«Отличительная черта политики России на оккупированных территориях». ОБСЕ опубликовала доклад по результатам «Московского механизма» о гражданских заложниках из Украины
Акция в поддержку освобождения украинцев в российском плену. Фото: Станислав Юрченко, Ґрати
Организация по безопасности и сотрудничеству в Европе опубликовала доклад по результатам процедуры «Московского механизма», запущенного в конце февраля этого года. Этот доклад касается положения гражданских заложников из Украины, удерживаемых в России и на оккупированных ею территориях. Впервые подобное исследование проводилось на столь высоком уровне, хотя практика насильственных исчезновений и произвольных задержаний в оккупации существует еще с 2014 года, и запустить такую процедуру ОБСЕ призвали украинские правозащитники и дипломаты.
«Ґрати» проанализировали документ и пересказывают основные выводы, к которым пришла миссия экспертов.
Кто проводил исследование и как это было
«Московский механизм» ОБСЕ предусматривает развертывание краткосрочной миссии отобранных экспертов для исследования конкретной проблематики, которое длится около трех недель с момента образования экспертной группы.
В этот раз проводить исследование поручили трем эксперткам по международному праву из Болгарии, Норвегии и Латвии: профессору Веронике Белковой и докторам наук Сесили Геллешвейт и Элине Штайнерте. Они исследовали доклады «Московского механизма» по поводу российской агрессии против Украины, выпущенные ранее, отчеты и заявления украинских государственных органов и правозащитных организаций и другие документы, а в середине марта приехали в Украину с визитом: пообщались с представителями украинской власти и общественных организаций, учеными, а также с пострадавшими от произвола и свидетелями таких событий. Всего провели 40 интервью. Кроме того, эксперты посетили места, где россияне содержали гражданских во время оккупации Киевской области весной 2022-го, в частности, в Буче и Ирпене.
Отмечается, что для написания доклада изучались случаи похищений и незаконного лишения свободы на оккупированной территории Украины с 2014 года, включая оккупированный Крым и отдельные районы Донецкой и Луганской областей. При этом для целей исследования принималось во внимание именно задержание Россией украинцев. В то же время, случаи захвата в заложники иностранных граждан, а также политически мотивированные задержания украинцев на территории России именно в этом документе не рассмотрены.
Также авторы исследования указывают на то, что пытались прокоммуницировать и с российскими властями, однако на их письма ответа так и не поступило.
Массовое явление
В отчете отмечается, что невозможно измерить точное количество похищенных гражданских с 2014 года, однако это количество может измеряться тысячами, начиная с российской оккупации Крыма и части Донецкой и Луганской областей.
«С началом полномасштабного вторжения 24 февраля 2022 года эта практика распространилась на всех территориях, оказавшихся под временной оккупацией Российской Федерации. Хотя конкретные обстоятельства задержания несколько отличаются в разных регионах, общая схема произвольного задержания Российской Федерацией большого количества украинских гражданских лиц как на начальном, так и на длительном этапе оккупации остается неизменной и является отличительной чертой политики Российской Федерации на временно оккупированной территории», — говорится в документе.
Исследовательницы ссылаются, в частности, на цифры украинского Национального информационного бюро, по которым задокументировано около 14 тысяч «неподтвержденных задержаний гражданских лиц», тогда как количество подтвержденных задержанных составляет около 2 тысяч, почти 900 из которых подтвердил также Международный комитет Красного Креста.
Акция в Киеве в поддержку освобождения украинцев из российского плена, 16 марта 2024 года. Фото: Станислав Юрченко, Ґрати
Кроме того, в тексте доклада также упоминаются осужденные гражданские украинцы, оказавшиеся на оккупированной территории Херсонской области, которых россияне впоследствии этапировали оттуда. Исследователи установили, что количество переведенных в исправительные колонии в Российской Федерации колеблется от 1600 до 2000 человек, из которых установлено местонахождение примерно 600 человек. 248 из них были освобождены, но 230 были повторно арестованы и помещены в иммиграционные изоляторы.
«Многие из них оказались перед невозможным выбором: принять российское гражданство, которое российская власть настойчиво предлагает, или остаться в иммиграционном центре без четкой перспективы того, как долго это продлится. Миссия приходит к выводу, что такое повторное задержание по основаниям, полностью не зависевшим от воли соответствующих лиц, приравнивается к произвольному лишению свободы. Более того, практика фактического принудительного навязывания гражданства жертвам войны, когда освобождение из-под стражи оговаривается условием присяги на верность враждебному государству через принятие гражданства, нарушает нормы международного гуманитарного права», — говорится в докладе.
