Мечеть раздора. Чем для религиозной общины «Алушта» обернулось противостояние с муфтиятом

Ясин, сын Эльдара Кантимирова, машет отцу в автозаке. Фото: «Крымская солидарность»
Ясин, сын Эльдара Кантимирова, машет отцу в автозаке. Фото: «Крымская солидарность»

Южный окружной военный суд в российском Ростове-на-Дону вынес приговор крымским мусульманам по делу «Алуштинской группе Хизб-ут Тахрир». Одного из четверых подсудимых — Ленура Халилова, бывшего председателя религиозной общины «Алушта» — приговорили к 18 годам лишения свободы. Столько же назначили охраннику мечети, в которой Халилов был имамом. Подсудимые связывают уголовное дело с конфликтом с муфтиятом Крыма, утверждая, что он пытается установить контроль над общиной с помощью государства и правоохранителей.

«Ґрати» рассказывают о деле «Алуштинской группы Хизб ут-Тахрир» и почему желание мусульман выбирать имамов народным голосованием так не устраивает пророссийский муфтият.

 

«Верхняя мечеть»

Одна из старейших в Крыму мечетей «Юкъары Джами» была построена в 1833 году на вершине холма «Крепостная горка». Отсюда и ее название, которое в переводе с крымскотатарского означает буквально «Верхняя мечеть». Советская власть несколько раз закрывала мечеть, а в 1962 году здание переоборудовали под спортивную школу. Лишь в конце 80-х мечеть получила статус памятника архитектуры. В 1994 году Совет министров Крыма передал ее местной религиозной общине «Алушта» в бессрочное пользование на безвозмездной основе. На тот момент от первоначального внутреннего убранства не осталось и следа: вернувшиеся из мест депортации крымские татары получили практически пустую коробку, которую следующие годы активно восстанавливал при помощи пожертвований из Турции. По словам имама мечети Юсуфа Аширова, в итоге им удалось вернуть ей исторический вид.

Мечеть «Юкъары Джами» в Алуште. Фото: «Крымская солидарность»

Вокруг мечети сформировалась религиозная община «Алушта», в которую собирались прихожане со всего одноименного крымского округа. Общим голосованием они выбрали имамом Юсуфа Аширова. Община занималась религиозными обрядами: свадьбами, праздниками, похоронами. После аннексии в 2014 году ее перерегистрировали в соответствии с российским законодательством. В 2019 году при попытке оформления мечети в собственность, члены общины неожиданно выяснили, что здание, без отмены акта о передаче, передано Духовному управлению мусульман Крыма Муфтият — орган управления мусульманскими общинами, юридически независимый от российских государственных властей, но де-факто активно с ними сотрудничающий  (ДУМК). Община оспорила это в суде, подав иск к правительству в лице Министерства имущественных и земельных отношений. ДУМК и госкомитет по делам национальностей и религии, с которым по закону согласовывают земельные операции крымских татар, участвовал в суде в качестве третьей стороны.

Адвокатка Лиля Гемеджи, считает, что ДУМК не хочет потерять репутацию из-за давления на единоверцев и поэтому прибегает к помощи государственных органов — использует имущественные споры и решения властей.

«Если бы они делали это в открытом противостоянии с прихожанами мечети, местная община не приняла бы этот подход. Под прикрытием закона хотят вернуть под контроль мечеть. Это выгодно всем (государству и муфтияту — Ґ ), потому что ДУМК вещает исключительно то, что хочет слышать сегодняшнее российское руководство», — объясняет Гемеджи.

Суд первой инстанции община проиграла, здание отошло муфтияту, но члены общины вместе с юристами решили бороться дальше, дошли до Верховного суда РФ, который жалобу общины рассматривать отказался. Сейчас мечеть находится на балансе муфтията, но община все еще сопротивляется этому решению. Адвокаты планируют направить жалобу в ЕСПЧ.

Абдул Гафаров. Фото: «Крымская солидарность»

«Ни джемаат, ни община не считают это законным, они его не поддерживают. Джемаат хочет здесь именно эту религиозную общину и конкретно этого имама», — объясняет нынешний председатель общины Абдул Гафаров.

