«Там, где поезд падать будет, там можно растяжку». Как диверсанты в Запорожье пытались пустить под откос железнодорожный состав

«Там, где поезд падать будет, там можно растяжку». Как диверсанты в Запорожье пытались пустить под откос железнодорожный состав

Верховный суд во второй раз рассмотрел кассационную жалобу 62-летней жительницы Мариуполя Ольги Клименко. В мае 2017 года суд приговорил ее к 10 годам заключения по обвинению в подготовке диверсии на Приднепровской железной дороге в Запорожье зимой 2015 года. Ее сообщника —  22-летнего Павла Белоконя — Жовтневый райсуд Запорожья также приговорил к 11 годам заключения. Ни Клименко, ни Белоконь не признали свою вину. 

«Ґрати» рассказывают историю теракта, который не случился в Запорожье.

 

Ольгу Клименко и Павла Белоконя задержали сотрудники запорожского управления СБУ на железнодорожном перегоне между станциями «Запорожье-2» и «Имени Анатолия Алимова» 6 февраля 2015 года. На рельсах обнаружили «тормозной башмак» — металлическое устройство с гранатой РГД-5 внутри. В тот же день обыскали их гостиничный номер в Запорожье: там нашли взрывчатку, патроны, схему железной дороги и документы «ДНР» — увольнительную на имя Белоконя, выданную «Министерством обороны ДНР», спецподразделением «Кальмиус» Шахтерской дивизии.

По версии следствия, Белоконь — боевик «Интернациональной бригады №15» незаконного вооруженного формирования «ДНР» — «Кальмиус» — с позывным «Кио». Вместе с Клименко они планировали диверсию — хотели пустить поезд под откос. 

Задержание было подготовлено заранее — оперативники знали о планах диверсии и граната была муляжом. Об этом в суде рассказал засекреченный свидетель с псевдонимом «Немец». Он сам обратился в правоохранительные органы и рассказал, что в Донецке получил предложение от боевиков «ДНР» участвовать в организации диверсий в Запорожской области. Для этого у «Немца», по его словам, были навыки военной разведки, он владел методами конспирации, разными видами оружия и имел навыки проведения военных спецопераций. Благодаря им он получил от руководства «ДНР» задание изучить объекты инфраструктуры в Запорожье, подходящих для диверсий, но задание не стал выполнять и 6 января 2015 года обратился в СБУ. Дальше спецоперацию боевиков вела спецслужба, а «Немец» под ее контролем продолжил исполнять свое задание.

На протяжении января «Немец», уже под руководством СБУ, несколько раз по телефону обсуждал с командиром «Бригады №15» с позывным «Седой» планы диверсий. Он осматривал возможные места для закладки «башмака», говорили о применении гранат и пластида, называя их «яблоками» и «пластилином». В конце месяца он уже получил четкое указание совершить диверсию, и по договоренности с боевиками к нему в Запорожье приехал еще один участник группы — Павел Белоконь с позывным «Кио». Они вместе поселились в гостинице и продолжили готовить операцию. «Немец» достал муляж гранаты РГД-5 — его напарник считал при этом ее настоящей. Возле станции «Запорожье-2» Белоконь срезал «башмак».

5 февраля к ним присоединилась Ольга Клименко. Уже втроем в гостинице они обсудили запланированную на следующее утро диверсию, распределили роли и обозначили на карте участок дороги, где должны были оставить «башмак» с гранатой.

За участниками группы все это время следила спецслужба. В гостиничном номере СБУ установила скрытую камеру — видео было представлено в суде в качестве доказательств.

«Надо чтобы он еще и сдетонировал. Или нечем?», — спрашивает Клименко на видеозаписи. «Там, где поезд падать будет, там можно растяжку», — отвечает ей  Белоконь. Утром в день диверсии Клименко спрашивает о том, какая у нее задача. Получает ответ, что нужно подержать костыль, пока Белоконь будет его забивать в рельсу.

Все это время группа передвигалась на  такси, водитель которой впоследствии дал показания в суде. В качестве свидетелей также выступили начальник и работник станции «Запорожье-2» и владелец квартиры в Запорожье, где проживал «Немец» в декабре. 

Клименко говорила  следствию и суду, что она обычная пенсионерка, ни в каких диверсионных группах не принимала участие, а в Запорожье приехала случайно, спасаясь от обстрелов Донецка. Она заявила, что сотрудники СБУ задержали невиновных ради показателей. 

Обвиняемая рассказала в суде, что в 2014 году жила в Мариуполе и часто ездила к сыну в Донецк, так как у него не было документов и он не мог приехать к ней. В Донецке она помогала пострадавшим от боевых действий. В последний раз приехала 30 декабря 2014 года и осталась там до февраля 2015 года — не могла попасть домой из-за обстрелов и перекрытых блокпостов. 5 февраля Клименко договорилась с частным перевозчиком доехать до Запорожья — только это направление было открыто для проезда. Добраться до Мариуполя согласился ей помочь знакомый сына. Им оказался «Немец»,  который встретил ее на автовокзале в Запорожье и предложил переночевать в гостинице. По дороге они купили еду и бутылку водки, а потом в гостиничном номере у молодого человека, которого она раньше не видела, поужинали втроем. При этом они не планировали никаких диверсий. 

