«Показательная казнь, чтобы остальные боялись». Медсестру Ирину Данилович приговорили в Крыму к семи годам за взрывчатку в футляре для очков

Ирина Данилович. Фото: страница Данилович в фейсбуке
Ирина Данилович. Фото: страница Данилович в фейсбуке

Городской суд Феодосии приговорил медсестру и гражданскую активистку Ирину Данилович к семи годам заключения и штрафу за взрывчатку, найденную в ее футляре для очков. Следствие так и не выяснило, когда и где она ее взяла и зачем носила с собой часть 1 статьи 222.1 Уголовного кодекса РФ . Сама Данилович утверждает, что взрывчатку ей подбросили сами оперативники ФСБ. Они похитили ее, неделю держали в подвале управления в Симферополе, а когда не смогли добиться признаний в госизмене, положили 200 грамм взрывчатки в футляр. Следствие по делу о госизмене продолжается и есть большая вероятность, что сегодняшним приговором преследование Данилович не закончится.

«Ґрати» подробно освещали процесс Ирины Данилович. Это — заключительный репортаж о том, что стороны говорили в прениях, и как судья Наталья Кулинская обосновала свое решение. Фотографировать на процессе было запрещено, поэтому мы вынуждены использовать фотографии, переданные редакции семьей Данилович.

 

«Вскрой себе вены и отстань от нас»

На судебные прения Ирина Данилович приехала обессиленной. Она сразу попросила судью перенести заседание на другой день — по состоянию здоровья. В прошлый раз Данилович уже сообщала про боль в ушах и плохой слух. Жаловалась в СИЗО, но никто не отреагировал, а конвой все равно привез ее на очередное заседание.

«Я уже месяц пытаюсь добиться, чтобы мне вызвали врача. Меня вместо этого ведут к фельдшерам, которые говорят: «Вскрой себе вены и отстань от нас» — держась рукой за левое ухо, пересказывала свое общение с тюремными медиками Данилович.

Конвоир удивленно посмотрел на нее и сказал, что его никто не предупредил о плохом самочувствии Данилович.

«Не видно, что ей плохо», — сказал прокурор Дмитрий Лященко.

Судья Наталья Кулинская объявила перерыв, вызвали скорую помощь. Приехали фельдшеры из Феодосии. Пока они работали, судья и прокурор вышли из зала и тихо беседовали между собой.

Скорая помощь у здания горсуда Феодосии. Скриншот с видео Ґрати

Медики скорой осмотрели Данилович, предложили ей таблетки, которые пьют при сердечной недостаточности, от которых она со своим отитом отказалась.

Она еще раз попросила суд отложить заседание, но безуспешно.

«Я не могу полноценно вас слушать. Вы когда-нибудь были с ведром на голове, чтобы вам стучали молотком по ведру? Вот у меня такое состояние сейчас», — убеждала суд Данилович.

 

Прокурорский гуманизм

Перед тем, как приступить к прениям, прокурор Дмитрий Лященко показал суду справку о том, что один из свидетелей обвинения — понятой Константин Высокогляд — действительно, как утверждала защита, работает в МВД Крыма заместителем начальника отдела по вопросам миграции в Бахчисарае, но с июля 2022 года.

Адвокатка Оксана Железняк напомнила в ответ, что даже если это так, Высокогляд скрыл во время допроса свое место работы от суда.

«Они подделали все обвинения, подделали все экспертизы, вы думаете они не подделали эту справку? Мне вообще все равно», — отреагировала Данилович.

Адвокаты требовали суд признать его показания недопустимыми, а Данилович и вовсе утверждала, что они сфальсифицированы, и понятых она никогда не видела.

Впрочем, даже поверхностный поиск показывает: если Высокогляд и работает замначальника отдела в полиции с лета 2022 года, то обычным инспектором МВД — гораздо раньше. В качестве инспектора Управления по вопросам миграции крымского управления МВД он указан, например, среди авторов сборника статей по итогам конференции «Тенденции развития юридической науки на современном этапе», которая проходила в 2019 году.

Гособвинитель встал, взял в руки несколько листов бумаги и приступил к прениям.

Ирина Данилович, утверждал прокурор, приобрела самодельное взрывное устройство, средства взрывания и «средства доставки» — футляр для очков, а также поражающие элементы в виде игл от медицинских шприцов. Она поместила взрывное устройство в тканевую сумку, передвигалась с ним по территории Крыма, пока ее не задержали сотрудники ФСБ. 29 апреля они изъяли взрывчатку в здании управления ФСБ в Феодосии.

