«Нет оснований». Осужденного за участие в блокаде Крыма жителя оккупированной Херсонщины Наримана Дермана держат в российской тюрьме несмотря на инвалидность
Мирный митинг на админгранице с Крымом, 2015 год. Фото: Анастасія Москвичова для Радіо Свобода
58-летний житель оккупированной Новоалексеевки Нариман Дерман находится под стражей более полутора лет несмотря на инвалидность. Российский суд в Геническе осудил его за участие в 2016 году в батальоне имени Номана Челебиджихана. Оккупация части Херсонщины в 2022 году развязала руки российским силовикам, чтобы преследовать крымских татар и других местных за поддержку блокады Крыма десять лет назад. Дело Наримана Дермана — одно из почти полусотни таких уголовных производств.
«Ґрати» рассказывают подробнее о деле политзаключенного крымского татарина и репрессиях под видом уголовных дел об участии в крымском батальоне.
«Поговорим — и отпустим»
7 февраля 2024 года в половине девятого утра домой к Нариману Дерману в селе Новоалексеевка Херсонской области постучались трое сотрудников ФСБ. Когда им открыли, они потребовали предъявить документы. В этот момент Нариман находился дома вместе с женой.
Нариман Дерман. Фото из семейного архива
«Я сказала, что у моего мужа — инвалидность второй группы по эпилепсии. В тот момент я как раз оформляла уход за ним и сдала оригинал украинской справки медико-социальной экспертизы, на руках осталась только ксерокопия. Один из них спросил, как часто у Наримана бывают приступы. Я ответила, что по-разному — зависит от состояния. Тогда другой спросил: “Пил сегодня таблетки?”. Нариман ответил, что нет — он никогда не принимает лекарства без моего ведома. Я всегда сама давала ему таблетки, только после еды», — вспоминает о том утре Зера Дерман, супруга Наримана.
После этого ее мужа посадили в машину и увезли в неизвестном направлении, пообещав, что после «разговора» отпустят. Такие внепроцесуальные беседы — практика ФСБ. Следователи или оперативники спецслужбы проводят их без протокола и подписей, в любом месте. И в дальнейшем они могут использовать информацию, полученную в ходе этого разговора, в официальном расследовании.
«Мне позвонили уже позже — просто поставили перед фактом: завтра, 8 февраля, у Наримана суд», — вспоминает Зера Дерман.
О том, что против Наримана Дермана возбуждено уголовное дело по статье об участии в незаконном вооруженном формировании — батальоне имени Номана Челебиджихана, его жена узнала уже в суде.
Гражданская блокада Крыма
О создании батальона имени Номана Челебиджихана заявил в начале 2016 года бизнесмен, гендиректор крымскотатарского телеканала ATR и вице-президент Всемирного конгресса крымских татар Ленур Ислямовов. В его состав, как заявлялось, вошли участники акции «Гражданская блокада Крыма», которые в сентябре 2015 года перекрыли для грузовиков пункты пропуска на крымской админгранице и выступали против торговли с оккупированным полуостровом. Через два месяца правительство Украины официально запретило грузовые перевозки в Крым.
Блокада Крыма, 2015 год. Фото: Крым.Реалии
В октябре участники гражданской акции на админгранице начали выдвигать требования украинским властям ввести энергетическую блокаду полуострова. Вскоре в Херсонской области подорвали линии электропередач, что привело к блэкауту в Крыму. Российские власти ввели режим чрезвычайной ситуации. В подрыве ЛЭП силовики в Крыму обвинили бойцов батальона и его лидера Ленура Ислямова. Впоследствии его там заочно приговорили к 18 годам заключения.
По версии российского следствия, «Ислямов организовал и руководил совершением преступления — диверсии, то есть совершением взрывов, направленных на разрушение сооружений в целях подрыва экономической безопасности и обороноспособности Российской Федерации, совершенных организованной группой, повлекших причинение значительного имущественного ущерба».
Кроме диверсии Ислямову вменили создание «вооруженного формирования, не предусмотренного федеральным законом» и «призывы к действиям, направленных на нарушение территориальной целостности РФ, совершенные с использованием СМИ».
Батальон имени Номана Челебиджихана, созданный добровольческим объединением, так и не вошел в структуру ни Национальной полиции, ни Министерства обороны, хотя Ленур Ислямов активно вел об этом переговоры со структурами. Совместные с пограничниками патрули на админгранице с Крымом проводили участники «гражданского формирования по охране общественного порядка и государственной границы Аскер», зарегистрированного Ленуром Ислямовым в феврале 2016 года.
