеран» — фактически одно и то же охранное агентство.

Депутат Харьковского горсовета от партии «Европейская солидарность» и бывший член партии «Национальный корпус» Игорь Пушкарев. Фото: Ганна Соколова, Ґрати

«Прежде всего мы желаем услышать извинения перед матерью — от руководства охранной фирмы, от тех, кто задержал детей. Второе — руководство этого агентства обязано уволить этих работников, — сказал депутат горсовета Игорь Пушкарев. — Если охрана уже не впервые применяет физическую силу… Это система гопоты, улицы, обычной банды».

К протестующим никто не вышел. Охранники закрылись в своем помещении и просидели там до окончания акции. Руководство «Зубра» так и не прокомментировало происшествие ни публично, ни отвечая на вопросы журналистов. «Ґрати» пытались связаться с компанией, но там, услышав вопрос, бросили трубку и больше не отвечали на звонки.

Спикер горсовета Юрий Сидоренко назвал поведение охранников недопустимым. Он пообещал, что секретарь горсовета Игорь Терехов проведет встречу с руководством охранной компании. Спустя неделю Сидоренко не смог ответить «Ґратам», прошла ли встреча и какой ее результат.   

 

Стрельба на Алексеевке, драка на рынке Барабашова, политические акции

Игорь Пушкарев, организовавший последнюю акцию в саду Шевченко, получил множественные огнестрельные ранения во время конфликта на Алексеевке — спальном районе Харькова, в феврале 2017 года. Тогда, по информации местных СМИ, произошло столкновение сторонников лидера харьковской ячейки партии «Национальный корпус» Олега Ширяева и ветерана батальона «Донбасс» Олега Черкашина, который накануне создал охранную компанию «Антирейдер ГО «Ветеран».

Депутат Харьковского горсовета от партии «Европейская солидарность» и бывший член партии «Национальный корпус» Игорь Пушкарев. Фото: Ганна Соколова, Ґрати

Пушкарев тогда был членом «Нацкорпуса». Тем не менее в комментарии «Ґратам» он отрицал свое участие в столкновении — на место происшествия он якобы приехал узнать, что происходит. 

«Следствие продолжается, все оружие и боеприпасы были изъяты, проводят баллистические экспертизы», — коротко прокомментировал Пушкарев. Он говорит, что до сих пор не знает, из-за чего произошел конфликт.

Его причину в полиции называли бытовой и не дали журналистам полной информации. В соцсетях писали о личном конфликте между Ширяевым и Черкашиным.

Охранники «Антирейдер ГО «Ветеран», в том числе сам Черкашин и Денис Телюх, который позже создал собственную охранную компанию «Зубр», фигурируют в деле о массовых беспорядках на рынке Барабашова в феврале 2020 года. Тогда местные предприниматели протестовали из-за демонтажа рекламной арки сотрудниками коммунальных служб. Демонтаж инициировал мэр Геннадий Кернес, который планировал построить дорогу через рынок, коммунальщиков охраняли представители «Антирейдер ГО «Ветеран». Между предпринимателями и охранниками произошло столкновение, в результате чего пострадали около пяти участников конфликта и один полицейский. 

Сотрудники охранной компании «Зубр» в помещении охраны в саду Шевченко. Фото: Ганна Соколова, Ґрати

Больше 50 охранников получили подозрения в массовых беспорядках часть 1 статьи 294 УК . В суде по избранию меры пресечения они говорили, что исполняли свои должностные обязанности. Это дело еще расследуется и не передано в суд.

Кроме того, охранники участвовали в политических акциях, в интервью «Харьковской правозащитной группе» утверждал бывший сотрудник «Антирейдер ГО «Ветеран» Ярослав Яковлев.

«Первый выезд был в Орджоникидзевский райсуд, там судили человека за то, что он сливал инфу России (вероятно, речь идет о Мехти Логунове, приговоренному к 12 годам заключения за госизмену — Ґ), мы скандировали, чтобы суд не развалил дело и наказал подсудимого, — сказал «Ґратам» Яковлев. — А второй выезд был во Фрунзенский райсуд, там был суд над террористами, которые взорвали бомбу на Палаце спорта, мы были против их обмена. Все команды — куда ехать и что скандировать — были от Черкашина».

Олег Черкашин не стал комментировать «Ґратам» информацию об участии сотрудников его охранной компании в конфликтах и политических акциях.

«С чего вы взяли, что я могу что-либо комментировать?» — сказал он и бросил трубку.

 

2 месяца. Столько в среднем украинцы ждут от подачи иска до первого судебного заседания
2

месяца. Столько в среднем украинцы ждут от подачи иска до первого судебного заседания

Розповідь Галини Довгополої, засудженої в Криму за держзраду «Мене жбурляли, кричали матом, а я сміялася їм в обличчя — 12 років в’язниці!»

«Мене жбурляли, кричали матом, а я сміялася їм в обличчя — 12 років в’язниці!»

Розповідь Галини Довгополої, засудженої в Криму за держзраду

Раз в неделю наши авторы делятся своими впечатлениями от главных событий и текстов