Основания и условия для задержания гражданских
По мнению авторов исследования, несмотря на наличие в международном гуманитарном праве оснований для временного задержания отдельных гражданских лиц враждующими странами, в частности, за совершение преступлений или сотрудничество с военными, в большинстве исследованных случаев они не были соблюдены. Как и условия, на которых людей можно содержать: им не сообщали основания задержания, не был определен срок задержания, его нельзя было обжаловать, никто не проверял условия содержания таких людей.
Кроме того, Россия игнорировала свое международное обязательство сообщать о таких задержаниях. Если для учета военнопленных они создали при минобороны информационное бюро, то гражданские там остаются внутри правовой и информационной пустоты.
«В подавляющем большинстве случаев, когда различные заинтересованные стороны, включая украинские власти, родственников и украинских или российский адвокатов, спрашивали о местонахождении определенных украинских гражданских лиц, в отношении которых существовали серьезные основания полагать, что они были задержаны Российской Федерацией, ответа от российской власти не поступало. На менее 20% таких запросов были получены ответы, иногда противоречивые: один российский орган власти отрицал факт задержания, а другой подтверждал», — отмечается в докладе.
Также в документе отдельно отмечается запрет насильственных исчезновений, содержание людей без связи с внешним миром и перемещений удерживаемых лиц, в частности, с и на оккупированную территорию. Авторы отмечают, что смогли подтвердить произвольное лишение свободы гражданских украинцев не только на оккупированной Россией территории, но и в самой России и Белоруссии.
Кроме того, исследователи ОБСЕ отмечают, что им удалось зафиксировать случаи сексуального насилия, пыток и жестокого обращения с произвольно удерживаемыми гражданскими и даже случаи внесудебных казней таких людей.
«Российская Федерация также не предоставляет специальных гарантий лицам, принадлежащим к уязвимым группам, таким как дети или лица с инвалидностью, а также лицам, пользующимся привилегиями и иммунитетом в соответствии с международным правом. Она продолжает пренебрегать особым статусом трех сотрудников Специальной мониторинговой миссии (СММ) ОБСЕ, произвольно удерживая их под стражей в течение почти двух лет и подвергая суду за деятельность, которую они осуществляли во время работы в СММ», — говорится в документе.
Три этапа российской оккупации и инфраструктура для репрессий
На разных этапах оккупации исследовательницы определяют разные категории лиц, становившихся целью для похищений. Так, в частности, сначала российские военные искали действующих или бывших украинских военных, их родственников и лиц, которые могли иметь оружие, например, охотников. Затем, закрепившись на оккупированной территории, россияне разворачивали сеть фильтрационных пунктов, включавших места допросов и лишение свободы.
«Независимо от типа мест несвободы и от того, являются ли они официальными или нет, миссии сообщили, что обычно существует связь с федеральной службой безопасности (ФСБ) или пенитенциарными органами, в частности через регулярные визиты агентов ФСБ и сотрудников следственного комитета России с целью проведение допросов», — говорится в докладе.
Кроме того, на этом этапе расширялись круг лиц, которых могли задержать. В частности, туда входили теперь журналисты, представители местных властей, чиновники, правозащитники. Как выяснили исследователи, часто таким людям предлагали сотрудничество с оккупантами, а если они отказывались, то их пытали.
«Управление Верховного комиссара ООН по правам человека задокументировало 37 случаев, когда местные должностные лица (26 мужчин, 11 женщин) на оккупированных территориях Харьковской, Херсонской, Николаевской и Запорожской областей подверглись задержанию, пыткам, жестокому обращению или получали угрозы в адрес членов их семей», — отмечается в докладе.
Российский застенок в Балаклее после деоккупации Харьковщины, 19 сентября 2022 года. Фото: Станислав Юрченко, Ґрати
Как выяснили исследователи, 19 октября 2022 года Россия незаконно распространила свое законодательство и военное положение на оккупированные ею территории Запорожской, Херсонской, Донецкой и Луганской областей так же, как раньше — на оккупированный ею Крым. С октября по декабрь 2022 года Россия приняла по меньшей мере 32 новых закона, чтобы интегрировать оккупированные территории через налоги, банковскую систему, медицину и социальную сферу. В апреле 2023 года Россия указ о правовом статусе лиц без российского гражданства на временно оккупированной территории Украины, которым позволила депортировать людей без российского паспорта за «экстремистскую деятельность», которой могут считаться любые высказывания в поддержку Украины или критика оккупационных властей или российских нарративов по поводу войны.
«В конце концов, 5 декабря 2023 года российские власти объявили, что с 27 сентября 2023 года назначают 436 федеральных судей на временно оккупированной территории Украины. Еще 14 судей были назначены в оккупированных районах Донецкой, Запорожской и Херсонской областей 4 января 2024 года. Большинство из них граждане Российской Федерации», — говорится в докладе.
Таким образом, украинское гражданское население во время оккупации начало преследоваться за законную деятельность в Украине, и для этого россияне также создали инфраструктуру.