Суть конфликта заключается не только в желании ДУМК владеть мечетью. Муфтият хочет запретить процедуру выборов имама членами общины и назначать на эту должность своих людей. Позже эти же имамы будут выбирать муфтият. Прихожан, по словам имама, это не устраивает. Имам «Алушты» Юсуф Аширов говорит, что не понимает, почему муфтият так заинтересовался именно этой мечетью — в Алуштинском районе есть еще одиннадцать бездействующих.

«Когда представители муфтията начали приходить и говорить, что имам должен назначаться муфтием, я спросил их, где так написано, положено ли так по шариату. Они ответили, что в российском законодательстве есть такая статья, но мне ее никто не показал, — говорит Аширов. — Если имама будет назначать муфтият, появится круговая порука. Я назначаю тебя — ты назначаешь меня. Эти имамы не будут подконтрольны народу и отодвинут его на свалку. А если нет мнения народа, зачем нам тогда муфтии и имамы?».

В материалах прокурорской проверки, которая проводилась по жалобе ДУМК на общину и ее председателя в минюст, есть объяснения юриста муфтията Ибраима Каймакана. Он утверждает, что в июле 2017 года администрация Алушты передала земельный участок, на котором находится мечеть, в пользование муфтияту, а в 2019 году министерство имущественных и земельных отношений Крыма передало в безвозмездное пользование и само здание.

Минарет мечети «Юкъары Джами». Фото: «Крымская солидарность»

По словам юриста, после этого ДУМК регулярно присылает своих имамов в мечеть, но им туда не дают пройти прихожане. Каймакан утверждает, что члены «Алушты» исповедуют нетрадиционный ислам и пытаются вовлечь в него новых участников. По его словам, об этом жаловались в муфтият прихожане. Имам Аширов при этом приглашает прихожан в мечеть, где прививает им нетрадиционные ценности — поясняет Каймакан. Он утверждает, что «во времена Украины» община публиковала газету «Возрождение» — издание исламской партии «Хизб-ут Тахрир». О ней шла речь, когда юрист говорил про нетрадиционный ислам.

 

Уголовное дело

Первый тревожный звонок общине поступил в апреле 2019 года, когда в один день в Крыму отключили электричество в девяти мечетях, включая «Юкъари Джами». Все они не находились в управлении муфтията. Тогда виноватым оказался местный поставщик электроэнергии «Крымэнерго» — несмотря на действующий договор, он решил отключить мечети и впоследствии отказался продлевать с ними соглашение. «Алуште» удалось выйти из положения, используя генератор.

Спустя два месяца, в июне 2019 года, сотрудники ФСБ задержали председателя общины «Алушта» Ленура Халилова по обвинению в организации деятельности террористической организации часть 1 статьи 205.5 Уголовного кодекса РФ . Вместе с ним в СИЗО оказались охранник мечети Руслан Месутов, имам мечети села Малореченское Руслан Нагаев и преподаватель арабского языка Эльдар Кантимиров. Последним двум вменили участие в деятельности террористической организации часть 2 статьи 205.5 УК РФ . К этим обвинениям добавилось еще одно — в попытке насильственного захвата власти статья 278 УК РФ через статью 30 .

Обвиняемые по делу «Алуштинской группы Хизб ут-Тахрир» в зале Южного окружного военного суда в Ростове-на-Дону, 16 августа 2021 года. Фото: «Крымская солидарность»

Уголовное дело подсудимые связывают с конфликтом вокруг общины «Алушта». Очевидным подтверждением для них было то, что оперативники ФСБ задержали их за две недели до очередного суда по спору вокруг мечети.

«В плане формальном — община перерегистрировалась по российскому законодательству, в плане неформальном — это хизбы. Противоречит или не противоречит законодательству их деятельность — решает не муфтият, а правоохранительные органы», — комментирует дело против «алуштинцев» пресс-секретарь ДУМК Зера Эмирусеин.

Ленур Халилов в зале Южного окружного военного суда в Ростове-на-Дону, 16 августа 2021 года. Фото: «Крымская солидарность»

По версии следствия, подсудимые организовали ячейку исламской партии «Хизб-ут Тахрир» — организации запрещенной и признанной террористической в России, но свободно действующей в Украине и большинстве европейских стран. Они проводили собрания членов партии, на которых планировали работу, вербовку новых участников, распространение идей Хизб ут-Тахрир, при этом предпринимая меры конспирации — считает следствие. Ни о какой террористической деятельности в обвинении речи не шло, следствие лишь доказывало принадлежность обвиняемых к исламской партии — для суда этого вполне достаточно.