Рано утром 6 февраля «Немец» предложил женщине пойти на вокзал и узнать расписание поездов, чтобы уехать в Мариуполь. Знакомый вышел из машины, за ним — Белоконь, а она осталась в автомобиле. Через некоторое время она также решила выйти из машины, но ее почти сразу задержали люди с автоматами, потянули к железнодорожным путям, где она увидела Белоконя — его избивали и угрожали кинуть под поезд. Их сумки обыскали, но нашли только фонарик. После этого их повезли в здание СБУ, где в подвале продолжили бить и обвинять в связях с террористическими группами в Донецке и участии в диверсии.

Павел Белоконь также не признал свою вину. В суде он пояснил, что до февраля 2015 года жил в Донецке, учился в техникуме. Его общежитие было расположено недалеко от базы боевиков «Кальмиус». Поскольку в Донецке объявили комендантский час, он попросил знакомых военных сделать ему документ, чтобы ночью его не останавливали патрули, но на самом деле он не входил ни в какие незаконные вооруженные формирования, в боевых действиях не участвовал, на блокпостах не стоял. В конце 2014 года в Донецке он встретил мужчину с позывным «Немец», который предложил работу в Запорожье. Так как у Белоконя него не было пропуска и денег,выехать из Донецка на подконтрольную территорию он не мог. «Немец» познакомил его с человеком, который пообещал решить проблемы. В первый день, когда Белоконь получил приглашение на работу и пропуск, он не смог уехать — не успел сделать копию паспорта. На следующий день на автобусе он добрался до Запорожья — там его встретил «Немец» и познакомил его с водителем Гришей и поселил в номере гостиницы. В Запорожье он постоянно ходил вместе с «Немцем», по его указанию купил в супермаркете ножницы по металлу, затем на железнодорожном вокзале взял тормозной «башмак», запомнил место на железнодорожном пути, которое в дальнейшем «Немец» приказал ему нарисовать на карте.

В районе железнодорожной станции «Запорожье-2» сотрудники СБУ задержали двоих диверсантов, которые планировали взорвать железнодорожные пути. Фото: СБУ

5 февраля приехала Ольга Клименко. Раньше с ней он знаком не был. На следующий день утром они все вместе поехали на железнодорожный вокзал, чтобы узнать расписание поездов. По указанию «Немца» он вышел из машины и ждал его, когда неожиданно к нему подошли мужчины с автоматами и задержали, начали бить и обвинять в попытке взорвать поезд. Белоконь отрицает, что устанавливал тормозной башмак на рельсы. Он только признал, что у него в сумке находились 4 патрона, которые он всегда хранил «без всякой цели».

Действия Клименко следствие квалифицировало как покушение на диверсию по предварительному сговору группой лиц (по части 2 статьи 28, части 2 статьи 15, статьи 113 Уголовного кодекса Украины). Белоконю инкриминировали участие в террористической группе (часть 1 статьи 258-3 УК), покушение на диверсию по предварительному сговору группой лиц (по части 2 статьи 28, части 2 статьи 15, статьи 113 УК), а также покупку и хранение взрывчатки (часть 1 статьи 263 УК).

В мае 2017 года Жовтневый районный суд Запорожья признал их виновными. 

Сторона защиты заявила, что приговор необоснованный и подала апелляцию. Показания свидетелей обвинения содержат только субъективные оценки, а использовать в качестве доказательств протоколы негласных следственных действий недопустимо — прокурор не подтвердил в суде законность слежки, — считала защита. Однако, суд не согласился с доводами адвокатов и решил, что постановления относятся к документам с грифом «секретно», поэтому их и не предоставили в суде, но это не значит, что слежка был незаконной. 

После отказа в апелляции, адвокаты Валентин Рыбин и Нелля Никонова подали кассационную жалобу и добились пересмотра решения апелляционного суда. 19 августа 2019 года Запорожский апелляционный суд снова подтвердил приговор суда первой инстанции, хотя и исключил из доказательств прослушку и результаты негласных следственных действий. Защита подала повторную кассационную жалобу и Верховный суд удовлетворил ее частично — оставил приговор Клименко в силе, но исключил из списка имущества, подлежащего конфискации, жилье осужденной.

517 ув
517

ув'язнених померли в українських місцях неволі в минулому році

Слідчий поліції про те, як коронавірус заважає розслідуванню вбивств «У таких умовах щось планувати просто неможливо»

«У таких умовах щось планувати просто неможливо»

Слідчий поліції про те, як коронавірус заважає розслідуванню вбивств

Раз в неделю наши авторы делятся своими впечатлениями от главных событий и текстов