«Народные милиционеры». Почти сто жителей оккупированной Луганщины и Донбасса уже осуждены украинскими судами за государственную измену за участие в войне в составе российских войск

Украинские граждане, жители территорий под контролем «ЛНР» и «ДНР», воевавшие на стороне РФ и попавшие в плен, получают статус военнопленных. Тех, кто не совершил военных преступлений, обвиняют в государственной измене. Они ожидают обмена вместе с российскими военными и рассматривают его как возможность досрочно освободиться от наказания.

«Ґрати» рассказывают о мобилизованных в ряды «Народной милиции»: посетили судебные процессы, говорили с ними в лагере «Запад-1» и слушали на пресс-конференции рассказ луганчанина, который дважды попал в плен.

Мобилизационный резерв

В начале сентября 2022 года ВСУ успешно и стремительно наступали на Харьковщине. 10 числа Александр Сырский, тогда командующий Сухопутными войсками ВСУ, поднял в центре Балаклеи украинский флаг. В тот же день Главное управление разведки обнародовало телефонный перехват военного «ЛНР». В коротком разговоре он сообщил о хаотичном бегстве российских подразделений. 

«Вон 202 полк под Балаклеей был — ушли в Луганск. Отошли. Отправили. Вывезли. А половина попала в плен», — говорилось в перехваченном разговоре.

202 мотострелковый полк — одно из подразделений мобилизационного резерва боевиков «ЛНР». Полк сформировали перед полномасштабным вторжением из местных жителей, мобилизованных по приказу руководителя «ЛНР» Леонида Пасечника от 19 февраля 2022 года. Вместе с мобилизацией он запретил мужчинам от 18 до 55 лет выезжать с территории «республики». В марте возраст мобилизованных подняли до 65 лет. Похожий приказ издавали и власти «ДНР».  

Представители военкоматов и комендатуры выдавали повестки на предприятиях, проводили мобилизационные рейды по домам и на улицах. Так слесари, шахтеры, механики и другие рабочие «стратегических» и коммунальных предприятий, а также студенты оказались на войне. В 2022 году 202 полк «ЛНР» наряду с другими подразделениями боевиков из Луганщины и Донетчины и российскими войсками участвовал в оккупации Харьковщины.

В судебном реестре есть решения по 15 военнопленным из 202 полка «ЛНР». 14 из них рассматривали в Галицком райсуде Львова в течение 2023 года. Судили по статьям о государственной измене часть 1 статьи 111 УК , участии в террористической организации часть 1 статьи 258-3 УК и незаконном вооруженном формировании часть 2 статьи 260 УК . 

На подготовительном заседании боевики «ЛНР» признавали себя виновными. Поэтому дальше доказательства прокуратуры суд рассматривал упрощенно: изучал характеризующие документы и сразу переходил к допросу обвиняемого. Весь процесс занимал в среднем полчаса. Решения типичные: 13 лет лишения свободы с конфискацией имущества. Единичные попытки апелляции не уменьшили сроки заключения. 

Галицкий райсуд Львова слушает дело военнопленного гражданина Украины, январь 2023 Фото: Татьяна Козак, Ґрати

По Международному гуманитарному праву не запрещено осуждать комбатантов, если они являются гражданами страны, против которой они воюют. Однако в суде должно быть доказано, что решение об участии в войне было добровольным, а не под давлением. В частности, угрозами уголовного преследования и ограничением выезда. Иначе они должны считаться потерпевшими в военном преступлении по статье 438 Уголовного кодекса Украины — нарушении Женевской конвенции (о защите гражданского населения во время войны от 1949 года). Правозащитные организации Коалиции «Україна. Пʼята ранку» в отчете, обнародованном в конце 2022 года, обращали внимание, что украинская практика расследования и судебного рассмотрения уголовных дел в отношении мобилизованных на оккупированных территориях противоречила принципу презумпции невиновности. 

Как сообщили в Офисе генпрокурора на запрос «Ґрат», за последние два года суды вынесли 96 обвинительных приговоров гражданам Украины за участие в войне в составе российских войск. Всего подозрения за это получили 140 украинцев. Оправдательных приговоров нет. 

В 2022 году в ОГП также отмечали, что более 30 человек были потерпевшими в расследованиях по принудительной мобилизации на оккупированных территориях востока Украины, но пока эти данные не выделяют в статистике. Военкомам Луганщины и Донетчины объявили подозрения в нарушении законов и обычаев войны. Всего сообщили о подозрении 9 людям. Приговоров по этим делам еще нет. 

Слушания в Галицком райсуде Львова по «ЛНРовцам» 202 полка не закрыли для посетителей. Это стало исключением из практики последних двух лет, когда заседания проходят за закрытыми дверями по просьбе обеих сторон, с чем легко соглашаются судьи, несмотря на общественную значимость процессов над военными армии РФ с украинскими паспортами. 

