«Кровавые водокрещи». 6 приговоров на 240 потерпевших — итоги боев на Грушевского шесть лет спустя

Столкновения между протестующими и силовиками на улице Грушевского во время Евромайдана, январь 2014 года. Фото: Евгений Фельдман, Ґрати
Столкновения между протестующими и силовиками на улице Грушевского во время Евромайдана, январь 2014 года. Фото: Евгений Фельдман, Ґрати

Шесть лет назад – 19 января 2014 года на Майдане произошли переломные события и протест перестал быть мирным. Его участники, возмущенные принятием «диктаторских законов», начали наступление на Верховную Раду и устроили столкновения с силовиками. «Беркут» ответил резиновыми пулями, свето-шумовыми гранатами и водой из брандспойтов. Бои шли несколько дней, пролилась первая кровь – погибли четверо участников Евромайдана.

«Ґрати» рассказывают об этих событиях через три истории о том, как они расследовались. Как судят силовиков за насилие и превышение полномочий во время уличных боев, как расследовались убийства четырех протестующих, и, наконец, какую ответственность понесли спортсмены-наемники, титушки, которые атаковали участников Майдана в тот период, – в нашем новом материале в рамках спецпроекта к шестой годовщине Евромайдана.

 

Облава на Подоле

Морозным утром 20 января студент второго курса Национального университета театра, кино и телевидения имени Карпенко-Карого Вадим Ковалев вместе с товарищами возвращался в общежитие. Парни шли пешком — они устали и решили не дожидаться первого метро. Всю ночь студенты-кинематографисты провели в центре города, где второй месяц не прекращались протесты сторонников евроинтеграции Украины.

Зачистка Майдана 11 декабря. Ночной штурм и 42 раненых, за которых никого не наказали

В тот день ситуация на Майдане обострилась. Накануне Верховная Рада приняла «диктаторские законы» — поправки к уголовному и административному кодексам, которые значительно сужали право на протест и другие гражданские свободы. Депутаты ввели уголовную ответственность за призывы к захвату органов власти, а также запрет на ношение касок, масок и установку палаток на митингах.

Новые законы были прямой угрозой для Майдана, и 19 января тысячи участников воскресного вече отправились к Верховной Раде требовать их отмены. В начале улицы Грушевского, рядом со входом на стадион «Динамо», путь колонне преградили автобусы и живая цепь внутренних войск. Тогда группа ультраправых активистов устроила потасовку с силовиками, которая быстро переросла в массовые уличные бои. Протестующие сожгли шесть автобусов и грузовиков, бросали в «Беркут» камни и коктейли Молотова. Спецназ ответил резиновыми пулями, свето-шумовыми гранатами и водометом.

Столкновения между протестующими и силовиками на улице Грушевского во время Евромайдана, январь 2014 года. Фото: Евгений Фельдман, Ґрати

Вадим и его товарищи по университету присутствовали на площади, но участия в столкновениях не принимали.

«Я с коллегой помогал носить раненых в Украинский дом, где были расположены кареты скорой помощи. Я стоял и наблюдал. Если нужно была помощь — помогал», — вспоминает парень.

Утром вместе с еще шестью студентами Вадим шел в свое общежитие через Андреевский спуск. Когда группа вышла на Подол, он заметил, что за ними следуют несколько машин. В шутку Ковалев сказал друзьям, что это слежка, на что все рассмеялись и спокойно продолжили путь — им казалось, что они в безопасности.

Когда студенты шли по Нижнему Валу, внезапно их окружило несколько автомобилей с шашками такси. Из машин выбежали люди в штатском и попытались схватить парней. Студенты бросились в рассыпную.

«Я пробежал недалеко, и меня сбили трое мужиков и начали наносить удары в голову. Вначале были сильные три удара. А потом я уже не чувствовал. А Рома (один из студентов — Ґ ) сбежал, благодаря ему наши студенты и университет узнал, что нас задержали», — рассказывает Ковалев.

После избиения Вадима посадили в машину. По его словам, крупный мужчина в салоне схватил его за голову, стал давить большими пальцами на глаза и требовал сказать, кто он, и из какой партии. После этого «допроса», неизвестный пересел на переднее сидение и сказал кому-то по телефону, что везет Ковалева «на Днепр». Вадим испугался, что речь идет о реке, и его везут топить. Но, как оказалось позже, под словом «Днепр» неизвестный подразумевал Днепровский районный отдел милиции. Автомобиль привез их туда, и в участке следователь вручил Ковалеву подозрение в «массовых беспорядках».