«Преступная деятельность была пресечена. Вину Данилович не признала, указала, что была задержана сотрудниками ФСБ и они незаконно удерживали ее в подвале, оказывая психологическое воздействие. Она пояснила, что взрывчатых веществ не хранила, считает, что это было сделано умышленно сотрудниками правоохранительных органов», — скороговоркой читал прокурор.

«Я не понимаю, что прокурор огласил». Репортаж из суда в Феодосии, где медсестру и гражданскую журналистку Ирину Данилович судят из-за взрывчатки в футляре для очков

В качестве доказательств вины Данилович прокурор назвал показания сотрудников ФСБ, которые говорили в суде, что задержали Данилович 29 апреля, увезли ее в управление спецслужбы в Феодосии, где обыскали и нашли взрывчатку в футляре для очков. Понятые их рассказ подтверждали. Кроме этого, прокурор назвал результаты экспертиз, которые обнаружили на смывах с рук Данилович следы взрывчатки.

«Обнаруженный у Данилович предмет является взрывчатым веществом, протокол сбора образцов ногтевых пластин, а также смывы с рук и с предметов, подтвердили присутствие гексогена, обнаруженного во взрывчатке», — читал прокурор.

Причин оговаривать медсестру у свидетелей, по мнению прокурора, нет.

«Прошу суд критически отнестись к показаниям Данилович, поскольку это способ уклониться от ответственности», —  говорил гособвинитель.

Отягчающих обстоятельств гособвинитель не нашел, а в качестве единственного смягчающего упомянул инвалидность отца Данилович. Заключение в колонии общего режима, решил прокурор, будет соответствовать «принципам гуманизма и справедливости». И запросил для Данилович 7 лет заключения и штраф в размере 60 тысяч рублей.

 

«Считаю обвинение несостоятельным». Прения защиты

Адвокаты в прениях постарались сосредоточиться на том, чтобы поставить под сомнение версию обвинения и, в итоге, ее опровергнуть.

«На скамье подсудимых находится Данилович Ирина Брониславовна — примерная дочь своих достойных родителей, профессионал в области медицины. На мой взгляд, Ирина Брониславовна является хорошим и образованным человеком. То, в чем ее обвиняют является немыслимым и не соответствующим ее принципам, характеру и жизненным приоритетам», — начал выступление в прениях адвокат Айдер Азаматов.

Адвокат Айдер Азаматов, 2017 год. Фото: Антон Наумлюк, Ґрати

Он назвал дело сфабрикованным российской спецслужбой, чтобы дискредитировать Данилович.

«Ее преследуют за освещение проблем в области медицины, общение с журналистами и разоблачение коррупции», — говорил защитник. Он настаивал, что многие доказательства получены против нее с нарушениями и их необходимо исключить из материалов дела. Например, письменные показания оперативников ФСБ, которые сейчас принимают участие в военных действиях против Украины. Суд отказался вызвать их для допроса, несмотря на просьбы защиты.

Адвокат утверждал, что оперативники ФСБ солгали, когда говорили, что привезли Данилович в управление в Феодосии и там обыскали. Защита утверждает, что Данилович сразу увезли в Симферополь и держали неделю в подвале управления на бульваре Франко, 13, не сообщая никому, где она находится. Все это время ее допрашивали, вынуждая признаться в госизмене. И лишь неделю спустя при повторном осмотре вещей нашли взрывчатку, которую сами туда подбросили.

Обвинение в госизмене не получилось, нужно было как-то обосновать ее нахождение в отделе ФСБ все это время», — говорил Азаматов.

«Прошу вынести оправдательный приговор Ирине Брониславовне, освободить ее в зале суда и прекратить уголовное преследование», — закончил речь Азаматов.

Вслед за ним выступила адвокатка Оксана Железняк. Она напомнила суду, что к Данилович применялись пытки и нечеловеческое обращение. Когда ее держали в подвале управления ФСБ в Симферополе, адвоката не только не было, но и само нахождение там Данилович скрывалось от родных и защитников. Фактически, это позволило беспрепятственно отобрать у нее личную сумку и подбросить туда взрывчатку.

Адвокатка Оксана Железняк, 2016 год. Фото: Антон Наумлюк, Ґрати

У нее незаконно отобрали биологические образцы, — продолжала адвокатка, — на которые потом, вероятно, были нанесены следы взрывчатки. Из-за нарушений защита просила признать экспертизу недействительной, но безуспешно.