В тех слушаниях, которые посетили «Ґрати», военнопленные участвовали дистанционно: по видеосвязи из лагеря «Запад-1». Все коротко стриженные, в синих лагерных бушлатах. Лица тусклые, но не истощенные и не похудевшие. Общались на русском, лишь иногда в их речах проскакивали украинские слова, которые они повторяли за судьей, прокурором или адвокатом. В течение судебного заседания обвиняемых допрашивали, что заставило их пойти воевать против Украины, что именно они делали на войне и как относятся к российской агрессии и своему участию в ней. 

«Повестку получил 23 февраля (2022 года — Ґ). В военкомат пошел 24-го. С 24-го отвезли из Свердловска (Довжанск — Ґ) в Луганск. И там уже переодели в ВАУШе (Луганское высшее военное авиационное училище штурманов — Ґ) и повезли в общежитие сельхозинститута (Луганский аграрный государственный университет — Ґ), где выдали нам оружие», — рассказывал в суде Алексей Лановский, 49-летний горняк из шахты «Должанская-Капитальная». 

Он не хотел давать показания и имел на это право по закону, но судья Виталий Радченко убедил его свидетельствовать, пообещав поскорее рассмотреть его дело. 

Отвечая на уточняющие вопросы прокурора, Лановский сообщил больше деталей о своей службе. После мобилизации его зачислили в 202 полк, 2 батальон, 4 роту и 1 взвод на должность стрелка-телефониста. 28 февраля 2022 года его и других мобилизованных организованно автобусами отвезли на железнодорожную станцию Красная Могила, а оттуда поездом — в Россию, в Белгородскую область. Далее военными машинами доставили в часть в городе Валуйки. 

Через неделю гражданскими автобусами мобилизованных завезли на Харьковщину. Сначала в Балаклею. Впоследствии взвод Лановского перебрасывали по селам района: в Борщовку, Калиновку, и наконец, в Волчий Яр. Везде, по словам обвиняемого, они рыли окопы, строили блиндажи и патрулировали территорию. 9 сентября Лановский вместе с другими бойцами попал в плен ВСУ возле Калиновки, туда «ЛНРовцы» отступили после обстрела их позиций. 

— С какой целью вас отправляли в Харьковскую область? — допрашивал Лановского прокурор. 

— Командование нам объяснило: быть третьей линией обороны, в оккупированных городах и селах поддерживать порядок, чтобы не было мародерства и всевозможных нарушений. Оказалось совсем наоборот: были в первой линии. 

— Вы понимали, с какой целью вы там находитесь, против кого вы воюете? 

— Да, было понятно, что против Украины. С целью расширить территории РФ. 

Лановский заявил в суде об искреннем раскаянии и заверил, что непосредственно в боевых действиях против ВСУ участия не принимал. К тому, что произошло, у него «негативное отношение».

«Меня этому не учили, я к этому не был готов», — оправдывался он. 

Суд признал Лановского виновным и назначил наказание в виде 13 лет лишения свободы с конфискацией имущества. Именно такой приговор просил прокурор. 

На следующий день суд слушал дело 39-летнего Алексея Домащенко из Луганска. Его в частности допрашивали об обстоятельствах мобилизации. Тот рассказал, что получил повестку на рынке, где он торговал. 

«Сказали проверить документы. Отвезли в военкомат, собрали людей в машине и там вручили повестку — и все», — рассказал Домащенко. 

Его, как и Лановского, зачислили на должность стрелка четвертой роты, второго батальона 202 полка. Он также был в воинской части в Валуйках. В начале марта оказался на Харьковщине, где находился следующие полгода. В сентябре сдался в плен ВСУ во время отступления российских сил.  

— Была команда отступать, — рассказывал Домащенко, — Много отступило: старшие, главнокомандующие сразу отступили, а нас оставили на позициях. Сказали ждать. Ну, никого не дождался, побыл там сутки сам и потом вышел к вам. 

— Почему вы раньше не сдались? — спросил прокурор. 

— Не было возможности. Свои не дают сдаться. 

Защита Домащенко уточнила, была ли у него возможность самостоятельно покинуть воинскую часть.

«Нет. Ну, мы были в части. Уже были часовые. Они никому не позволяли выходить», — ответил «ЛНРовец». 

Домащенко уверял, что его мобилизовали силой: сначала уговорами, а потом угрозами. Он утверждал, что до середины марта не понимал, что идет война с Украиной. Когда мобилизовали, ему сказали только, что будет обучение. Уже на Харьковщине командование объяснило: началась «военная операция». Однако в боестолкновениях с ВСУ не участвовал — уверял «ЛНРовец».

— После того, как вам стало известно о войне РФ с Украиной, вы имели возможность уйти и сдаться? — уточнял у Домащенко защитник. 

— Уйти куда? Мы были вторая-третья линия обороны. Перед нами были российские войска, сзади — луганские войска. Я же не знаю, где мы находились. Не было, если коротко сказать. 