Ленур Ислямов. Фото: Стас Юрченко, Ґрати
После начала полномасштабного вторжения Ислямов возглавил роту огневой поддержки 251-го батальона территориальной обороны, куда, по его словам, вошли крымские татары и украинцы из Крыма, которые участвовали в блокаде полуострова. На базе батальона ТрО в августе 2023 года создали 48 отдельный штурмовой батальон ВСУ. Ислямов был его командиром до января 2025 года. Название батальона «имени Номана Челебиджихана», хоть и звучало в медиа, но так и не стало официальным.
«Внутренним приказом майор Ленур Ислямов присвоил батальону название «имени Номана Челебиджихана» и инициировал процедуру переименования на уровне Генштаба. Однако этот процесс не был завершен в связи со снятием с должности майора Ленура Ислямова», — объяснили «Ґратам» в батальоне.
Тем не менее в июне 2022 года Верховный суд РФ признал батальон имени Номана Челебиджихан террористической организацией и запретил его, удовлетворив иск российской Генпрокуратуры.
«Под репрессии попали даже те, кто выполнял бытовые функции»
Репрессии против крымских татар распространились из Крыма на Херсонщину после оккупации области в 2022 году. Российские силовики устроили масштабные облавы в ряде населенных пунктов: Рыково, Новоалексеевке, Геническе. Задержанных местных жителей из крымскотатарского населения чаще всего называли участниками батальона имени Номана Челебиджихана.
«Аресты и задержания проводились главным образом на территории Генического района Херсонской области. Людей вывозили в Крым, и изначально именно крымские суды выносили решения в их отношении», — рассказал «Ґратам» председатель «Крымскотатарского ресурсного центра» Эскендер Бариев.
По данным общественной организации, которая борется за деоккупацию Крыма, в распоряжении российских спецслужб оказался список предполагаемых участников батальона, в котором числится не менее 250 человек.
Крымская ФСБ начала собирать информацию о батальоне еще до полномасштабного вторжения, используя агентурные связи и внедренных агентов, уверен правозащитник Эскендер Бариев. По его словам, дислокация батальона вблизи админграницы с оккупированным Крымом позволяла спецслужбам вести пристальное наблюдение за ним с территории полуострова. После оккупации Херсонской области источниками информации стали также коллаборанты и бывшие сотрудники СБУ. В этом контексте Бариев упоминает об Илье Киве, бывшем украинском политике, который после полномасштабного вторжения сбежал в Россию. В 2015 году, в разгар гражданской блокады Крыма, Киву был первым заместителем начальника ГУ УМВД в Херсонской области и тесно контактировал с батальоном Ислямова, а позже между ним и Ислямовым возник конфликт.
Илья Кива (справа) во время конфликта с участниками блокады Крыма, 2015 год. Фото: Крым.Реалии
В качестве доказательств в российских уголовных делах против предполагаемых участников батальона чаще всего использовались старые публикации из соцсетей, фотографии и показания засекреченных свидетелей.
«Под репрессии попали даже те, кто во время гражданской блокады Крыма выполнял бытовые функции — готовил еду для участников, подвозил людей или просто находился рядом. Обвинения предъявлялись и активистам, не имевшим прямого отношения к блокаде, но связанным с местными меджлисами», — объясняет Бариев.
Начиная с 2014 года, «Крымскотатарский ресурсный центр» зафиксировал как минимум 66 задержаний по обвинению в участии в батальоне имени Номана Челебиджихана. До полномасштабного вторжения это было 19 дел. Большая часть арестов приходится на период на оккупации Херсонской области после полномасштабного вторжения — было открыто 45 дел. В 39 из них задержаны именно крымские татары.
С момента признания батальона имени Номана Челебиджихана террористической организацией, в России стал возбуждать уголовные дела против украинских военнослужащих 48 отдельного штурмового батальона, захваченных в плен во время боев. Южный окружной суд Ростова-на-Дону в мае этого года сообщал о приговоре бойцу 48-го батальона Игорю Варчуку, которого судили на 20 лет за статьями об участии в деятельности террористической организации и прохождении обучения в целях осуществления террористической деятельности . «Крымскотатарскому ресурсному центру» известно о еще двух таких делах против украинских военнопленных из 48-го батальона.
«На эпилепсию никто внимание не обращал»
«Его привезли в суд в крайне тяжелом состоянии: он едва держался на ногах. Прямо в зале у него начались эпилептические приступы», — вспоминает Зера Дерман заседание 8 февраля 2024 года, на котором ее мужу Нариману избирали меру пресечения.