Разгон Майдана 30 ноября. За шесть лет единственный условный приговор по одному из ключевых эпизодов в истории страны

Уголовное дело по этой статье МВД открыло вечером накануне — сразу после того, как на Грушевского начались столкновения. Ее санкция предусматривает от восьми до пятнадцати лет лишения свободы. Всего в ту ночь милиция задержала 20 человек. Девять стали подозреваемыми в «массовых беспорядках», шесть из них – это Вадим и другие студенты Карпенко-Карого.

Следующие сутки Ковалев провел в изоляторе внутреннего содержания. Он плохо себя чувствовал, но просьбы оказать медпомощь милиционеры игнорировали. Только 21 января Вадима отвезли в больницу. На следующий день Оболонский районный суд отправил его под домашний арест. Такую же меру пресечения применили к еще двум задержанным студентам. Одного отпустили, а двух отправили в СИЗО на два месяца.

Ковалев отбывал домашний арест в комнате общежития и проходил там лечение. Тем временем в центре Киева не утихали уличные бои. Уже 21 января количество пострадавших протестующих перевалило за тысячу. Троим пострадавшим удалили глазные яблоки из-за попадания резиновой пули. У одного граната разорвалась в руке, после чего медикам пришлось ампутировать кисть.

22 января на Майдане появились первые убитые. От огнестрельных ранений на Грушевского погибли активисты Евромайдана Сергей Нигоян и Михаил Жизневский. Тогда же был ранен еще один протестующий — Роман Сеник, через три дня он умер в больнице, не приходя в сознание. Следствие до сих пор не установило, кто в них стрелял.

Сергей Нигоян во время Евромайдана. Фото: Миколи Василечка

26 января МВД заявило о 311 пострадавших со стороны силовиков. К этому дню количество задержанных участников Евромайдана возросло до 116 человек. Из них 81-му огласили подозрения в массовых беспорядках. В медиа события на Майдане в этот период получили название «Кровавые водокрещи» или «Огнекрещи» — все началось 19 января, когда празднуется Крещение.

 

«Извините меня, я бы их сам задержал»

В первый же день обострения на Грушевского президент Виктор Янукович позвонил одному из лидеров Майдана Арсению Яценюку и предложил начать переговоры. 29 января, после серии встреч, власть и оппозиция достигли компромисса. В этот день премьер-министр Николай Азаров подал в отставку, а Верховная Рада проголосовала за отмену «диктаторских законов». Недельное противостояние на Грушевского завершилось позиционной победой Майдана.

Еще одним пунктом договоренностей между властью и оппозицией стала амнистия для всех задержанных в ходе столкновений. 29 января Верховная Рада проголосовала соответствующий закон, 17 февраля он вступил в силу. Ссылаясь на него, прокуратура закрыла дела о массовых беспорядках, а суды освобождали от уголовной ответственности всех задержанных. Коснулось это и Ковалева, и других студентов Карпенко-Карого. Их дело прокурор закрыл 22 февраля.

После победы революции и смены власти в стране прокуратура снова начала расследование противостояний на Грушевского и других событий Майдана. Но теперь под следствием оказались не протестующие, а их оппоненты — силовики и чиновники.

Отдельное производство было открыто в связи с избиением и задержанием студентов Карпенко-Карого. Вадим Ковалев проходит по нему потерпевшим. Его товарищи фигурируют в деле как свидетели, поскольку получили не такие серьезные повреждения. По словам Ковалева, расследование шло медленно.

«Только через полтора года мне назначили судмедэкспертизу. Конечно, она ничего не показала. По словам лечащего врача, после избиения степень моих повреждений была между средней и тяжелой. А судмедэкспертиза дала мне только легкие телесные, потому что у меня было один ушиб на лбу и все», — говорит Вадим.

Следователи по делу несколько раз менялись. Был проведен следственный эксперимент, установлены автомобили, на которых Ковалева вывезли в райотдел. И только в феврале 2018 года — через четыре года после нападения следователь установил личности двух милиционеров, которые, по версии прокуратуры, были причастны к избиению. Подозрения объявили бывшему заместителю начальника угрозыска Шевченковского райотдела милиции Сергею Киринчуку и оперативнику из городского отдела МВД Ивану Гайдашуку.