— Ваше отношение к тому, что вы совершили?

— Я понимаю, что для украинской стороны я предатель Родины. Но с этим сделать ничего нельзя. 

Домащенко уверял суд, что раскаивается и в случае обмена будет избегать повторной мобилизации.  

— Я откажусь служить, не буду повторять ошибку. 

— Откажетесь служить, — повторила за ним судья Наталья Зубачек. — А почему вы не сделали это в первый раз? — Я не знал, что меня ожидает. Нам говорили совсем другое. 

Судья допрашивала его дальше. 

— Вы проукраинских или пророссийских позиций?

— Я не знаю. Пророссийских, наверное. 

— Поэтому остались в «ЛНР»?

— Да. 

— Как вам жилось во время оккупации «ЛНР»: лучше чем до 2014?

— Хуже. 

— Почему?

— Потому, что нет работы. Останавливается инфраструктура. 

— Но вы все равно пророссийских позиций?

— Нет. Пророссийских, когда не было ни войны, ни противостояния. Тогда нам хотелось присоединиться к России. 

Судья вынесла вердикт Домащенко: 13 лет заключения с конфискацией имущества. Просьбу прокуратуры удовлетворила полностью. Сначала защитник подал апелляцию, но потом ее отозвал.

Еще один стрелок 202 полка, 45-летний житель села Новосветловка Андрей Тепляков, слесарь предприятия «Лугансквода», который попал в плен на Харьковщине, также объяснял в суде, почему и как он оказался на войне. 

«23 февраля 2022 года мы с другом отмечали праздник. Пришла его дочь, сказала, что меня ищут из военкомата. И все. Мы с ним посидели, я пошел домой. Там уже из военкомата, сельсовета, милиция — всех подряд. Повестку вручили. Сказали в военкомат приехать», — рассказал Тепляков о том, как его мобилизовали на автобусной остановке.  

Военнопленный Андрей Тепляков (на экране слева) на заседании в Галицком райсуде Львова, январь 2023. Фото: Татьяна Козак, Ґрати

Прокурор уточнил, почему обвиняемый не отказался от мобилизации. 

«Не знаю. Всех призывают, кто… У нас [военные] переподготовки постоянные — вызывают. Переподготовки там на пять дней, на неделю. Уже сколько лет подряд», — объяснял обвиняемый. 

Когда ему выдавали оружие — автомат Калашникова — сообщили, что он и другие мобилизованные будут охранять склады и блокпосты на территории Луганской области. Политикой, по его словам, он не интересовался.

Что идет война, уверял Тепляков, он узнал где-то через неделю после мобилизации. 

— Имели ли вы возможность покинуть место дислокации? — спрашивал у луганчанина его защитник. 

— Нет! Впереди — мины, заминировано. А у нас некоторые попытались идти, их обратно возвращали. 

У дебатах захист просив призначити мінімальне покарання, прокурор запросив 13 років позбавлення волі із конфіскацією майна. 

«Ми почули, що обвинувачений фактично навіть не задумувався, чому він бере участь [у незаконном збройном формуванні «ЛНР»], чому він туди йде. Знову ж таки пояснив, що не мав можливості покинути добровільно бойові позиції. Хоча, як на мене, це треба оцінювати критично, оскільки нічого не заважало йому  здатися в полон раніше, а не чекати, поки ЗСУ підуть у наступ і самі його захоплять». 

В дебатах защита просила назначить минимальное наказание, прокурор запросил 13 лет лишения свободы с конфискацией имущества. 

«Мы услышали, что обвиняемый фактически даже не задумывался, почему он участвует [в незаконном вооруженном формировании «ЛНР»], почему он туда идет. Опять же объяснил, что не имел возможности покинуть добровольно боевые позиции. Хотя, как по мне, это надо оценивать критически, поскольку ничего не мешало ему сдаться в плен раньше, а не ждать, пока ВСУ пойдут в наступление и сами его захватят». 

Суд согласился с обвинением. 

Впоследствии Тепляков обжаловал приговор. Его защитник настаивал: суд первой инстанции не учел, что его подзащитного привлекли к участию в боевых действиях обманом и он не имел возможности покинуть военное формирование, ведь ему угрожали расстрелом, уголовным преследованием и увольнением с работы. Во время допроса в Галицком райсуде Львова Тепляков об этом почему-то не вспомнил. Апелляционный суд решил, что наказание справедливое. 

Вскоре прокурор снова обратился в суд: просил освободить Теплякова в связи с обменом, на который Тепляков согласился. Суд не возражал.

Остальные военнопленные 202 полка в суде также рассказывали, как укрепляли позиции и строили блокпосты, охраняли российские боеприпасы и технику и патрулировали оккупированные села. Уверяли, что в бои не вступали. Из их показаний следует, что мобилизованные «ЛНРовцы» участвовали в оккупации сел Балаклейского района: Яковенково, Борщовка, Калиновка, Волчий Яр, но и называли Староверовку Купянского района, где возле песчаного карьера охраняли боеприпасы, а также Ивановку в Чугуевском районе. 