Освобождение гражданских
В докладе Московского механизма ОБСЕ отмечается, что в отличие от плена военных, который может продолжаться до окончания боевых действий, содержание под стражей гражданских лиц должно быть исключительной практикой, оно разрешено только в ограниченный период времени, пока существует абсолютная необходимость это делать из соображений безопасности. Основания такого задержания должны время от времени пересматриваться, для этого может быть создан специальный орган, трибунал, который анализировал бы каждый конкретный случай. В случае с Россией эти нормы не соблюдены.
«Одним из примеров является дело гражданина Украины Никиты Шкрябина из Харькова, который оказался в плену в марте 2022 года, несмотря на то, что он был гражданским лицом, не участвовавшим в боевых действиях. Хотя он указал российским властям на то, что его не следует считать военнопленным, ни одного пересмотра его статуса не состоялось. Его адвокат также пытался добиться пересмотра его статуса в военной прокуратуре и военных судах, но безрезультатно», — говорится в документе.
Эксперты ОБСЕ, однако, описывают практику, когда россияне соглашались освободить задержанных гражданских за выкуп.
«Такие действия являются не только произвольным лишением свободы, но и захватом заложников, что четко запрещено как международным гуманитарным правом, так и международным правом прав человека. Захват заложников определяется как задержание лица с целью заставить третью сторону совершить любое явное или неявное действие как условие освобождения заложника. Лишение свободы, являющееся захватом заложников, может составить отдельное военное преступление», — отмечают они.
Незаконные требования выставлялись и перед самим заложниками. Авторы отчета описывают практики освобождения людей из-под стражи при условии публичного признания лояльности к России, подписи «признания» на пустом листе или записи видео с признанием себя виновным в чем-то, что нужно оккупантам, либо же взятием на себя обязательства навсегда покинуть территорию под контролем России.
«Миссия также получила свидетельства, указывающие на то, что во время нескольких обменов между Украиной и Российской Федерацией украинские гражданские лица, задержанные Россией, были обменены на российских военнопленных. По данным Украинского координационного штаба по вопросам обращения с военнопленными, из 3135 человек, освобожденных в результате 51 обмена с Российской Федерацией с марта 2022 года, 147 были гражданскими лицами (119 мужчин и 28 женщин). Национальное информационное бюро оперирует цифрой 149, из которых 121 мужчин и 28 женщин», — говорится в докладе.
По этим данным, у миссии были основания полагать, что россияне специально задерживали гражданских для обмена на своих военнопленных, а это также нарушает международное право, и может считаться произвольным лишением свободы и захватом заложников.
Освобожденные во время большого обмена украинские военнослужащие, 31 января 2024 года. Фото: Офис Президента Украины
При этом международное право содержит нормы о возможном возмещении ущерба для пострадавших от таких преступлений, включающее восстановление предыдущего статуса (безусловное освобождение), реабилитацию, компенсацию ущерба и предоставление гарантий, что это не повторится. По данным исследовательниц, Россия эти нормы не соблюдает.
«Миссия получила свидетельство о том, что некоторые украинские гражданские лица смогли добиться освобождения вследствие судебных процессов в России с помощью российских юристов. Хотя таких случаев несколько сотен и миссия приветствует эти освобождения, следует отметить, что они не отвечают требованиям полной правовой защиты и возмещения убытков, которые Российская Федерация обязана уплатить в соответствии с международным правом», — говорится в докладе.
В этой связи эксперты ОБСЕ приветствовали создание реестра убытков на уровне Совета Европы, хотя и указали на сложность заставить Россию выполнять свои обязательства, которая возникнет, когда жалобы пострадавших начнут рассматриваться.
«Фактическое отсутствие ответа Российской Федерации на запрос о сотрудничестве с этой миссией, не говоря уже о фактическом сотрудничестве, отражает его отношение к произвольному лишению свободы украинских гражданских лиц со стороны собственных органов», — отмечают исследователи.
Рекомендации экспертов Московского механизма ОБСЕ
Как отмечают авторы доклада, международное гуманитарное право предусматривает механизм, еще не применявшийся в войне России против Украины, и вообще не применявшийся после Второй мировой войны, а именно: привлечение государств-покровителей , нейтральных стран, не участвующих в международном конфликте, но позволяют враждующим странам косвенно коммуницировать и защищать интересы, в частности, населения под оккупацией.
«Систематический и широкомасштабный характер нарушений МГП, включая многочисленные случаи произвольного лишения свободы украинских гражданских лиц, дают основания для рассмотрения вопроса о назначении держав-покровительниц с целью усиления механизмов обеспечения соблюдения норм и обязательств по защите жертв войны, в том числе гражданских лиц, которые находятся в заключении», — отмечают они.
