Смородинов «сорвал розу». ФСБ завербовала украинца для убийства сотрудника Ровненского СИЗО

Олег Смородинов. Фото со страницы в Фейсбуке
Олег Смородинов. Фото со страницы в Фейсбуке

В Ровно суд приговорил Олега Смородинова к 12 годам лишения свободы. Его признали виновным в убийстве майора внутренней службы Ровенского СИЗО Ивана Мамчура по заказу ФСБ России. «Ґрати» разбирались в обстоятельствах борьбы спецслужб, которая закончилась смертью в Ровно.

 

37-летнего Ивана Мамчура, начальника инженерно-технического отдела следственного изолятора, застрелили 16 сентября 2016 года в подъезде его дома в Ровно. Возле тела нашли пистолет с глушителем и восемь гильз.

Дело расследовали по статье об убийстве. Правоохранители рассматривали три основных версий: чья-то личная неприязнь на фоне бытового конфликта; месть осужденных или подозреваемых, которые содержались в СИЗО; прошлое Мамчура — до 2009 года он служил в спецназе военной разведки.

Последняя версия подтвердилась, когда 17 ноября 2016 года на въезде в Украину из России задержали подозреваемого — 49-летнего жителя Мариуполя Олега Смородинова. Он сознался в убийстве Мамчура и сообщил, что сделал это по заказу ФСБ Российской Федерации.

Генпрокурор Юрий Луценко на брифинге после задержания Смородинова рассказал, что подозреваемого устанавливали с помощью анализа ДНК, которые остались на окурках, пистолете и «других предметах». Следствие также пришло к выводу, что у Смородинова был напарник — его объявили в розыск.

После задержания Смородинова отвезли в Ровно, где его арестовал Ровненский горсуд. Впоследствии в этом суде рассматривали два уголовных производства в отношении Смородинова.

Дело об умышленном убийстве и незаконном обращении с оружием передали в суд в мае 2017 года. Но за этот период, судя по опубликованным в судебном реестре решениям, его рассмотрение так и не продвинулось, а Смородиновому раз в два месяца продлевали меру пресечения.

Дело по статье о госизмене (часть 1 статьи 111 Уголовного кодекса Украины) направили в суд в феврале 2019 года. По нему 2 марта 2020 года Ровненский горсуд вынес приговор.

 

Внештатный агент

Олег Смородинов. Фото со страницы в Одноклассниках

«Я сотрудничаю со следствием, так как хочу остановить убийства людей. Ведь кроме Ивана Мамчура в Ровно по Украине хотели убить еще шестерых бывших солдат. Поскольку в Украине до сих пор находится много российских агентов, моя информация может сберечь жизнь людям. Надеюсь суд когда будет оглашать мне приговор, учтет, что я был полезный для СБУ», — заявил Cмородинов на заседании в суде в мае 2019 года.

До своего переезда в Россию в 2014 году он жил в Мариуполе. Во времена Советского Союза он служил на флоте, потом несколько лет работал в МВД, но в основном занимался преступной деятельностью: был дважды судим за взяточничество и вымогательство, а также переправлял секс-работниц из Украины клиентам в Москву. Это выяснило издание «The New York Times», которое заинтересовалось делом об убийстве Ивана Мамчура и вопросом, почему ФСБ заказало убийство обычного работника СИЗО.

В суде Смородинов рассказал, что в Россию он перебрался на заработки в связи с «нестабильностью в Украине». Там он устроился на предприятие «Техстройсервис», а потом работал менеджером по продаже мебели в компании «ДИК Компани». Он познакомился c руководителем одного из предприятий по строительству военных объектов, с которым они «общались на военную тематику». Через него Смородинов познакомился с директором московского предприятия «Зенит» Николаем Горбуновым, который, в свою очередь, осенью 2015 года представил его контакту в ЧВК «Вагнер». Это ветеран боевых действий в Чечне, который теперь готовит снайперов для отправки в Сирию на военной базе «Выстрел» в Солнечногорске Московской области.