В постановлении Святошинского райсуда Киева о продлении содержания под стражей военнопленного 202 полка, упоминается, что 6 марта 2022 года 80 «ЛНРовцев» автобусами завезли в Ивановку Купянского района. Их поселили в спортивном зале местной школы, где заранее установили кровати и развернули столовую. 7 марта они уже строили блокпосты на въездах в Ивановку и организовали круглосуточное патрулирование улиц. 

Три с половиной месяца «ЛНРовцы» проверяли машины и мобильные телефоны местных жителей, выискивая тех, кто мог бы сотрудничать с ВСУ. В середине июня часть роты переместили на позиции в селе Волчий Яр. Там они ворвались в частные дома, чьи владельцы эвакуировались. Патрулировали село, фиксировали перемещения и маневры ВСУ. Как установило следствие, у них также был приказ бить на поражение, в случае появления украинских подразделений. 

После деоккупации Ивановки, как показало следствие, командир отделения 4 батальона 202 стрелкового полка «ЛНР» 27-летний Владислав Воронин вместе с другими военнослужащими вооруженных сил РФ занимались мародерством и жестоко обращались с гражданскими. В мае они ворвались в дом местного жителя и украли там ружье. 

В другом селе — Петровка, по данным следствия, они угрожали местному мужчине и его семье расстрелом, отобрали телефон, вывезли мужчину в лесополосу, где дважды ударили прикладом по голове, поставили на колени и выпороли веткой — «с целью запугивания». Дело в отношении Воронина по обвинению в нарушении законов и обычаев войны слушают заочно в Орджоникидзевском райсуде Харькова.

Украинские граждане из подразделений «ЛНР» были причастны и к другим военным преступлениям. В частности, к убийству детского писателя и поэта Владимира Вакуленко во время оккупации Харьковщины. Следствие установило двух подозреваемых луганчан, которые служили в еще одном стрелковом полку мобилизационного резерва — 204-м. 

Двух других «ЛНРовцев» подозревают в пытках людей в «тюрьме», которую устроили в захваченном помещении Волчанского агрегатного завода. Там держали более полутысячи жителей Харьковщины, а также семь граждан Шри-Ланки, студентов медколледжа Купянска. Пленные другой тюрьмы, который россияне организовали в помещении полицейского участка в Балаклее, вспоминали в разговоре с «Ґратами», что надзирателями были именно «ЛНРовцы». 

Стена в камере, где держали пленных в полицейском участке в Балаклее, 19 сентября 2022 Фото: Стас Юрченко, Ґрати

Как сообщили в Офисе генпрокурора на запрос «Ґрат», с начала полномасштабного вторжения правоохранители объявили 22 подозрения в совершении военных преступлений гражданам Украины из Луганской и Донецкой областей. Уже 6 человек были признаны виновными, дела в отношении других подозреваемых и обвиняемых еще не рассмотрели.

«Народная милиция» оккупированной Луганщины входила в группировку войск «Балаклея», как свидетельствуют данные с флешки, найденной после деоккупации Харьковщины. Об этом говориться в расследовании «Схем» (проект «Радио Свобода»). Войско возглавлял сначала генерал-майор Андрей Рузинский — командующий 11 корпусом Балтийского флота, а летом 2022 года его сменил Иван Попов. 

Штаб группировки располагался на авторемонтном предприятии на окраине Балаклеи — о нем в суде упоминали военнопленные «ЛНРовцы». Российские войска захватили предприятие 14 марта. В сентябре во время наступления ВСУ здание было частично разрушено артиллерией. Журналисты, которые попали в него после бегства россиян, увидели на одном из уцелевших столов наклейку 202 полка «ЛНР». 

Также на флешке — журналисты предполагают, что она принадлежала одному из заместителей командира по политической работе группировки войск «Балаклея» — содержится сотни документов, в частности, списки на представление российских военных к наградам. В одном из списков есть 45-летний Владимир Чернев, советник главы «ЛНР» и командир стрелковой роты 202 полка «ЛНР».

Чернев, согласно российским документам на флешке, был представлен к ведомственной награде Минобороны РФ: медали «За боевые отличия». Разведгруппа под его командованием обнаружила «ДРГ противника» и якобы захватила двух «азовцев» в плен. Чернева также представили к награждению медалью «За воинскую доблесть» первой степени с «денежным поощрением». 

«С 25 марта 2022 года в населенных пунктах Балаклея, Борщовка и Вербовка лично организовывал взаимодействие с местным населением по выявлению и задержанию лиц, негативно настроенных к военнослужащим ВС РФ и народной милиции «ЛНР», что позволило своевременно предотвращать диверсионные действия противника против военнослужащих группировки войск «Балаклея», — говорится в документах с флешки.