В качестве доказательств обвинения в суде были представлены тайно записанные аудиозаписи собраний мусульман, в которых участвовали обвиняемые, показания засекреченных свидетелей и сотрудников ФСБ, а также изъятые в ходе обысков тексты издательства Хизб ут-Тахрир.

Руслан Месутов в зале Южного окружного военного суда в Ростове-на-Дону, 16 августа 2021 года. Фото: «Крымская солидарность»

В одном из скрытых свидетелей подсудимые узнали жителя Крыма Энвера Халилова, который вместе с ними посещал собрания — на аудиозаписи лучше всего было слышно его голос. Подсудимые назвали его внештатным агентом ФСБ, внедренным к ним на встречи. При этом в материалах дела утверждалось, что прослушки получены при помощи оперативно-розыскных мероприятий, названных «наблюдение», то есть внешняя слежка. Сторона защиты в суде несколько раз указывала, что это «внедрение», то есть агентурная работа, и то, что следствие называет ее иначе — нарушение.

Второй скрытый свидетель под псевдонимом «Исметов» называл себя практикующим мусульманином, но не смог вспомнить ни одной суры Корана и назвать ни одной буквы арабского алфавита.

Аудиозаписи встреч мусульман проанализировали эксперты Казанского федерального университета Ильшат Мухаметзарипов и Екатерина Палеха. Они ответили на вопрос — свидетельствуют ли разговоры участников о том, что они принадлежат к Хизб ут-Тахрир. Защита раскритиковала экспертизу, назвав еенеобъективной, неполной и не соответствующей требованиям, но суд это не убедило. Фактически, эта экспертиза — единственное не прямое свидетельство обвинения.

Подсудимые вину не признали и до последнего настаивали на политическом характере своего преследования. Про свое возможное участие в исламской партии они не говорили, ссылаясь на 51 статью Конституции РФ, позволяющую не свидетельствовать против себя, но утверждали, что не имеют никакого отношения к террористической деятельности.

«Уголовное дело против нас полностью сфабриковано. Оно состоит из предположений следствия и показаний двух тайных свидетелей, один из которых такой тайный, что его все знают. Мы не представляем опасность общественной безопасности и Конституционному строю РФ. При обыске в наших домах не было найдено ничего, что можно было бы использовать для терроризма. Никакого оружия, никакого пособия по его изготовлению. Не найдено ни одного человека, которого бы мы запугивали и которому бы угрожали. В деле нет ни одного свидетельства о подготовке актов терроризма с нашей стороны», — заявил в своем последнем слове Руслан Нагаев, выступавший от лица всех подсудимых.

Родственники обвиняемых по делу «Алуштинской группы Хизб ут-Тахрир» перед приговором суда. Фото: «Крымская солидарность»

16 августа Южный окружной военный суд посчитал, что участие обвиняемых к Хизб ут-Тахрир доказано, и приговорил Ленура Халилова и Руслана Месутова к 18 годам лишения свободы, а Руслана Нагаева и Эльдара Кантимирова к 12 и 13 годам соответственно. Всем им придется провести первые два года наказания в тюрьме — при самом строгом режиме, а остальное время — в колонии строгого режима. После освобождения их ждет полтора года ограничения свободы, которое не многим отличается от условного срока.

 

Имам и новый председатель

Арестом экс-председателя общины и охранника мечети правоохранители не ограничились. За последние два года преследованиям подверглись имам общины Юсуф Аширов и два следующих за Халиловым председателя — Руслан Эмирвалиев и Абдул Гафаров. Приходили с проверками и в саму общину.

В мае 2020 года на Руслана Эмирвалиева составили админпротокол за демонстрацию экстремистской символики и оштрафовали на тысячу рублей.

По версии следствия, 16 сентября 2016 года он разместил на своей странице ВКонтакте «фотоснимок мальчика, указывающего указательным пальцем правой руки вверх на полотно темного цвета с расположенными на нем символами белого цвета, которое согласно заключения специалиста … является флагом, атрибутикой, символикой, используемой организацией «Хизб ут-Тахрир аль-Ислами».

