Декларация правосудия. На годовщину Майдана от Рады ждут новые законы, но пока что получили только манифест

Акция на годовщину расстрелов на Майдане, 20 февраля 2020 года. Фото: Стас Юрченко, Ґрати
Акция на годовщину расстрелов на Майдане, 20 февраля 2020 года. Фото: Стас Юрченко, Ґрати

Семь лет близкие и родственники погибших на Майдане ждут правосудия. Чтобы ускорить следствие и судебные процессы, необходимо менять законодательство, утверждает «Адвокатская совещательная группа», представляющая интересы потерпевших, вместе с Офисом Генпрокурора.

«Ґрати» рассказывают о том, каких решений к годовщине трагических событий Евромайдана ждали от Верховной Рады, и какие она приняла. 

 

«На суды не повлияет»

В канун годовщины самых кровавых дней 2014 года в центре Киева Верховная Рада обсуждала декларацию о Революции Достоинства — проект заявления о признании Майдана одним из ключевых моментов становления украинского государства и олицетворения национальной идеи свободы. 

Против призывал голосовать депутат из фракции «Слуга Народа» Максим Бужанский, аргументируя это тем, что «половина страны считает Майдан государственным переворотом». Он упрекнул депутатов, что они голосуют за декларацию вместо восстановления правосудия. Александра Устинова из фракции «Голос», которая сама была участницей Майдана, заявила, что декларация нужна как раз для того, чтобы восстановить справедливость.

«Потому что 20 семей родных, близких участников Революции Достоинства и Героев Небесной Сотни не дождались этой справедливости. Они умерли, ожидая ту справедливость, того, чтобы их детей признали героями, а не участниками переворота, как это пытаются сделать Портнов Андрей Портнов — заместитель главы администрации президента времен Виктора Януковича через свои суды», — говорила с трибуны депутатка.

Депутаты почтили память погибших на Майдане и 295-ю голосами «за» приняли декларацию. Против голосовала фракция «Оппозиционная платформа — За жизнь!». 

Решение парламента — запоздалое. Проект постановления зарегистрировали в парламенте еще год назад, к шестой годовщине событий на Майдане, о чем говорится в его названии, но на голосование он попал только в 2021 году.

Протестующие на Майдане в ноябре 2013 года. Фото: Евгений Фельдман, Ґрати

В заявлении 10 пунктов, и сразу же во втором идет речь о расследовании преступлений, совершенных во время Евромайдана. Парламент декларирует, что следствие необходимо проводить эффективно и довести до конца.

«Виновные должны предстать перед судом и в ходе справедливого и беспристрастного процесса привлечены к ответственности. Дальнейшее промедление в этом вопросе недопустимо, потому что ненаказанное зло растет», — говорится в документе.

Кроме прочего, в нем декларируется, что государство должно защищать безопасность участников мирных собраний, «всех видов и форм, в том числе одновременных, контрсобраний и спонтанных собраний, как и их право выражать свое мнение». Парламент осудил действия отдельных сотрудников спецназа «Беркут», милиционеров, военнослужащих внутренних войск, прокуроров, судей, других чиновников и служебных лиц во время Революции Достоинства — так как «они причинили непоправимый вред государству и обществу».

«Адвокатская совещательная группа», которая не только представляет потерпевших в судах по преступлениям на Майдане, но и борется за эффективное следствие и судебное рассмотрение дел, приветствовала решение депутатов. Но при этом отметила: на суды декларация о Революции Достоинства никак не повлияет. 

«Это политическая оценка. Хорошо, что она есть. Но на суды она не может влиять», — сказала в комментарии «Ґратам» адвокатка семей Героев Небесной сотни Евгения Закревская.

В Офисе Генпрокурора тоже пояснили: декларация хоть и имеет юридическую силу, но ее нельзя применить в судах на практике.

«Признание тех событий не будет способствовать расследованию или продвижению дел в судах, так как само обозначение событий Майдана как Революции Достоинства не является предметом спора в судах», — сказал «Ґратам» руководитель департамента по расследованиям дел Майдана Офиса генпрокурора Алексей Донской.

Сторона защиты в делах Майдана не ссылается на то, что их клиенты действовали правомерно, поскольку это не была Революция Достоинства, а говорят, что они реагировали на отдельные противоправные действия протестующих.

Донской отметил, что декларация при этом не снимает со следователя или прокурора обязанности доказывать обстоятельства преступлений.

Декларация подтверждает, что Революция Достоинств была мирным протестом. Прокуратура в судах говорит, что силовики и чиновники нарушали Конституцию, когда разгоняли и препятствовали собраниям на Майдане. Но позиция прокуратуры в том, что необходимо расследовать смерти и ранения не только протестующих, но и сотрудников милиции.

 

«Закон первой необходимости»

Европейский суд по правам человека в своем недавнем решении пришел к выводу, что ответственность за насилие на Майдане лежит на государстве, а преступления во время протестов 2013-2014 годов расследовали неэффективно. Многие обвиняемые смогли сбежать, и единицы дел закончились приговором.