Капитан Владимир Чернев во время украинского наступления успел убежать. Из данных информационных ресурсов «ЛНР» известно, что с июня 2023 года он возглавил администрацию оккупированного Старобельского района. В феврале этого года Луганская областная прокуратура объявила ему подозрение в коллаборационизме. 

В январе 2023 года 202-й полк «ЛНР» вместе с другими силами «республики» вошел в Южный военный округ РФ.

Балаклея после российской оккупации, 19 сентября 2022 года. Фото: Стас Юрченко, Ґрати

«Каждый сделал свой выбор»

Граждане Украины из «республик» составляют значительную долю военнопленных в лагере «Запад-1». 

Это, в частности, заметно по именным карточкам военнопленных, которые прикреплены на перилах их кроватей. Кроме фото и фамилии в них указаны статьи, по которым их осудили, и срок отбывания наказания. Украинских граждан держат вместе с военнопленными россиянами. 

Григорий Касаточкин, 42-летний житель Луганска, получил уже два приговора. Первый — в июне 2022 года. Петропавловский райсуд Днепропетровской области осудил его по двум статьям обвинения: посягательство на территориальную целостность часть 2 статьи 110 УК и участие в незаконном вооруженном формировании часть 2 статьи 260 УК . Тогда его приговорили к 10 годам лишения свободы без конфискации имущества. Он отбывал его в колонии в Коломые. 

Военнопленный Григорий Касаточкин в лагере «Запад-1», ноябрь 2023 года. Фото: Татьяна Козак, Ґрати

Второй раз его судили в июне 2023 года в Ивано-Франковском городском суде. К предыдущим обвинениям добавили еще статьи: государственная измена часть 1 и 2 статьи 111 УК и участие в террористической организации часть 1 статьи 258-3 УК . Суд увеличил наказание до 15 лет лишения свободы, но засчитал год, который он отбыл по первому приговору. Также суд конфисковал имущество Касаточкина и лишил его права занимать должности в органах государственной власти и местного самоуправления на следующие пятнадцать лет.

Еще 25 июля 2022 года Касаточкин должен был отправиться на обмен, но он не состоялся, ведь 29 июля в Еленовской колонии, где держали пленных защитников «Азовстали», прогремели взрывы. Тогда погибли по меньшей мере 50 украинских военных, более 70 получили тяжелые ранения. 

30 июля с военнопленными, которые ждали обмена в Николаеве, среди них был и Касаточкин, общался блогер Владимир Золкин. Он сообщил им, что Россия заблокировала процесс, и рассказал, что произошло в Еленовке. Видео этого общения опубликовано на ютуб-канале Золкина. На нем Касаточкин представляется, называет свое звание: лейтенант. Говорит, что воевать не хотел — его принудительно мобилизовали. 

Но в тексте приговоров заявляется, что Касаточкин еще в 2015 году вступил в «Народную милицию ЛНР» — вооруженные силы боевиков на оккупированных территориях Луганщины, созданные в октябре 2014 года приказом Игоря Плотницкого. 

Сначала Касаточкин был пулеметчиком — за службу получал 15 тысяч рублей. Через год стал командиром взвода и получил звание лейтенанта, а также повышение зарплаты до 35 тысяч рублей. Служил до осени 2017 года в Алчевске. В том числе «нес боевые дежурства» на линии соприкосновения, обустраивал огневые позиции и полигоны для подготовки и ведения боевых действий против подразделений ВСУ.

Когда в феврале 2022 года объявили мобилизацию, Касаточкин уже пять лет как не был военным и работал охранником на местном рынке. На следующий день после приказа Пасечника он прибыл в военкомат в Луганске и пошел служить. 

На этот раз его назначили заместителем командира первой роты в 4 отдельной мотострелковой бригаде «ЛНР». Бригада была создана еще в 2014 году и входила в состав 2-го корпуса «ЛНР». Хотя 4 ОМСБр только с 31 декабря 2022 года официально стала частью российских военных сил, в ее составе задолго до полномасштабного вторжения воевали российские военные. 

Известно, что в июне 2017 года 4 ОМСБр «ЛНР» вела активные боевые действия на Луганщине. В одном из боестолкновений возле села Желобок с 93-й отдельной механизированной бригадой ВСУ попали в плен четыре бойца «ЛНР». Одним из них оказался российский военный-контрактник из Алтайского края, 22-летний Виктор Агеев. Россия тогда отказывалась признавать присутствие своих войск на оккупированных территориях. Технически там воевали «отпускники» — то есть российские военнослужащие в отпуске. Минобороны РФ отказалось и от Агеева. В ведомстве заявили, что он не был в рядах российской армии. 