Публикация Руслана Эмирвалиева ВКонтакте. Фото из материалов дела

Сам Эмирвалиев в разговоре с «Ґратами» эти обвинения назвал абсурдными и сказал, что не понимает, где правоохранители разглядели экстремизм.

«Они нашли фотографию маленького мальчика, который держал в правой руке подняв большой палец. Она была на фоне шахады с надписью «Нет божества кроме Аллаха, и Мухаммад посланник его и раб». Это один из столпов ислама — свидетельство веры. Они нашли эту фотографию у меня на странице, которой я не пользовался с давних времен. Это помогло им снять меня с должности председателя общины», — говорит Эмирвалиев.

Еще один эпизод, который фигурировал в админпротоколе — размещение на его странице «фотоснимка полотна темного цвета с расположенными на нем символами белого цвета», которое специалист следствия тоже отнес к символике «Хизб ут-Тухрир».

Сравнение символики с флагом Хизб ут-Тахрир. Фото из материалов дела

Ему оппонировал эксперт Дмитрий Дубровский, который в исследовании для стороны защиты утверждал, что «Хизб-ут Тахрир» не использует какой-то специфической символики, а «использует для достижения Уставных целей партии те же символы, которыми пользуются все мусульмане».

После решения суда по админпротоколу министерство юстиции направило общине предостережение с требованием устранить нарушения законодательства — убрать из руководства общины человека, признанного судом виновным в распространении экстремизма. Эмирвалиев был не только снят с должности председателя, но и удален из самой общины.

Имам Юсуф Аширов. Фото: «Крымская солидарность»

Одновременно имама мечети Юсуфа Аширова привлекли по статье о незаконной миссионерской деятельности, поскольку он, как имам, не контролируется муфтиятом. 11 июня 2020 года Алуштинский городской суд оштрафовал его на пять тысяч рублей. Адвокат Аширова Рустем Кямилев объяснял в суде, что нельзя считать незаконной миссионерской деятельностью проповеди в официально зарегистрированной общине, но убедить суд не смог. Сам Аширов себя виновным не считает и утверждает, что административное дело против него было заведено с подачи муфтията.

«Давление на миссионерскую деятельность происходит с подачи муфтията. Прокурор говорит, что на нас написали заявление, а они обязаны реагировать. Истоки понятно идут оттуда. Они [муфтият] говорят, что мусульманская община является неподконтрольной, якобы мы в этой мечети что-то незаконное делаем. Они говорят, что мы идем не по ханафитскому мазхабу Одна из четырех и самая распространенная каноническая школа в суннитском исламе , но это не так, я всю жизнь ему следовал», — говорит алуштинский имам.

В муфтияте любое участие в конфликте вокруг мечети отрицают, как и любую попытку давить на неподконтрольные общины через правоохранительные органы. На вопросы «Ґрат» в ДУМК ответила пресс-секретарка Зера Эмирусеин.

«У муфтията с религиозной общиной «Алушта» нет никаких конфликтов, у представителей этой общины конфликт с законом, — объясняла она. — Муфтият никаким взаимовыгодным сотрудничеством с правоохранительными органами не занимается. В Крыму достаточно мечетей, которые не входят в сферу координации ДУМК, у них свои общины и имамы. А проблемы с правоохранительными органами у них возникают из-за их деятельности, а не из-за муфтията. ДУМК не контролирующий и не надзорный орган, а религиозная организация».

В 2016 году в украинских СМИ распространили копию документа — обращение муфтията в крымские управления ФСБ, МВД и прокуратуру с просьбой проверить 12 общин, «связанных с хабашитами и Хизб-ут Тахрир». В список попала и община «Алушта». В пресс-службе ДУМК назвали документ фейковым и заверили, что муфтият таких заявлений никогда не писал.

Обращение ДУМК в ФСБ. Муфтият утверждает, что документ поддельный. Фото: Ґрати

«Никогда ДУМК не писал подобные заявления, это можно проверить по канцелярским записям в той организации, куда они были направлены. Эта история уже давно отшумела, пять лет назад произошел фейковый вброс, и эти заявления были опровергнуты, — убеждала «Ґрати» пресс-секретарка муфтията. — …На тот момент еще не вступил в действие так называемый «Пакет Яровой», к тому же в 2016 году еще действовал мораторий на задержание хтшников (членов Хизб ут-Тахрир — Ґ ). Я не знаю, откуда вы вытащили этот нафталин, он гуляет по инету давно и уже не представляет собой никакой важности».