«Применение зверской силы». Европейский суд по правам человека возложил ответственность за насилие на Майдане на украинское государство

Донской в ответ напоминает, что ни предыдущий, ни нынешний созыв Рады не принял необходимых законопроектов, которые позволили бы ускорить расследование и рассмотрение дел Майдана в судах.

Одна из затянувшихся проблем, которую, по мнению прокурора, нужно решать законодательно, — заочная процедура следствия и суда. В 2014 году депутаты внесли изменения в процессуальный кодекс, чтобы заочно расследовать преступления беглого президента Виктора Януковича и его окружения. Дальше процедура претерпевала изменения и нормы закона в нынешнем виде прописаны так, поясняет прокурор Донской, что приводят к правовой неопределенности. Это позволяет обвиняемым долгое время уклоняться от суда, так как процессы фактически ставятся на паузу.

Прокурор Алексей Донской. Фото: Стас Юрченко, Ґрати

Главное условие для того, чтобы суд разрешил заочное досудебное следствие и судебный процесс, — объявление подозреваемого в международный розыск. Так как в процессуальном кодексе нет четкого определения «международного розыска», каждый судья трактует его по-своему. Зачастую они привязывают розыск к внесению фамилии подозреваемого в «красный формуляр» Red notice — международный ордер на арест. С подачи национального бюро Интерпола данные о подозреваемом вносят в базу, а страны-участницы Интерпола обязуются арестовать этого человека на своей территории. Есть также прямые запросы Diffusion notice, которые направляют от одной страны к другой «Интерпола». Однако «Интерпол» Интерпол — международная организация уголовной полиции, созданная в 1923 году для борьбы с преступностью. В нее входят 192 стран. неоднократно отказывался искать сбежавших украинских чиновников и силовиков, считая, что их преследуют по политическим мотивам.

В деле о расстрелах 48 и ранении 80 участников протеста на Институтской 20 февраля 2014 года почти год, с конца 2019 года, не было слушаний. Процесс завис после участия в обмене заключенными с Россией обвиняемых — бывших сотрудников «Беркута» Сергея Тамтуры, Александра Маринченко, Павла Аброськина, Олега Янишевского, Сергея Зинченко.

Цена обмена. Как власть решила пожертвовать делом Майдана ради спасения пленных

Маринченко и Тамтура позже вернулись, и прокуратура надеялась, что остальных беркутовцев можно продолжить судить вместе с ними, используя заочную процедуру. Суд присяжных Святошинского райсуда Киева принял решение объявить их в международный розыск. Но ответа от Интерпола или правоохранительных органов других стран присяжные ждать не стали, выделили в отдельное производство дело троих «беркутовцев», которые до сих пор находятся, по словам их защитников, в «ДНР», а слушания продолжили только по отношению к Маринченко и Тамтуре.

«Предложенный законопроект, если только он сохранит после второго чтения свои основные положения, устранит правовую неопределенность, и тем самым создаст прозрачные правила применения «заочной процедуры», то есть фактически разблокирует ее», — считает прокурор Алексей Донской.

Раньше следствие и суд обходились временными нормами Уголовно-процессуального кодекса, в которых была прописана заочная процедура, но они действовали до того, как заработало Госбюро расследований. Нужен был новый закон, но его долго не принимали, несмотря на призывы «Адвокатской совещательной группы» и заинтересованность прокуратуры. 

Наконец, 17 февраля депутаты поддержали законопроект о заочном производстве в первом чтении. Он предполагает отказ от международного розыска. Для разрешения специального заочного досудебного расследования или судебного процесса будет достаточно постановления о розыске подозреваемых, доказательств того, что они скрываются от следователя, прокурора или суда, а также информации о выезде или пребывании их в другой стране или на временно оккупированных территориях Украины.

Адвокатка Евгения Закревская. Фото: Стас Юрченко, Ґрати

Закон, который приняли только в первом чтении, будут еще дорабатывать. Но представители потерпевших в делах Майдана призывают принять его в течении марта, считая его неотложным. 

«Через неделю завершится годовщина, депутаты и общество снова забудут о Майдане. И дожать поправки, согласование их комитетом и голосование в целом будет гораздо труднее», — опасается адвокатка Евгения Закревская.

 

«Искусственная проблема»

Отчитываясь о результатах работы за год по делам Майдана, Офис генерального прокурора сообщил, что в 2020 году суд санкционировал заочное следствие в отношении еще 10 бывших сотрудников «Беркута», подозреваемых в убийствах на Майдане, которые сбежали из Украины. В целом за прошлый год, по данным генпрокуратуры, суд разрешил заочное досудебное расследование 20 дел. 

Адвокат семей Героев Небесной Сотни Виталий Тытыч считает, что законопроект о заочной процедуре «решает искусственную проблему», а на самом деле, она гораздо шире. 

«Международный розыск — это не проблема законодательства. Это проблема с головами людей, в частности судей в Украине, судебной системы», — возмущается Тытыч. 

По его мнению, у судей достаточно законных оснований давать разрешение на заочную процедуру и с нынешним законодательством. Адвокат называет «идиотизмом» ситуацию, когда решение «общественной международной организации Интерпол» становится препятствием для исполнения государством своих обязательств по расследованию и привлечению к ответственности виновных в преступлениях. Тытыч уверен, что в итоге в своих решениях судьи руководствуются не законом, а политической целесообразностью.