Пленный не получил статус комбатанта. В начале 2018 года Новоайдарский суд Луганской области приговорил россиянина к 10 годам заключения за участие в террористической организации и незаконное хранение и ношение огнестрельного оружия и боеприпасов. Его обменяли только через два года, несмотря на активную публичную деятельность его матери Светланы Агеевой, которая обращалась и к российскому президенту, и к лидерам США, стран «нормандской четверки» с просьбой способствовать освобождению сына. В сентябре 2019 года во время обмена 35 на 35 задержанных, в котором участвовал и Агеев, вернулись домой 24 украинских моряка, задержанных в Керченском проливе, режиссер Олег Сенцов и журналист Роман Сущенко.

В мае 2023 года 4 ОСМБр «ЛНР» также упоминалась в российских сводках — в связи с гибелью двух старших офицеров российской армии, которые командовали бригадой в боях под Бахмутом.

В 2022 году 4 бригада участвовала в полномасштабном вторжении. 24 февраля «ЛНРовцы» переправились по понтонному мосту через реку Северский Донец в районе села Долгое Алчевского района Луганской области и захватили Лобачево. Оттуда продвигались вглубь подконтрольных Украине территорий в направлении Северодонецка. В этом наступлении участвовал и луганец Григорий Касаточкин. 

Через несколько месяцев, 31 мая 2022 года, Касаточкин и еще несколько его бойцов, среди них бывший обрубщик по чугунному литью Алчевского металлургического комбината, а после мобилизации — санитар Максим Николенко, попали в засаду возле села Метелкино под Северодонецком, сдались и так оказались в плену. 

В лагерь для военнопленных Касаточкин попал не сразу — только осенью 2023 года. Учреждение, по правилам Женевской конвенции, находится в глубоком тылу, чтобы не подвергать военнопленных опасности. Это бывшее здание исправительной колонии, которую после 2022 года переоборудовали для содержания военных РФ, захваченных на поле боя. 

День для военнопленных в лагере начинается в шесть часов утра. Они просыпаются, завтракают и идут работать. Рабочий день длится до 16:30, с перерывом на обед и перекур. На выбор у пленных есть несколько мастерских, где они могут работать. Некоторые работают на кухне — готовят для других еду и моют посуду. Касаточкин — офицер, поэтому по международному праву не должен работать. Но добровольно выходит на работу скорее от скуки. Он работает в цехе, где складывают подарочные бумажные пакеты или клеят конверты. Зарабатывает, как и остальные, по 10 гривен в день.

Цех в лагере для военнопленных «Запад-1», ноябрь 2023 года. Фото: Татьяна Козак, Ґрати

Сам подходит пообщаться, когда в подвальное помещение цеха приводят журналистов. У Касаточкина заметна офицерская выправка, но руки держит уже по-лагерному, за спиной. Об условиях содержания сразу отмечает, что хорошие: как в трудовом лагере. А с другими военнопленными они «одна большая пленная семья». 

— Почему пошли воевать?

— За «ЛНР». Мы, в принципе, не хотели отделяться от Украины. Свое мы сказали, что против смены власти таким образом в Киеве. Но нас никто не услышал… Тогда уже народ поднялся, весь народ. И пошло-поехало. Дальше начались уже обстрелы. 

Касаточкин вспоминает начало оккупации Луганщины. Как в 2015 он решил присоединиться к «Народной милиции», потому что «видел погибших детишек и многое увидел». Отслужил два контракта и ушел из армии, потому что понял «обратную сторону медали», когда от рук боевиков погиб его родственник, и стало очевидно, что «не так все просто и эта война надолго». Начал мирную жизнь, женился, у него родился ребенок. Когда в 2022 году объявили мобилизацию, он снова пошел воевать. 

— Я сам пошел в военкомат. Я не задумывался, просто пошел выполнять свой долг. Как солдат, как мужчина. 

— Жалеете об этом?

— Нет. Мы же взрослые, понимаем. Каждый сделал свой выбор. 

Снова и снова повторяя российские пропагандистские штампы, он хочет убедить, что войну развязала не Россия, а США, ради борьбы за ресурсы.

«Я воевал за Луганск и дальше не собирался идти», — говорит о своей цели в этой войне Касаточкин.

Его семья осталась в Луганске, несмотря на эвакуацию гражданских, объявленную властями «ЛНР» в феврале 2022 года перед началом вторжения. Теперь Касаточкин регулярно общается с женой по телефону из лагеря и стремится вернуться домой. 

Когда будет обмен — главный вопрос среди жителей лагеря «Запад-1». Касаточкин тоже интересуется у журналистов, но обнадеживающих новостей для него нет. Родные пленных говорят им, что обмены блокирует Украина, хотя на самом деле все наоборот.

Тех, кто попал в плен вместе с Касаточкиным, по его информации, уже обменяли. Сам надеялся на новогодний обмен, но до сих пор в колонии. 

«Я уже ни во что не верю. Сижу как… Если придется весь срок мотать, то я же, понятно, что не доживу… Может, какой-то там некролог напишете…», — улыбается, добавляя, что шутит.