 

Свидетели муфтията

Спустя год Юсуфа Аширова снова оштрафовали на пять тысяч рублей по той же статье, а в мечеть пришли с проверкой сотрудники ФСБ, Центра противодействия экстремизму МВД (Центр Э), прокуратуры и крымского муфтията. Правоохранители показали документы о том, что прокурор Алушты Сергей Бродский решил провести проверку общины «Алушта», чтобы «выявить и пресечь нарушения федерального законодательства о свободе совести и религиозных объединениях, о противодействии экстремистской деятельности и терроризму, земельного и иного законодательства».

Правоохранители провели в мечети обыск и изъяли для экспертизы три книги: «Исламская этика бизнеса» Гульнары Нуруллиной, «Семья. Ислам» и «Он. Она» российского богослова, имама-хатыба Московской мемориальной мечети Шамиля Аляутдинова. Все три книги имеются в свободной продаже и не входят в список запрещенной в России литературы.

Молитва в мечети «Юкъары Джами». Фото: «Крымская солидарность»

Тем не менее, по итогам проверки общину оштрафовали на тридцать тысяч рублей за отсутствие маркировки организации на литературе. В соответствии с законодательством все материалы, которые распространяет религиозная организация от своего имени должны маркироваться полным ее наименованием.

Главу общины Юсуфа Аширова опросили — вопросы касались финансирования ремонта и реконструкции мечети.

«Относительно реконструкции мечети могу пояснить, что данная реконструкция проходила за денежные средства, поступившие от спонсора, который провел первую реконструкцию примерно в 2003 году. В эту реконструкцию в помещении мечети была сделана плитка, минбар и постройка минарета. Данные указанного спонсора мне неизвестны, но точно могу пояснить, что это делалось не за бюджетные денежные средства, а за средства спонсоров и членов общины. Также могу пояснить, что любые работы и реконструкции проводятся по согласованию с общиной и в большинстве случаев за средства их членов. Кроме того могу пояснить, что от ДУМК … каких-либо денежных средств или материальных ценностей не поступало. Все материальные ценности и оснащения приобретены за счет пожертвований членов МРО «Алушта» и прихожан мечети города Алушта», — записали тогда правоохранители объяснения Аширова.

В материалах проверки есть показания двух алуштинских имамов из подконтрольных муфтияту мечетей, которые утверждают, что Юсуф Аширов и община проповедуют нетрадиционный ислам, а раньше и вовсе выпускали газету с эмблемой «Хизб-ут Тахрир». Один из них — имам мечети в селе Солнечногорское Риза Куртаметов. Второй — Вели Умеров, имам из села Приветное. Оба они ссылаются на газету и сайт под названием «Возрождение» Газету с таким названием ранее издавала Хизб ут-Тахрир  и говорят о прихожанах своих мечетей, которые перестали посещать «Юкъары Джами» из-за нетрадиционного ислама, якобы проповедуемого там, но никого не называют по имени.

Правоохранители опросили также Мустафу Девлетова — экс-председателя общины «Алушта», занимавшего этот пост с 1999 по 2003 год. Правоохранителям он говорил, что нынешний председатель общины — Абдул Гафаров — является неофициальным представителем «Хизб-ут Тахрир», как и многие ее рядовые члены. Он также добавил, что в 2019-2020 годах члены общины вербовали верующих для отправки в Сирию для участия в боевых действиях, а остальные прихожане мечети, не входящие в общину, боятся об этом рассказать из-за угроз. По словам адвоката Рустема Кямилева, эти утверждения ничем не были подтверждены, он назвал их голословными.

В ДУМК к представителям Хизб ут-Тахрир относятся крайне негативно, обвиняя, в том числе, в «уничтожении национальной идентичности» крымских татар.

«Это хизбы, — говорит пресс-секретарь Зера Эмирусеин об обвиняемых членах «Алушты». — Раковая опухоль на теле крымскотатарского народа. Вот уже почти 20 лет они пьют кровь из народа, уничтожая его национальную идентичность, язык, культуру, историю, вводя людей в заблуждение. И очень обидно, когда на одной чаше весов вдруг оказываются настоящие патриоты и эти люди. Потому что именно для них не существует «ни родины, ни флага». А заканчивается все трагедией. Личной трагедией каждой семьи, которая теряет отца, сына, дочь, детей и т.д.».