В то же время, по их словам, в вооруженных конфликтах последних десятилетий стандартная практика заключается в том, что МККК берет на себя задачи, которые могут быть возложены на государства-покровители, поэтому Россию призвали допускать представителей организации в свои места несвободы для проведения независимого мониторинга условий и состояния здоровье удерживаемых там людей.
Еще одним учреждением, созданным для обеспечения соблюдения международного гуманитарного права, является Международная комиссия по установлению фактов, основанная в 1991-м, но, как отмечается в докладе, она ни разу не была применена на практике.
«Вместо этого задачи по установлению фактов, связанных с войной в Украине, были возложены на специальные органы, а именно на четыре миссии экспертов, созданные в 2022-2024 годах в рамках Московского механизма ОБСЕ, а также на Независимую международную комиссию расследований по Украине, созданную в марте 2022 года Советом ООН по правам человека», — говорят исследователи.
По их мнению, функцию мониторинга мест несвободы, где содержатся украинские гражданские, мог бы выполнять украинский Национальный превентивный механизм против пыток, который действует при офисе Уполномоченного Верховной Рады по правам человека. Этот механизм предусматривает создание групп из представителей офиса омбудсмана и общественных активистов для мониторинговых визитов без уведомления в места несвободы в Украине. Как считают авторы исследования, при условии допуска со стороны России представители таких мониторинговых групп также могли бы контролировать обращение с лишенными свободы гражданскими гражданами Украины.
Российский застенок в Балаклее после деоккупации Харьковской области, 19 сентября 2022 года. Фото: Стас Юрченко, Ґрати
Миссия эксперток отметила, что на региональном уровне нарушения прав человека, совершенные во время российской агрессии, должен рассматривать Европейский суд по правам человека, но Россия вышла из-под его мандата. В то же время экспертки приветствовали привлечение Международного уголовного суда к расследованиям российских военных преступлений, несмотря ни на то, что ни Украина, ни Россия не ратифицировали Римский устав.
«Есть достаточные основания полагать, что как военное преступление «незаконное лишение свободы», так и преступление против человечности, заключающееся в «лишении свободы или ином жестоком лишении физической свободы в нарушение основополагающих норм международного права», были совершены лицами, причастными к произвольному лишению свободы украинских гражданских лиц, в том числе военнослужащими российских вооруженных сил или представителями оккупационных властей. Именно судебные органы, действующие на национальном или международном уровне, включая МУС, должны определить конкретных лиц, которые должны быть привлечены к уголовной ответственности по этим основаниям», — отмечают авторы исследования.
Среди рекомендаций Украине и другим странам исследователи говорят о продолжении привлечения упомянутых механизмов, а также Рабочие группы ООН по произвольным задержаниям и насильственным исчезновениям.
Реакция украинской власти
В ответе от Украины, также прикрепленном к этому докладу ОБСЕ, отмечается, что государство прибегает к этим шагам, в частности, сотрудничеству с Международным уголовным судом и работе в рамках Совместной следственной группы , куда также входят представители Польши, Литвы, Латвии, Эстонии, Словакии и Румынии.
Кроме этого, в документе указывается, что Украина пытается развивать сотрудничество с другими странами по принципу универсальной юрисдикции, и на время публикации доклада «более 20 стран мира проводят собственные расследования международных преступлений (военных преступлений, преступлений против человечности), совершенных военнослужащими Вооруженных сил Российской Федерации на территории Украины».
Также, по этим данным, Министерство иностранных дел Украины инициировало изучение вопроса определения третьей страны для представления интересов Украины как держава-покровительница.
«По результатам этой работы украинской стороной разработана модальность и правовой статус будущего соглашения о представительстве интересов Украины в Российской Федерации с потенциальной державой-покровительницей. По состоянию на сегодняшний день согласия от Российской Федерации на выполнение третьей страной функции представительства интересов Украины на ее территории не получено», — отмечается там.
Уже после публикации доклада на него отреагировал также министр иностранных дел Украины Дмитрий Кулеба. Он приветствовал появление этого документа и призвал международное сообщество объединить усилия по выполнению рекомендаций эксперток.
«Выводы независимой миссии шокируют: лица, причастные к произвольному лишению свободы украинских гражданских лиц, совершили военные преступления, преступления против человечности и нарушение международного гуманитарного права и прав человека. В докладе подчеркивается, что эта практика приобрела массовый характер и существуют доказательства систематического, последовательного и целенаправленного преследования со стороны России украинских гражданских лиц. Оно началась в оккупированном Крыму в 2014 году и была расширено государством-агрессором с момента его полномасштабного вторжения в Украину в 2022 году», — написал Кулеба в соцсети Х.
По убеждению министра, доклад ОБСЕ станет важным элементом в работе национальных и международных судебных органов, направленный на установление конкретных лиц, ответственных за военные преступления и преступления против человечности.
Нашли ошибку в тексте?
Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