Причастность последнего установили благодаря рапорту о задержании Ковалева, который он подписал 20 января 2014 года. А Киринчук стал подозреваемым после того, как его опознал потерпевший. Ковалев утверждает, что именно он избивал его, выдавливал глаза в машине и доставил в райотдел. Киринчук до сих пор работает в органах — занимает должность оперуполномоченного угрозыска Нацполиции Киева.

Бои на Банковой 1 декабря. Почему за шесть лет следствия за столкновения ответил один рядовой милиционер

В конце 2018 года дело передали в Подольский райсуд Киева. Из-за неявки участников начало процесса постоянно переносилось, и предварительное заседание состоялось только в октябре 2019 года. В обвинительном акте Киринчуку и Гайдашуку вменяют препятствование митингам, превышение служебных полномочий с применением насилия, служебный подлог и заведомо неправдивые показания во время следствия.

Сами подсудимые отвергают обвинения. Гайдашук признает, что задерживал Ковалева, но отрицает, что применял к нему насилие. А Киринчук и вовсе утверждает, что не имеет никакого отношения к задержанию студентов Карпенко-Карого. По словам его адвоката Василия Трикозы, в деле нет доказательств, что его клиент причастен к этим событиям. А Гайдашук и другие полицейские, по версии защиты, действовали в рамках закона, когда остановили и доставили студентов в райотдел.

«Идут парни в касках с битами. Так извините меня, я бы их сам задержал. Если бы они шли с видео-камерами и, действительно, снимали курсовую работу, то это одно. Но там же даже на видео видно, что они реально с битами! Вот пойду я сейчас в каске с битой под Верховную Раду, меня сразу же закроют», — сказал адвокат в беседе с «Ґратами».

Сейчас суд по делу Гайдашука и Киринчука находится на стадии изучения письменных доказательств. Потерпевший Ковалев рассчитывает, что процесс завершится до конца лета, и решение будет в его пользу. Пока шло следствие, он уже закончил университет, и сейчас работает актером и ведущим на праздниках и корпоративах.

 

Пять приговоров обидчикам казака Гаврилюка

Всего по делам о боях на Грушевского потерпевшими признаны 240 человек. 24 из них получили тяжкие телесные повреждения. С 2014 по конец 2019 года эти события расследовало управление спецрасследований Генпрокуратуры во главе с Сергеем Горбатюком. Его следователи объявили подозрения в преступлениях, совершенных на Грушевского, президенту Виктору Януковичу, экс-министру внутренних дел Виталию Захарченко, начальнику киевского главка МВД Валерию Мазану и его заместителю Петру Федчуку. Все четверо в феврале 2014 года сбежали в Россию.

Столкновения между протестующими и силовиками на улице Грушевского во время Евромайдана, январь 2014 года. Фото: Евгений Фельдман, Ґрати

За небольшим исключением следствию не удалось установить конкретных силовиков, которые нанесли протестующим тяжкие телесные повреждения во время столкновений. Экс-глава управления спецрасследований Сергей Горбатюк объясняет это отсутствием доказательств, благодаря которым можно было бы идентифицировать нарушителей.

«Все документы по поводу размещения подразделений того дня, выхода на передний план, того, кто где дежурил, все это отсутствовало. Часть уничтожена, часть не составлялась. Соответственно не составлялись документы об использовании спецсредств усиленного действия. Основная проблема – это идентификация тех, кто применял или насилие, или помповые ружья. Это основная проблема, которая не позволила установить (большинство — Ґ ) причастных и сообщить о подозрении», — сказал «Ґратам» Горбатюк.

Статус подозреваемых в производствах о январских противостояниях получили только 16 бойцов «Беркута» и сотрудников других силовых подразделений. Но лишь в отношении шестерых вынесены приговоры. Причем пять из них касаются одного эпизода – избиения казака Михаила Гаврилюка.

Во время январских столкновений в сети появилось видео, на котором бойцы «Беркута» жестоко издеваются над мужчиной с казацким чубом возле автозака. На этих кадрах он стоит голый, в одних носках в окружении спецназовцев. Силовики кричат на него, фотографируют, и один из них пинает задержанного ногой.