Железняк вернулась к самому факту похищения Данилович. Это подтвердил свидетель Сулейман Кадыров, который вместе с ее отцом разыскивал медсестру, и отчетливо видно на видеозаписи с камер наблюдения АЗС неподалеку.. Оперативники ФСБ в суде утверждали, что Данилович неделю прожила в управлении добровольно, потому что у нее не было жилья в Симферополе. Но свидетель Даниил Самохин в суде точно сказал, что медсестра находилась в управлении в наручниках. Железняк попросила суд дать объективную оценку этим обстоятельствам и принять меры реагирования.

Да и показания большинства свидетелей вряд ли можно считать объективными. Руслан Нариманов и Олег Савченко — сотрудники ФСБ, а значит полностью заинтересованы в исходе дела, — говорила Железняк. Понятые Самохин и Константин Высокогляд тоже заинтересованные лица, поскольку их привлекли через университетского преподавателя, напрямую сотрудничающего с ФСБ. Причем имя преподавателя они скрыли от суда, как и то, что Высокогляд, пришедший на допрос с материалами дела, работает в МВД.

«Осуществляла поддержку Украины». Суд в Крыму допросил сотрудников ФСБ и посмотрел видео похищения медсестры Ирины Данилович. И они противоречат друг другу 

Их показания защита просила признать недопустимыми. Как и письменные показания сотрудников ФСБ Юрия Чевалкова и Сергея Суворова, которые задерживали Данилович, но не явились на судебное заседание, поскольку воюют в Украине. Без их допроса письменные показания проверить было нельзя, но суд это не смутило.

«Данилович до момента задержания постоянно проживала с родителями преклонного возраста. Оба являются пенсионерами с хроническими заболеваниями, а отец с инвалидностью. Им требуется уход, чем и занималась Данилович на протяжении многих лет. Она работала на двух работах, пытаясь обеспечить родителей. На работе у нее есть множество положительных отзывов. Прошу суд вынести оправдательный приговор», — закончила выступление Железняк.

 

«Унизили весь институт правосудия». Прения Ирины Данилович

Данилович выступала эмоционально и полностью отрицала вину.

«Когда я была на первом курсе медицинского колледжа, меня направили на практику в городскую больницу. Это было время, когда появились первые петарды, и я увидела ребенка, которому петардой разорвало лицо. С тех пор в жизни я никогда не брала в руки петарды — я их боюсь. То что здесь происходит для меня вообще бред полный. Могли хотя бы наркотики подбросить — хотя бы что-то было…», — убеждала она суд.

Она прямо утверждала, что оперативники ФСБ подложили ей взрывчатку в вещи. Она обратила внимание, что следствие так и не установило, где она взяла взрывное устройство и что хотела с ним сделать.

Ирина Данилович. Фото предоставлено семьей

«В деле нет ни одного настоящего свидетеля незаинтересованного вообще! Если бы они пошли на мою работу за свидетелями, они бы узнали, что у меня в футляре действительно лежали очки, потому что я ими пользуюсь. Зато в материалах дела целая тонна материала, где я говорю о медицине, о коррупции в СМИ. Это говорит о том, что мое дело — это показательная казнь, чтобы остальные боялись. Это способ борьбы не только со свободой слова, но и свободой мысли», — выступала Данилович.

Она вновь повторила, что не видела до суда свидетелей, утверждающих, что были понятыми во время ее обыска.

«Я видела понятых в зале суда первый раз в жизни, как и они меня. Ни один из них не смог сказать, в чем я была одета 29 апреля, в день моего якобы задержания и обыска», — говорила медсестра.

Выступавших в качестве свидетелей оперативников ФСБ Данилович обвинила в фальсификации показаний.

«Все что они говорили — полная ложь. Они врали перед судом, убежденные в своей полной безнаказанности. Они знают, что им ничего не будет — это норма для них. Тем самым они унизили весь институт правосудия, они унизили суд. Они знают, что им за убийство и похищение ничего не будет. Столько лжи, сколько на этих заседаниях, я не знала, что так можно врать», — Данилович переполняли эмоции.

Она утверждала, что под давлением, находясь в подвале ФСБ, подписывала бумаги, которые ей приносили оперативники и следователь, не читая их и не зная, что в них

«Я вообще не видела бумаги, которые мне давали подписывать. Мне просто говорили ставить подписи рядом с галками, если я хочу жить, иначе мы едем «в лес». Лавров Следователь ФСБ Александр Лавров  сказал: «Ничего страшного, мы в Чечне еще хуже чудили!». Другой при шести свидетелях орал: «Мало мы тебе взрывчатки подбросили, жалко меня не было, я бы тебе целую сумку бомб накидал и еще наркоты прямо в тебя бы засунул».