Касаточкин не оставляет надежды, что скоро сможет вернуться в Луганск. И строит планы, чтобы избежать повторной мобилизации. Как? — Говорит, что «есть возможность не пойти», но без деталей. 

Под конец разговора даже переходит общаться на украинский, но получается скорее на суржике. 

«Я же украинец. Хоть и предатель, но украинец», — говорит Касаточкин.

Его фамилия недавно появилась в «списке россиян, которых родина использовала и бросила» — с таким предписанием публикует ГУР фамилии более двух тысяч военнопленных в телеграм-канале «Хочу жить».

«Некоторые из них заходили с оружием на территорию Украины в этот день ровно два года назад. Вряд ли тогда они догадывались, как сложится их судьба. Теперь они лишь строчки во всевозможных списках. Ненужные, забытые, оставленные своей страной. Они знают цену лозунгам пропагандистов, что «своих не бросаем». Бросают», — пишет ГУР, призывая РФ к обмену.

Лагерь для пленных на Львовщине: в каких условиях содержат российских военных

Дважды в плену

Когда в августе 2023 года после очередного брифинга представителей Координационного центра по вопросам обращения с военнопленными к журналистам вышли военнопленные, никто этого не ожидал. 

Практика пресс-конференций военнопленных применялась украинскими спецслужбами в начале вторжения. На них россияне призывали своих сослуживцев сдаваться или не брать в руки оружие и объясняли, как и почему они оказались в Украине. Но через несколько месяцев пресс-конференции прекратились. 

Прошел год, и в зал «Укринформа» зашли четверо в военном камуфляже. Среди них один россиянин из Северной Осетии, а остальные — украинские граждане: мобилизованные из Луганска, Новоазовска и из оккупированного после 2022 года Мариуполя. Они рассказывали о мобилизации, плену и условиях содержания в лагере для военнопленных. Журналисты также могли задать вопросы. 

Когда очередь дошла до 23-летнего луганчанина Никиты Лебедева, он сообщил, что уже второй раз в плену. Ему пришлось больше об этом рассказать — журналисты интересовались. 

Впервые Лебедева захватили в плен вместе с командиром взвода инженерной разведки в начале января 2023 года. В телеграмм-канале Владимира Золкина есть видео их короткого допроса. Блогер тогда опубликовал его с сообщением о пополнении «обменного фонда» за вознаграждение военнослужащим ВСУ в 800 долларов. На видео Лебедев выглядит испуганным. Он говорит о себе, что радиотелефонист. 

Табличка на кровати военнопленного Никиты Лебедева в лагере «Запад-1», ноябрь 2023 года. Фото: Татьяна Козак, Ґрати

В феврале его обменяли, но он снова попал на фронт, и уже в мае во второй раз оказался в плену. На этот раз надолго. 

«Я жду обмена, — говорил Лебедев на пресс-конференции после 4 месяцев повторного плена, — Если я пойду на обмен — я хочу попасть на обмен — я сделаю все, чтобы это не повторилось. Я не хочу воевать, я сделаю все возможное и невозможное, чтобы не попасть сюда снова, на эту войну». 

В 2014 году, когда Луганск оккупировали, Лебедеву было 13 лет. 

«В основном, до 9 класса, никаких изменений у меня в плане истории… — вспоминал Лебедев о своей учебе в школе, — Предмет «История Украины» также присутствовал. Никаких изменений не было. После 9 класса уже начали добавляться другие факты, начали добавлять в учебники по истории об этой войне, и в истории было указано, что Украина напала на Донбасс». 

После школы Лебедев остался в Луганске. Выезжать, по его словам, он не думал, потому что должен был ухаживать за старенькими родителями. 

«После учебы было трудно устроиться работать. В плане того, что работы толком не было никакой. Здесь за время появились перспективы пойти служить. Не долго думая, пошел», — рассказывал луганец. 

Он уточнил, что до полномасштабного вторжения у него было несколько контрактов.

«Не раз прерывал я эти контракты, уходил», — говорил Лебедев, но без подробностей. 

Подробнее о его службе говорится в приговоре Павлоградского горрайонного суда Днепропетровской области. Летом 2023 года Лебедева приговорили к 10 годам лишения свободы без конфискации имущества за посягательство на территориальную целостность часть 2 статьи 110 УК и участие в незаконных вооруженных формированиях часть 2 статьи 260 УК Украины . Он пошел на сделку: признал свою вину и согласился сотрудничать со следствием. 

В вердикте отмечается, что в 2019 году, то есть когда ему было 19 лет, Лебедев присоединился к рядам «Народной милиции ЛНР». До полномасштабного вторжения отслужил три контракта по 4-6 месяцев каждый. Сначала в должности связиста, а во время последнего контракта — сапером в отдельной инженерно-саперной роте. 

«После 24 числа (2022 года) мне пришла повестка, на которую я не стал реагировать. На тот момент еще не был рассчитан из части. Позвонил командиру, он сказал: Приезжай, разберемся. Я приехал, так в части и остался», — рассказывал Лебедев. 