Это видео быстро стало вирусным. Его герой — житель села Яривка Черновецкой области Михаил Гаврилюк – превратился в живой символ Евромайдана и после победы на волне популярности стал депутатом Верховной Рады.

Прокуратура быстро нашла причастных к издевательствам над казаком. Их личности удалось установить благодаря видео, на котором запечатлены лица некоторых силовиков. Как выяснилось позже запись слил в сеть сотрудник милиции, возмущенный действиям своих коллег.

Первые два приговора по этому делу Печерский районный суд вынес еще 26 мая 2014 года. Одним из осужденных был командир отделения пулеметчиков части №3028 внутренних войск МВД. Согласно приговору, он вместе с еще 4900 военнослужащими был командирован в центр Киева и нес там службу 22 января 2014 года.

Нападение на Татьяну Черновол. Организатор умер в СИЗО, подозреваемый сбежал в Россию, из осужденных — только один в заключении

В 12:30 рядом со входом в гостиницу «Днепр» он задержал Михаила Гаврилюка, которого, как сказано в материалах дела, «по одежде и наличествующему при нем ледорубу определил, как активного участника акций протеста». Подсудимый повел его к начальству и по дороге ударил казака деревянной ручкой ледоруба по шее и лицу. Он доставил его к командиру своей части, который распорядился препроводить Гаврилюка до конвойного автомобиля.

Подсудимый повел задержанного в автозак вверх по Грушевского вместе со своим сослуживцем. По дороге они встретили бойцов «Беркута», которые, согласно приговору, «начали проявлять негативную реакцию и агрессию по отношению к задержанному». Они окружили Гаврилюка, около 5 минут избивали его руками и ногами, сняли с него одежду и «прекратили свои действия, когда последний был полностью голый и оставался только в носках». Средняя температура в этот день составляла от 9 до 10 градусов мороза.

После избиения военнослужащий, который задерживал Гаврилюка, повел его дальше голым до автозака, где казака окружила новая группа бойцов «Беркута», которые стали снимать его на телефон. Увидев это, подсудимый, «щеголяя перед окружающими наличием властных полномочий», потребовал от Гаврилюка, чтобы тот позировал с ледорубом. А когда он отказался, один из бойцов «Беркута» насильно засунул предмет между рук казаку. Только после этого подсудимый, наконец, завел казака в автозак и напоследок пнул его ногой.

На суде обвиняемый признал вину, заявил о раскаянии и извинился перед Гаврилюком. Он также добавил, что совершил преступление под влиянием телефонного разговора с женой, случившегося накануне. Супруга сообщила ему, что во время прогулки с малолетним ребенком ей угрожали неизвестные люди, «вследствие его пребывания на службе». По словам подсудимого, из-за этого у него «случилось душевное волнение, которое спровоцировало его на преступные действия».

Сам Гаврилюк на суде сказал, что простил обвиняемого, и попросил не назначать ему сурового наказания. Судья Олег Белоцерковец признал подсудимого виновным в превышении служебных полномочий и приговорил к трем годам лишения свободы с испытательным сроком один год.

Михаил Гаврилюк. Фото: Радіо Свобода (RFE\RL)

В тот же день виновным в таком же преступлении был признан его сослуживец, который помогал доставлять Гаврилюка в автозак. Он получил два года условно.

Подозрение по этому делу также огласили автору видео об издевательствах над казаком — подполковнику, работавшему заместителем начальника пресс-службы Нацгвардии Украины. Ему вменялось, что во время избиения Гаврилюка он, будучи старшим по званию, не остановил нарушителей. Подполковник признал вину и извинился перед потерпевшим, в связи с чем 18 июля 2014 года Печерский районный суд освободил его от уголовной ответственности.

В 2015 году следствие установило еще трех силовиков, имевших отношение к инциденту с Гаврилюком. Прокуратура предъявила подозрение в служебной халатности руководителю спортивной команды Нацгвардии, полковнику Алексею Полякову, снимавшему голого казака на телефон, и начальнику охраны общественного порядка Печерского райотдела милиции Дмитрию Семеренко — они наблюдали над издевательствами над казаком, и не сделали ничего, чтобы их остановить. Оба подозреваемых также извинились перед Гаврилюком, и заключили с потерпевшим соглашение о примирении. Полякову присудили два года условно, а Семеренко — год.