Так, например, случилось с разрешением на заочный арест беглого президента Виктора Януковича в деле о разгоне Майдана 18-20 февраля 2014 года. Апелляционный суд его отменил в ответ на прошение адвокатов Януковича. Они ссылались на норму о международном розыске, в то время как Интерпол неоднократно отказывался вносить президента в базу, так как считает дела против него политическим преследованием. При этом, согласно Конституции Интерпола, отказ не означает, что в деле нет криминала, достаточно лишь доказать, что политическая составляющая преследования тоже есть.

«Украинское законодательство и его состояние не имеет значение для результата», — резюмирует Тытыч главную проблему судов и следствия по делам Майдана.  

Что касается закона о заочной процедуре, он рекомендует доработать его в соответствии с практикой ЕСПЧ, иначе у обвиняемых будет повод оспаривать решения в международном суде. 

Адвокат Виталий Тытыч (в центре), 14 января 2020 года. Фото: Стас Юрченко, Ґрати

Тытыч приводит в пример процесс в Окружном суде Гааги в Нидерландах, где рассматривают дело о гибели пассажиров и экипажа Боинга МН17, сбитого в небе над Донбассом в июле 2014 года. Там трое из четырех обвиняемых участвуют в суде заочно. Причем сторона обвинения предоставила суду доказательства того, что подозреваемые знают, что их вызывали в суд — этого было достаточно, чтобы продолжить процесс в их отсутствие.

 

«Выгодно ничего не менять»

Скорее всего дело о расстрелах на Майдане, которое сейчас слушают в Святошинском райсуде Киева, по мнению Тытыча, даже этот закон не спасет. Если суд присяжных разрешит заочно судить троих бывших милиционеров, оставшихся в «ДНР», и объединить их обратно с делом Тамтуры и Маринченко. Адвокаты экс-«беркутовцев» имеют право потребовать начать рассмотрение дела заново, хотя оно почти уже завершено и приговор ожидается в этом году. И это самое перспективное с точки зрения результата дело о преступлениях во время Майдана. Другие дела суды рассматривают годами. Некоторые из них, как, например, дело о выдаче со складов МВД оружия титушкам, уже пять лет как остановилось на подготовительной стадии. 

Чтобы ускорить процессы, нужны комплексные изменения в законодательство, а не только закон о заочной процедуре, утверждают юристы «Адвокатской совещательной группы». Они считают, что необходимо уменьшить нагрузку на судей, которые участвуют в процессах по преступлениям на Майдане, — освободить их от рассмотрения других дел.

Бывшие сотрудники «Беркута» Павел Аброськин (слева), Александр Маринченко (по центру) и Олег Янишевский (справа) во время заседания Святошинского районного суда о расстрелах на улице Институтской в Киеве 20 февраля 2014 года. Фото: Стас Юрченко, Ґрати

В прокуратуре, в свою очередь, говорят о необходимости пресекать «процессуальные диверсии» стороны защиты. Сейчас, например, у обвиняемого может быть до пяти адвокатов и отсутствие одного из них может быть причиной переноса заседания. Этот прием сторона обвинения называет «адвокатские карусели». Кроме прочего, в прокуратуре хотят установить «предохранители», которые бы запрещали адвокатам подозреваемых и обвиняемых представлять интересы свидетелей во время следствия в тех же или связанных уголовных производствах. Фактически, функция таких защитников — контролировать показания в пользу обвиняемых. В результате свидетели отказываются сотрудничать со следствием, и вину обвиняемых доказывают непрямыми доказательствами, что занимает много времени и становится причиной критики в сторону прокуратуры.

«Вот общество возмущается, почему нет приговоров — потому и нет, что есть максимум рычагов процессуальных злоупотреблений. Особенно на стадии судебного рассмотрения», — поясняет прокурор Алексей Донской, подразумевая такие рычаги со стороны защиты. Он считает, что такая ситуация выгодна «нечистоплотным адвокатам».

Адвокаты, защищающие экс-«беркутовцев» в деле о расстреле участников протестов, считают, что высказывая публично свое мнение о делах Майдана, прокуратура нарушает презумпцию невиновности их клиентов. Адвокат Игорь Варфоломеев на заседании в октябре заявил, что сторона обвинения политически ангажирована и имеет личный интерес в деле. Активную позицию потерпевших и их представителей Варфоломеев назвал давлением на обвинение. Тогда защита заявила отвод всей группе прокуроров, но суд его не удовлетворил.

 

 

77 нападів на журналістів в Україні зафіксовано в 2020 році
77

нападів на журналістів в Україні зафіксовано в 2020 році

Начальник поїзда про кишенькових злодіїв, дебоширів і повернення поліції в потяги «Скільки пасажирів побито, скільки провідників порізано»

«Скільки пасажирів побито, скільки провідників порізано»

Начальник поїзда про кишенькових злодіїв, дебоширів і повернення поліції в потяги

Раз в неделю наши авторы делятся своими впечатлениями от главных событий и текстов