По его словам, до апреля проходил службу в тылу, после чего его направили воевать в Рубежное Луганской области. Весной за город шли тяжелые бои, с мая 2022 года его оккупировали россияне. 

«Я находился в формировании группы, которая сопровождала «корпусников». Нашей целью было осматривать и разминировать, допустим, те же здания, если заминированы, поля. В общем делать дорогу, проходы. И параллельно занимались гуманитарным разминированием. То есть с горводоканалом мы сотрудничали и с электриками ходили вдоль линий электропередач и разминировали», — рассказывал Лебедев.

Военнопленный в лагере «Запад-1» звонит домой, ноябрь 2023 года. Фото: Татьяна Козак, Ґрати

Российские войска на Луганщине продвигались дальше, к границе с Донецкой областью. Ожесточенные бои шли возле Белогоровки. Именно там ВСУ несколько раз уничтожали российскую технику, которая пыталась форсировать Северский Донец. На некоторое время войска РФ захватили поселок, однако в сентябре 2022 года украинские войска вернули над ним контроль, хотя попытки его захватить не прекращались.

Именно под Белогоровкой Лебедев впервые попал в плен в январе 2023 года. 

«Нас отправили в 7 бригаду… Вывезли на Белогоровку, недолго я там пробыл. 4-5 числа (января 2023 года) нас вывезли, а 9 числа я попал в плен. Как попал в плен: в плен попал так, скажем, красиво. Солдаты ВСУ уже ждали нас на позиции. Мы неоднократно ходили на эту позицию. Последние два дня тишина на позициях была. Но когда мы пришли на позицию, у нас в составе шло шесть человек, чтобы минировать. Получается, мы закрывали свои позиции минами. После того, как начали минировать, мне пришлось до самого конца посадки идти вместе с командиром и проводником. Когда я только сел минировать, услышал, что что-то происходит. Когда я увидел, что происходит, нас уже окружили, моих командиров связали», — рассказывал Лебедев. 

После быстрого обмена он сначала находился дома на лечении. А после прохождения медосмотров его снова направили в воинскую часть. Второй раз на передовую он попал «на недобровольной основе» уже в составе штурмовой бригады, куда его перевели из инженерных войск. 

Лебедева вскоре отправили на штурм, несмотря на то, что был ранен: под бронежилет залетела пуля. 

«Меня отправили в госпиталь, там меня просто осмотрели, заклеили пластырем и отправили обратно», — сказал он.

Во время штурма его во второй раз ранило. Прилетела поблизости мина, осколки «прошили» спину, пробили легкие и вышли через плечо. Он также сломал ребра. 

«И получается, товарищи, которые были ранены, но могли идти, и шли, они не смогли просто подобрать меня, помочь мне выйти оттуда. Меня бросили там. После этого когда какое-то время прошло, я пришел в себя уже, пришел в чувство, пополз в сторону позиций ВСУ. На тот момент перед этим по рации передали, что позиция якобы под нашим контролем. Но когда я приполз туда, это уже было мне ясно…», — вспоминал Лебедев.

На каком направлении это происходило, он не уточнял. 

В окопе военные ВСУ оказали Лебедеву неотложную медицинскую помощь, перевязали и дали обезболивающее, а в госпитале сделали операцию, спасая жизнь и конечность. После чего его направили в лагерь. 

Лебедев надеялся, что пресс-конференция поможет ускорить его возвращение домой, но он до сих пор в плену.

Освобожденные во время большого обмена украинские военнослужащие, 31 января 2024 года. Фото: Офис Президента Украины

В Координационном штабе по вопросам обращения с военнопленными отмечают, что повторное попадание в плен — это пока единичные случаи. Но из разговоров с военнопленными понятно, что после обмена их снова возвращают на фронт, хотя некоторые из них отмечают, что существуют возможности этого избежать. Среди мобилизованных лишь единицы отказываются от обмена, говорят в Координационном штабе. 

Подтвержденных данных, сколько украинских граждан за это время мобилизовали на оккупированных территориях нет, но речь идет о тысячах людей. 

Военкоматы на оккупированных территориях Луганщины и Донетчины уже включили в российскую систему призыва — это произошло в ноябре 2022 года. Об этом сообщалось в докладе главы мобилизационного управления генштаба РФ Евгения Бурдинского, опубликованного в мае прошлого года. В документе также говорилось, что из «республик» мобилизовали почти 80 тысяч человек. «Ґрати» спросили ГУР, соответствует ли это число действительности, но ответ не получили.

Осенью 2023 года призыв в российскую армию официально объявили, в том числе, на оккупированных после 2022 года территориях, в частности на Херсонщине и в Запорожской области. Весенний призыв 2024 года также проходит «во всех регионах РФ» — с 1 марта четыре украинских региона под российской оккупацией вошли в Южный военный округ России.