Фальсификации с пробегом. Как из-за поездки Автомайдана в «Межигорье» прогнулась правоохранительная система, и почему она не может выпрямиться спустя шесть лет

В июне 2015 году прокуратура отправила в суд обвинительный акт в отношении еще одного обидчика Гаврилюка — командира взвода «Беркута» из Харькова Дмитрия Собины. Он, по версии следствия, участвовал в избиении казака. Собина не явился в суд и был объявлен в розыск. Он сбежал в Россию, где написал книгу «Непокоренный «Беркут». В ней, согласно описанию, бывший спецназовец пишет, как вместе с коллегами «пытался спасти страну от Порошенко, от беспредела и беззакония, а также от развала и деградации».

 

«Это тебе за нашего брата, который сейчас в коме»

Еще одно дело о столкновениях на Грушевского, доведенное до приговора, касается событий 20 января. Вечером того дня, во время уличных столкновений бойцы «Беркута» жестоко избили резиновыми дубинками протестующих, взобравшихся на колоннаду стадиона «Динамо». Это происходило на высоте нескольких метров, поэтому было хорошо видно присутствующим и снято несколькими камерами.

На видео зафиксировано, как четверо спецназовцев около минуты избивают двух протестующих, а потом стаскивают обездвиженные тела с крыши. В это время участники Майдана, возмущенные происходящим, пытаются помешать бойцам «Беркута»: кричат на них, слепят лазерами и кидают камнями.

Двоих протестующих, попавшихся спецназовцам на коллонаде, зовут Владимир Цилицкий и Михаил Низкогуз — ему тогда было всего 17 лет.

После избиения их задержали и предъявили подозрения в «массовых беспорядках». Суд отправил Цилицкого под стражу, а Низкогуза — под домашний арест. Когда в силу вступил закон об амнистии участников Майдана, их дела закрыли. И открыли производство по поводу избиения Цилицкого и Низкогуза в отношении силовиков, превысивших полномочия.

Следователи Генпрокуратуры подняли дела по «массовым беспорядкам» и нашли в них три протокола допроса бойцов харьковской роты «Беркута» Андрея Хандрыкина, Владимира Мастеги и Артема Войлокова. В них спецназовцы сообщают, что это они задерживали Цилицкого и Низкогуза.

Летом 2016 года прокуроры объявили им подозрения в избиении на колоннаде. Суд поместил всех троих под домашний арест, но через несколько месяцев отпустил под личное обязательство участвовать в следственных действиях.

В апреле 2017 года Мастега и Войлоков сбежали в Россию. Оттуда они записали видео-обращение, в котором заявили, что скрылись, поскольку не надеются на честное рассмотрение дела, и находиться в Украине им не безопасно.

«Мы обеспечивали общественный порядок, противодействие радикалам, защищая жизни, здоровье и безопасность законопослушных граждан. После победы так называемой Революции достоинства вот уже на протяжении трех лет мы подвергаемся уголовному преследованию со стороны различных государственных органов и обманутой части населения», — говорят на видео сбежавшие спецназовцы.

В итоге из трех подозреваемых в Украине остался только Андрей Хандрыкин, дело которого в 2017 году начал рассматривать Днепровский районный суд Киева. Прокуроры предъявили ему обвинение в пытках, за которые предусмотрено наказание от 5 до 10 лет лишения свободы.

В обвинительном акте говорилось, что вечером 20 января на крыше колоннады было как-минимум четверо протестующих, двое из которых кидали в силовиков «коктейли Молотова». Хандрыкин вместе с Мастегой и Войлоковым увидели это и отправились задерживать нарушителей. Заметив спецназовцев, протестующие, кидавшие зажигательную жидкость, сбежали вниз по самодельной лестнице.

На крыше остались только Цилицкий и Низкогуз, которые, по версии следствия, взобрались туда «для удобного и безопасного наблюдения за происходящим и не совершали противоправных действий». Тогда, как считает обвинение, Хандрыкин вместе с двумя коллегами стали избавить их ногами и дубинками. После «подавления их воли на реализацию права на проведение митингов» спецназовцы подняли тела своих жертв и показали другим силовикам внизу, которые «начали одобрительно бить дубинками по железным щитам, демонстрируя коллективное желание продолжить пытки потерпевших».

Столкновения между протестующими и силовиками на улице Грушевского во время Евромайдана, январь 2014 года. Фото: Евгений Фельдман, Ґрати

Затем бойцы «Беркута» спустили задержанных вниз и повели их к автозаку, а их коллеги тем временем продолжали избиение.