Ходатайство об аресте рассматривали не по месту жительства Наримана, а в Крыму, куда его перевезли после обыска. Его направил в Киевский районный суд Симферополя следователь крымского управления ФСБ П.А. Кулинец. Судья Валентина Камынина (11 июня 2025 года СБУ предъявила Камыниной подозрение в госизмене), удовлетворила требование следствия, несмотря на заболевание подозреваемого.
«На эпилепсию никто внимание не обращал, как будто ее не было», — говорит адвокат Марлен Халиков, который представлял интересы Дермана во время досудебного следствия.
По словам защитника, суд требовал медицинские документы, но у семьи их не было на руках.
«Все последующие заседания, их было три, на которых затем продлевалась мера пресечения, уже проходили в закрытом режиме. Мне не разрешали присутствовать», — говорит Зера Дерман.
Сначала Нариман Дерман недолго находился в СИЗО в Симферополе, затем его перевели на стационарную судебно-психиатрическую экспертизу . После этого несколько месяцев его местонахождение оставалось неизвестным, но позже семья узнала, что его содержали в СИЗО на Чонгаре в Херсонской области.
Через несколько недель после ареста имя Наримана Дермана внесли в перечень террористов и экстремистов.
По версии ФСБ, в 2016 году Нариман Дерман присоединился к батальону имени Номана Челебиджихана. Якобы он «имел огнестрельное оружие и обеспечивал проверку людей и автотранспорта на пунктах пропуска между Украиной и Россией, а также охрану объектов батальона». Федеральные СМИ называли его «украинским боевиком».
Портрет Номана Челебиджинана в лагере участников блокады Крыма, 2015 год. Фото: Крым.Реалии
В том же деле фигурировали еще двое крымских татар из Херсонской области — Асан Дурсунов и Эльдар Кестан. Однако их задержали и осудили раньше, чем самого Наримана, в 2023 году.
По существу дело Наримана Дермана рассматривали уже в Херсонской области — Геническом районном суде, который был создан в апреле 2023 года согласно федеральному закону РФ. Дело Наримана Дермана слушал судья Сергей Индирейкин, которого Владимир Путин перевел своим указом из Ульяновской области России.
На заседаниях Нариман Дерман был уже с адвокатом по назначению — у семьи не было возможности оплатить частного защитника. По личным обстоятельствам жена Наримана не всегда могла присутствовать на заседаниях.
«Судья видел его приступы, но и все. Все равно вели суды, вопросы задавали. Он едва отвечал. Во время одного заседания суд трижды делал перерыв из-за приступов. После третьего раза суд все же вызвал скорую помощь», — вспоминает Зера Дерман.
По ее словам, врачи приехали, зафиксировали серию эпилептических припадков и ввели двойную дозу неизвестного препарата. Несмотря на это, суд продолжил заседание.
Дерман находился в состоянии, при котором ему было сложно воспринимать происходящее: он не понимал, что от него требуют, не мог связно отвечать — мозг просто «отключался», отмечает его жена. Почти все слушания проходили в такой атмосфере. На последнем заседании приступов не было, но к завершению судебного процесса Нариман выглядел очень больным и измотанным.
В октябре 2024 года суд признал Наримана Дермана виновным и приговорил к трем годам и шести месяцам колонии строгого режима с отбыванием первого года наказания в тюрьме.
Ни на этапе досудебного расследования, ни в суде Нариман Дерман вину не признал: он полностью отрицал свое участие в батальоне. Он соглашался, что был на админгранице, но как участник мирной акции.
«Появились свидетели, скорее всего наемные. Они сказали, что он был там. Муж суду ответил, что бывал там несколько раз, держал в руках крымскотатарский флаг, но стоять часами [с оружием на пункте пропуска] не мог — у него постоянные приступы», — рассказала про позицию мужа в суде Зера Дерман.
Лишение гражданства и отказ в медкомиссии
После вынесения приговора Наримана Дермана увезли в Россию — в тюрьму в Верхнеуральске в Челябинской области. Его жена до сих пор не смогла навестить его из-за большого расстояния и финансовых трудностей с поездкой.
В заключении приступы у Дермана участились. 31 декабря 2024 года мужчину госпитализировали в тюремную больницу в Челябинске. После 22 дней наблюдения его выписали с подтвержденными диагнозами, включая сердечные заболевания и эпилептические приступы. Однако к освобождению от наказания это обследование не привело.
Его жена тогда обратилась к администрации учреждения с просьбой провести медицинскую экспертизу. Она была уверена, что основания для освобождения Наримана по состоянию здоровья есть. На этот раз Зера подала копии документов об инвалидности, которые Нариману выдали еще до ареста.