«Я хотел поехать в Сирию. Хотел стрелять, воевать и зарабатывать деньги», — признался Смородинов журналисту «The New York Times», находясь уже в украинской тюрьме.

В Сирию Смородинов не уехал, но его контакт в «Вагнере» познакомил его с Максимом и Филиппом — фамилий своих они не назвали, но показали удостоверения сотрудников ФСБ.

Как выяснило потом следствие, Максим — это Максим Живило, руководитель спортивно-патриотического клуба «Молодая гвардия», созданный при поддержке ветеранов ВДВ РФ, подразделений «Альфа» и «Вымпел» ФСБ. В 2009 году начальник управления «А» Центра специального назначения ФСБ обратился в «Благотворительній ортопедический фонд» с просьбой о лечении сотрудника «Альфы» Живило, который принимал участие в боевых действиях на Северном Кавказе. О Филлиппе известно мало. Смородинов только рассказал следствию, что он был из «службы проведения диверсионных работ на территории Украины».

При встрече с ними Смородинов упомянул, что хочет вернуться на работу в правоохранительные органы. И уже в конце февраля 2016 года ему предложили поработать неофициально — поехать в Украину, чтобы изучить обстановку и подыскать людей для дальнейшей вербовки. За это его пообещали устроить в полицию Крыма. Смородинов согласился.

Живило позвонил Смородинову в апреле 2016 года и назначил ему встречу в кафе торгового центра «Венский дом» недалеко от здания ФСБ на Лубянке. Во время встречи он передал ему список военнослужащих ВСУ и сотрудников оборонного комплекса Украины из шести регионов: Львовской, Харьковской, Ровненской, Полтавской, Хмельницкой и Днепропетровской областей. Смородинов должен был установить местонахождение этих людей, их места работы, круг знакомств, транспортные средства, которыми они пользуются, изучить их стиль жизни. В списке было двое работников «Харьковского конструкторского бюро машиностроения имени Морозова». Информацию, которую должен был достать Смородинов, планировали использовать для вербовки или устранения этих людей. За задание Смородинову заплатили аванс — 3 тысячи долларов США.

Смородинов составил план поездки, согласовал с Максимом и отправился в Украину в апреле 2016 года. Сперва он приехал в Харьков, потом поехал в Кременчуг. В апреле и мае провел разведку, с одним человеком из списка ему удалось встретиться. Во время встречи он сказал, что его рекомендовали общие грузинские коллеги как высококлассного специалиста, и он хочет предложить ему работу. Однако, тот испугался и категорически отказался общаться.

 

«Роза» сорвана

Подъезд дома где Олег Смородинов убил Ивана Мамчура. Фото: Нацполиция Украины

Как рассказывал Смородниов в суде, по выполнению каждого задания он возвращался в Россию, составлял детальный отчет и передавал его на диске Максиму. С кураторами общался в телеграме. У людей в списке были кодовые имена, связанные с цветами: «шиповник», «лютик». «Розой» был Иван Мамчур — в июле 2016 года Максим поставил Смородинову задачу за ним наблюдать.

В дальнейшем его нужно было устранить — для этого в Ровно должна была приехать группа «ликвидаторов». Напарник — Константин Иванов — привез Смородинову оружие: два пистолета, один из них переделанный травмат с глушителем и с полным магазином.

Мамчур жил в Ровно на шестом этаже многоэтажки. Смородинов поселися на первом этаже этого дома, чтобы вести свое наблюдение. Каждое утром в семь часов Мамчур ехал на работу на велосипеде, возвращался в шесть вечера.

16 сентября Смородинов получил сообщение из Москвы: «Розу нужно сорвать сегодня. Завтра будет уже не актуально». Он решил, что это задание на лояльность и согласился его исполнить. По словам Смородинова, он до конца надеялся, что пули в пистолете окажутся холостыми.