«Я был не в состоянии идти, меня наполовину волокли. Если спотыкался и повисал на руках, поднимали не за плечи или руки, а за нос и губу. Лицо было в крови, губа разорвана. Еще глумились, запускали перцовый газ в штаны. Это было очень неприятно. К сожалению, я к тому времени видел только одним глазом, второй заплыл. Поглумились, запихнули в автозак. Плохо соображал, голова болела. Мне просто хотелось выжить в тот момент», — вспоминал Владимир Цилицкий в суде.

Второму задержанному Михаилу Низкогузу досталось не меньше. На суде он сказал, что его повалили на землю, раздели догола, а один из силовиков нанес ему удар ножом в бедро, сказав «это тебе за нашего брата, который сейчас в коме». Низкогуз потерял сознание, но тут же очнулся от резкой боли. Как оказалось, она было вызвана тем, что кто-то распылил ему газовый баллончик на открытую рану.

Спецназовцы, избившие Низкогуза и Цилицкого, на колоннаде были в масках и шлемах, и потерпевшие не смогли подтвердить, что среди них был обвиняемый Хандрыкин. Никто из свидетелей на суде также не указал на подсудимого.

Единственным доказательством против Хандрыкина был протокол его допроса из дела о «массовых беспорядках», в котором он подтверждает, что задерживал Цилицкого и Низкогуза. Сам обвиняемый на суде заявил, что не был на колоннаде в тот день. Он сказал, что 24 января 2014 года его позвал замкомандира роты и попросил подписать протокол допроса вместо тех, кто на самом деле задерживал участников беспорядков, поскольку их не было на месте. Хандрыкин сказал, что согласился поставить подпись, так как видел, как «горели заживо бойцы внутренних войск, и люди, кидавшие «коктейли Молотова», должны понести ответственность».

Судья Оксана Бирса, оценивая протокол допроса Хандрыкина из дела о «массовых беспорядках», решила, что следователь приобщил его к производству с нарушением Уголовно-процессуального кодекса. По ее мнению, на изъятие протокола из другого дела должен был дать согласие следственный судья, чего сделано не было. В связи с этим Бирса признала этот документ недопустимым доказательством.

Андрей Хандрыкин. Фото: Стас Юрченко, Ґрати

Судья пришла к выводу, что причастность бывшего бойца «Беркута» к избиению на колоннаде не была доказана на процессе. 30 августа 2019 года Бирса вынесла Хандрыкину оправдательный приговор. Активисты Евромайдана и друзья потерпевших, присутствовавшие при оглашении, встретили его недовольными возгласами и криками «позор».

Представители потерпевших и прокурор подали на приговор жалобы. Сейчас их рассматривает Киевский апелляционный суд. 21 января — в день шестой годовщины событий на колоннаде — прокурор подал дополнение к жалобе. Он указал, что в материалах дела нет аудиозаписей нескольких заседаний по делу Хандрыкина. Узнав об этом судьи отправили запрос в Днепровский районный суд с просьбой прислать недостающие материалы. Если окажется, что записи утеряны, это может стать формальным поводом для отмены оправдательного приговора. В этом случае дело снова направят в суд первой инстанции, и процесс начнется с нуля.

Сейчас слушания проходят без потерпевших, в апелляции их представляют адвокаты. Пока шло следствие и суды, Владимиру Низкогузу исполнилось 23. За это время он успел окончить колледж, поступить в университет, отслужить в АТО и даже избраться депутатом Львовского областного совета от родного Червонограда. Владислав Цилицкий переехал работать в Польшу.

А в жизни подсудимого Андрея Хандрыкина мало что изменилось. После расформирования «Беркута» он прошел переаттестацию в полиции, и продолжает работать в харьковском батальоне спецназа.

517 ув
517

ув'язнених померли в українських місцях неволі в минулому році

Начальник поїзда про кишенькових злодіїв, дебоширів і повернення поліції в потяги «Скільки пасажирів побито, скільки провідників порізано»

«Скільки пасажирів побито, скільки провідників порізано»

Начальник поїзда про кишенькових злодіїв, дебоширів і повернення поліції в потяги

Раз в неделю наши авторы делятся своими впечатлениями от главных событий и текстов