Данилович в конце отказалась суд просить оправдать ее, разочарованная в правосудии.

«Я не буду суд о чем-то просить, я не вижу смысла, я ни в чем не виновата, чтобы кого-то просить. А по закону и по совести, думаю, можно было бы … прекратить уголовное дело против меня по причине непричастности к совершению преступления».

«Для кого в Крыму строят новые тюрьмы». Последнее слово медсестры Ирины Данилович, которую ФСБ хотела обвинить в госизмене, но судили за взрывчатку

«Вам не стыдно?» — тихо обратился к прокурору отец Ирины Бронислав Данилович после выступления дочери. Все это время он смотрел в сторону стола, за которым сидел гособвинитель.

Когда он снова попытался что-то сказать, прокурор посмотрел на судью, — она тут же отреагировала и пригрозила выгнать отца Данилович из зала.

 

Приговор

На следующий день Данилович завели в зал в сопровождении конвоя и сняли наручники.

«Как мама? Папа, только не переживай, все нормально», — грустно улыбнулась она отцу, переживая за его здоровье в ответ на приговор.

Он подсел поближе к ней и стал рассказывать, что снова обратился к российскому омбудсмену — на этот раз с жалобой на неоказание медицинской помощи дочери.

Адвокаты и прокурор на оглашение приговора не приехали. В зал, кроме отца, удалось зайти только двум слушателям. Еще два десятка человек, приехавших поддержать Данилович, остались на улице — их не пустили на заседание.

Ирина Данилович. Фото предоставлено семьей

Судья коротко пересказала версию обвинения: находясь на территории Крыма, Данилович приискала взрывчатое вещество и носила его с собой в футляре для очков.

«Осознавая общественную опасность своих действий, действовала незаконно, в целях конспирации поместила в свою сумку и передвигалась с ним до момента задержания 29 апреля», — читала Кулинская.

Доводы защиты о том, что доказательств обвинения нужно признать недопустимыми из-за пыток Данилович и заинтересованности свидетелей — сотрудников ФСБ и полиции — суд назвал необоснованными. Так же, как и утверждение адвокатов, что биологические образцы Данилович следствие получило с нарушением, без присутствия адвоката, и на них могли потом нанести следы взрывчатки.

«Защитой не указано, в чем заключалось нарушение закона при сборе доказательств», — сказала судья и заявила, что вина Данилович полностью доказана.

Кроме прочего, судья отдельно сказала про «обширную переписку Данилович антироссийского содержания с разными лицами».

«Отношение к Российской Федерации, оскорбления и угрозы в адрес ряда граждан РФ, поддержка Украины» в переписке, по мнению судьи, не только доказывают мотив Данилович, но и оправдывают к ней интерес ФСБ, которые проводили следствие по делу о возможной госизмене медсестры.

Следствие по делу о госизмене продолжается, а информация об этом является гостайной — отметила Кулинская, — этим занимаются сотрудники российской контрразведки.

При этом, отметила судья, следствие так и не установило как, когда и зачем Данилович приобрела взрывчатку. А раз неизвестно когда приобрела, неизвестно и сколько хранила — возможно, срок давности по хранению уже истек. Поэтому приобретение и хранение судья из обвинения исключила, оставив только ношение взрывчатки.

Семь лет заключения в колонии общего режима и 50 тысяч рублей Более 25 тысяч гривен  штрафа — вынесла приговор Наталья Кулинская.

— Еще раз, Ирина Брониславовна, приговор понятен вам? — спросила судья после.

— Конечно, понятен, — ответила Данилович.

— Порядок, сроки обжалования приговора понятны?

— Все понятно, даже насколько вами управляют сотрудники ФСБ.

— Хорошо.

— Я думаю, теперь вы сможете жить спокойно, с чистой совестью, — попрощалась с судом Данилович.

2 месяца. Столько в среднем украинцы ждут от подачи иска до первого судебного заседания
2

месяца. Столько в среднем украинцы ждут от подачи иска до первого судебного заседания

Розповідь Галини Довгополої, засудженої в Криму за держзраду «Мене жбурляли, кричали матом, а я сміялася їм в обличчя — 12 років в’язниці!»

«Мене жбурляли, кричали матом, а я сміялася їм в обличчя — 12 років в’язниці!»

Розповідь Галини Довгополої, засудженої в Криму за держзраду

Раз в неделю наши авторы делятся своими впечатлениями от главных событий и текстов