В тот день, продолжал Смородинов свидетельствовать в суде, он поджидал Мамчура на шестом этаже. Когда мужчина вышел из лифта, Смородинов его окликнул и выпустил в него всю обойму. Мамчур прежде чем упасть, повернулся к убийце, сделал несколько шагов и сказал: «Это был не я. Я не виноват».

После убийства Смородинов приехал в Москву и доложил об исполнении задачи. Получил подтверждение: «Цветок сорван, роза сорвана».

За это задание Смородинов получил от Максима 2 тысячи долларов и 300 тысяч рублей.

 

Грузинский список

Иван Мамчур, служебное фото

Смородинова задержали через несколько месяцев после убийства Мамчура. Он снова отправился в Украину — хотел сделать сюрприз своей бывшей девушке на ее день рождения. К тому времени она уже сотрудничала с полицией.

Следствие пришло к выводу, что цель всех операций Смородинова — запугивание и дестабилизация ситуации в Украине.

«Возникла необходимость в создании условий, при которых граждане Украины боялись бы участвовать в АТО против лиц, находящихся в незаконных вооруженных формированиях, и военных РФ, поскольку любое лицо из числа граждан Украины, в частности ВСУ, должен нести наказание за такие действия, фактически это было предупреждением другим», — говорится в тексте приговора о мотивах преступления.

«Указанные обстоятельства обусловлены тем, что при прохождении АТО в Украине погибло много российских военнослужащих», — отмечается в приговоре суда.

Следствие также выяснило, что люди в списке, который получил Смородинов — бывшие военнослужащие ВСУ, в том числе и Мамчур, которые «выезжали в Грузию» во время Российско-Грузинской войны 2008 года.

«The New York Times» в своем расследовании делает вывод о том, что этот список указывает на возможно иной главный мотив для убийства, заказанного российскими спецслужбами.

В 2008 году, по окончанию 5-дневной войны, премьер-министр России Владимир Путин обвинил Украину в оказании военной помощи Грузии на встрече с премер-министром Юлией Тимошенко в Ново-Огареве. Он заявил, что Украина поставляла оружие Тбилиси до и во время войны, и техникой в ходе боевых действий управляли «специалисты из Украины».

«Если мы найдем подтверждение этому, то мы будем соответствующим образом выстраивать свои контакты с теми людьми, которые это сделали», — сказал тогда он.

«Официальные лица в Украине подтвердили, что Мамчур был в Грузии, когда началась война, в качестве коммандира третьего полка спецназначения ВСУ, элитного контингента, бойцы которого также были в Ираке и Афганистане. Но они настаивали на том, что ни он, ни какой-либо другой украинский солдат не участвовали в боевых действиях», — пишет американское издание.

В суде Смородинов раскаялся и признал вину. Другие доказательств суд не стал рассматривать, остановившись на показаниях Смородинова, посчитав их достаточными для вынесения решения.

Приговор вступил в силу 2 апреля. В 2019 году Смородинов надеялся, что российская сторона включит его в список на обмен. Но во время последних двух обменах — 7 сентября и 29 декабря его имени так и не назвали. Будет ли он в новых списках — неизвестно. Его адвокат отказался комментировать ситуацию. Так же как и то, что будет со вторым делом и перевели ли Смородинова в колонию: с 2017 года он находился не в СИЗО, а в изоляторе временного содержания из соображений безопасности.


Материал подготовлен при финансовой поддержке Министерства иностранных дел Чешской Республики в рамках Transition Promotion Program. Взгляды, изложенные в тексте, не отражают официальную позицию МИД Чешской Республики.

517 ув
517

ув'язнених померли в українських місцях неволі в минулому році

Начальник поїзда про кишенькових злодіїв, дебоширів і повернення поліції в потяги «Скільки пасажирів побито, скільки провідників порізано»

«Скільки пасажирів побито, скільки провідників порізано»

Начальник поїзда про кишенькових злодіїв, дебоширів і повернення поліції в потяги

Раз в неделю наши авторы делятся своими впечатлениями от главных событий и текстов