Пикет у Южного окружного военного суда перед приговором по делу «Алуштинской группы Хизб ут-Тахрир». Фото: «Крымская солидарность»

В ответ на просьбу объяснить претензии ДУМК к Хизб ут-Тахрир в Крыму, в пресс-службе муфтията посоветовали обратиться в СБУ, где, по их мнению, «расскажут много интересного про эту контору».

«Изначально, когда в 2014 году начались первые задержания, муфтий обратился к силовикам, чтобы дали мораторий, — рассказала Зера Эмирусеин версию событий с точки зрения ДУМК. — Дали два года, за это время муфтият вел разъяснительную работу с адептами Хизб ут-Тахрир — что в РФ партия объявлена экстремистской На самом деле, партия признана террористической решением Верховного суда РФ в 2003 году и за участие в ней сажают. Кто-то уехал на материк, в Украину, кто-то ушел в подполье, а кто-то продолжил деятельность в открытую. Естественно, начались задержания. Все эти парни еще со времен появления в Крыму различных религиозных течений уже были на карандаше СБУ. Поэтому уже при РФ силовикам не составило труда точечно задерживать их. Нескольких с помощью нормальных адвокатов удалось вытащить, но «друзья» из бывших крымских СМИ, например телеканал АТР, начали антимуфтиятовскую пропаганду, мол, муфтий сдает хизбов. Ни одного доказательства, зато шумиха была нешуточная, до сих пор люди так думают, правда, в последнее время народ начал прозревать».

 

Продолжение

Сейчас адвокаты общины занимаются подачей жалоб в Европейский суд по правам человека. Они считают, что российскими правоохранителями и судом нарушены право на свободу вероисповедания и религии, а также право собственности.

«Давление на общину связано с тем, что община хочет сама избирать имама и против того, чтобы имама назначал ДУМК. ДУМК также требует, чтобы имам читал пятничные проповеди по тем текстам, которые разрабатывает ДУМК — это уже точно не свобода вероисповедания. Что касается свободы религии, она касается того, что не надо ни с кем согласовывать свое поведение. Вмешательство государства может иметь место только если речь не идет о деструктивных сектах, которые посягают на демократическое устройство. Государство должно сохранять нейтральность, но власти очень активно с самого начала стали на сторону ДУМКа, начиная с передачи несвободного помещения и заканчивая тем, что суды обосновывают свои решения позицией ДУМКа. Это самое главное в разговоре о свободе вероисповедания», — объясняет украинский адвокат, руководитель проекта JustCraft, эксперт УГСПЛ Сергей Заец, который представляет интересы общины в ЕСПЧ.

По его словам, «Алушта» — не единственная община в Крыму, которая столкнулась с давлением российского государства на религиозные объединения — он назвал этот процесс системным. По его словам, сейчас интересы мусульман официально представлены одним лишь ДУМК. Адвокат утверждает, что за 7 лет количество религиозных общин сократилось более, чем вдвое — с 2220 на начало 2014 года до 907 в 2021 году. Количество же деноминаций — разнообразия типов религиозных организаций — уменьшилось с 43 до 20.

Мечеть «Юкъары Джами». Фото: «Крымская солидарность»

Его данные подтверждает в своем отчете за 2016 года министерство культуры Украины. На официальном портале правительства Крыма цифра зарегистрированных религиозных общин еще меньше — более 700 организаций на 1 октября 2020 года.

Заец говорит, что тенденция, ранее характерная только для мусульман, сейчас проявляется и в отношении христианских общин, которые Россия тоже пытается сделать послушными властям. По его словам, это стало заметно после автокефалии Украинской церкви в 2019 году.

 

80 відсотків українців вважають, що в суді виграє багатший або більш впливовий
80

відсотків українців вважають, що в суді виграє багатший або більш впливовий

Монолог голови Ради суддів Богдана Моніча «В Україні сформувалася традиція — в усіх проблемах звинувачують суди»

«В Україні сформувалася традиція — в усіх проблемах звинувачують суди»

Монолог голови Ради суддів Богдана Моніча

Раз в неделю наши авторы делятся своими впечатлениями от главных событий и текстов