Через месяц начальник тюрьмы Сергей Леонтьев сообщил ей, что нет оснований для направления Наримана Дермана на медицинское освидетельствование.
«На 2 октября состояние здоровья Дермана удовлетворительное, назначенное амбулаторное лечение получает в полном объеме», — говорится в официальном ответе.
Это решение есть еще возможность оспорить, но только в суде.
Через 8 месяцев после приговора, в июне 2025 года, Нариману Дерману официально сообщили в тюрьме о лишении его гражданства Российской Федерации, которое он получил в середине мая 2023 года вследствие принудительной паспортизации после оккупации Херсонщины.
Решение его отобрать приняло Главное управление МВД России по Херсонской области, ссылаясь в уведомлении на Федеральный закон «О гражданстве Российской Федерации» , где одним из оснований лишения гражданства является совершение преступления.
«Мы пытаемся это обжаловать через суд, но надежды мало», — говорит Зера Дерман.
Сможет ли он вообще вернуться домой — в оккупированную Новоалексеевку — не известно. После отбытия срока он не сможет получить документы для проживания: наличие судимости может стать причиной отказа. Даже если ему все же удастся получить вид на жительство, его права будут сильно ограничены. Он не сможет получать пенсию, а как иностранцу ему запрещено владеть недвижимостью в приграничной зоне.
«Интересам России противоречит не деятельность крымскотатарского объединения, а незаконный захват украинских территорий»
В декабре 2024 года независимый российский правозащитный центр «Мемориал» (ликвидирован и признан в России «иноагентом») признал Наримана Дермана политическим заключенным.
В своей позиции по делу правозащитники отметили, что сам по себе факт участия в батальоне имени Номана Челебиджихана не может считаться преступлением, а деятельность батальона нельзя считать нелегальной в Украине.
«Доказательством тому — совместное патрулирование границы с Погранслужбой Украины. При этом интересам России противоречит не деятельность крымскотатарского объединения, а незаконный захват украинских территорий», — говорится в досье дела на сайте «Мемориала».
Представительство Президента Украины в Крыму считает политзаключенными осужденных за якобы участие в батальоне имени Номана Челебиджихана.
Однако делают различия: осужденные по статье 208 УК РФ (организация незаконного вооруженного формирования) — это гражданские политзаключенные, а осужденные после 2022 года по статье 205.5 УК РФ (террористическая организация) — незаконно преследуемые военнопленные.
«Российская Федерация целенаправленно отождествляет современное военное подразделение ВСУ с ранее существующим добровольческим формированием, искусственно сохраняя риторику борьбы с терроризмом для оправдания преследований. Фактически, такое правоприменение есть не что иное, как инструмент политических репрессий и нарушение норм международного права», — отмечают в Представительстве Президента.
Эскендер Бариев Фото: Стас Юрченко, Ґрати
В «Крымскотатарском ресурсном центре» настаивают: всех фигурантов дел об участии в батальоне имени Номана Челебиджихана следует считать военнопленными, даже если они были осуждены за участие в «гражданской блокаде Крыма», и вносить их в соответствующие списки на обмен. С таким требованием крымскотатарский правозащитник Эскендер Бариев обращается к украинским чиновникам и правоохранительным органам, которые участвуют в организации обменных процессов. Участники блокады Крыма, доказывает Бариев, — комбатанты, поскольку помогали пограничникам обеспечивать порядок. При этом он не разделяет уголовные дела, возбужденные до начала полномасштабного вторжения, и после.
Освобождение крымских татар из российского заключения, отмечал в комментарии «Укринформу» в Стамбуле Мустафа Джемилев, — «под табу» в России. Поскольку оккупационные власти считают, что возвращение крымских татар вдохновляет на более сильное сопротивление.
В прокуратуре АР Крым и города Севастополя отмечают в ответ на запрос «Ґрат», что несмотря на статус гражданских или комбатантов, лица, которых Россия привлекает к уголовной ответственности за якобы участие в батальоне имени Номана Челебиджихана, находятся под защитой международного гуманитарного права, и нарушение их права на справедливый и официальный судебный процесс будет считаться военным преступлением . Украинские правоохранители, сообщили в прокуратуре, расследуют преследование граждан Украины по делам об их участии в батальоне имени Номана Челебиджихана и блокаде полуострова по трем статьям: как военное преступление , незаконное лишение свободы или похищение человека и нарушение неприкосновенности жилища , однако потерпевших по делу пока нет.
10 октября в 16:00 добавлен комментарий прокуратуры АР Крым и Севастополя
Нашли ошибку в тексте?
Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
