ФСБ задержала в Джанкойском районе шестерых крымских татар. Одного из них полтора часа пытали, чтобы он разблокировал телефон

Обыск у Энвера Кроша в селе Ближнегородское, 11 августа 2022 года. Фото: «Крымская солидарность»
Обыск у Энвера Кроша в селе Ближнегородское, 11 августа 2022 года. Фото: «Крымская солидарность»

В Джанкое ФСБ провела с утра обыски в домах крымских татар. Шесть человек задержали по обвинению в причастности к исламской партии Хизб ут-Тахрир Организация деятельности террористической организации — статья 205.5 Уголовного кодекса РФ . Одного из них — Энвера Кроша — полтора часа пытали и избивали по дороге в Симферополь, добиваясь, чтобы он разблокировал телефон.

«Ґрати» рассказывают все, что известно о новых преследованиях крымчан.

 

Обыски и задержания

Первые сообщения о том, что в Джанкое и Джанкойском районе на севере полуострова оперативники ФСБ в сопровождении спецназа полиции и бойцов Росгвардии проводят обыски в домах крымских татар поступили в 4 утра 11 августа. Знакомым успела дозвониться супруга Энвера Кроша из села Ближнегородское. Одновременно стало известно об обысках в домах Вилена Темерьянова в селе Вольном и Сеитии Аббозова в Джанкое. Через два часа появилась информация об обыске в селе Мироновка — в доме Мурата Мустафаева. Наконец про самых последних стало известно об обысках в домах Эдема Бекирова в селе Озерное — он живет один, и Рената Алиева — его не оказалось дома в селе Тимофеева,  поскольку он работает в Ялте, но оперативники его нашли, провели обыск в ялтинской квартире, и привезли, чтобы обыскать дом.

Обыск у Рената Алиева в селе Тимофеевка, 11 августа 2022 года. Фото: «Крымская солидарность»

Сеитие Аббозову 65 лет, он известный в Джанкое голубевод и много лет занимается разведением попугаев и голубей. Когда соседи и активисты стали собираться у его дома, силовики надели черные маски, чтобы скрыть лица во время съемок граждански. 

46-летний Эдем Бекиров работал разнорабочим на стройке, копал траншеи.

Ренат Алиев возил людей из Ялты на плато Ай-Петри и обратно, ему 58 лет.

29-летний Мурат Мустафаев занимался сельским хозяйством, выращивал овощи в теплицах. Периодически работал на стройке.

Вилен Темерьянов — 37-летний журналист объединения «Крымская солидарность» Объединение активистов, адвокатов и родственников крымских политзаключенных . Дома он проживает с женой и тремя маленькими детьми. У младшего — 6-летнего Халида — тяжелое заболевание сердца. У Темерьянова оформлена опека над сыном из-за инвалидности. Участие в правозащитном движении Темерьянов совмещал с работой на стройке.

Энвер Крош — 31-летний крымский активист. В 2015 году , один из первых в Крыму столкнувшийся с попыткой вербовки спецслужбами и пытками электрическим током — еще в декабре 2015 года. У него тоже трое несовершеннолетних детей. Крош занимался ремонтом мобильных телефонов и установкой кондиционеров. 

Сразу после того, как стало известно об обыске, к дому Кроша подъехали журналисты «Солидарности», начали, по обыкновению, вести трансляцию в фейсбук, но к ним сразу же подошли правоохранители и стали запрещать съемку. Один из журналистов — Алим Сулейманов — рассказал «Ґратам», что у него пытались вырвать телефон из рук и грубо требовали сесть в автомобиль и не снимать происходящее.

Крымские татары собрались у дома Энвера Кроша, где проходит обыск, чтобы поддержать его, 11 августа 2022 года. «Крымская солидарность»

Сулейманов подъехал к дому Кроша примерно в 4:40 утра.

«Было ещё темно, на улице стояли около пяти сотрудников, все были в масках. Взял телефон включил видеозапись, подошел к ним, спросил могу ли я пройти. Сказали нет. Я спросил причину обыска, сказали ведутся следственные мероприятия, потом узнаете почему и зачем. Подошел еще один сотрудник в маске и в грубой форме пытался вырвать телефон, без никаких просьб и предупреждений. Я забрал телефон, у него не получилось вырвать его из рук, — рассказал Сулейманов. — После этого они мне говорят: не ведите здесь ни фото ни видеосъемку, не стойте здесь, сядьте в машину или вообще едьте домой, зачем вам проблемы».

Сулейманов отошел подальше и снова стал вести съемку. Вновь подошел полицейский.

Алим Сулейманов. Фото: «Крымская солидарность»

«Он говорил, что здесь идут следственные мероприятия их снимать нельзя. Я сказал, чтобы мне указали документ, где указан запрет на это. Они мне, конечно же, ничего не предоставили, но при этом перебивали в грубой форме и говорили о прекращении съемки, и чтобы я ушел оттуда. Когда я начинал снимать, они включали прожектор, который сильно моргал, естественно камера не могла снять».

Корреспондентов, работавших по другим адресам, оттеснили от дворов, чтобы те не фотографировали крупным планом. «Они стали говорить, что следственные мероприятия идут, не снимайте, но мы отошли дальше и продолжили работу», — сообщил один из них. 

К шести утра закончился обыск в Джанкое у Сеитии Аббозова, его увезли, как и всех остальных потом, в Симферополь.

По данным общественной организации «Крымское детство», после сегодняшних задержаний еще у десяти несовершеннолетних детей забрали отцов в рамках политических дел. Всего с 2014 года детей, у которых российские правоохранители задержали отцов по политическим мотивам — 217.

 

Пытки и избиения

Энвера Кроша после обыска повезли на газели в сопровождении шести оперативников в масках. Позже он рассказал адвокату Эмилю Курбединову, что по дороге его избивали и пытали, добиваясь того, чтобы он разблокировал телефон. Крош рассказал адвокату, что сразу после выезда ему дали его телефон, который во время обыска был изъят, помещен в специальный пакет и запломбирован, и приказали разблокировать. Он отказался. Тогда ему застегнули руки сзади наручниками, положили на пол лицом вниз и стали поднимать руки за наручники настолько сильно, что его тело поднималось и он падал. При этом постоянно приказывали разблокировать телефон. После этого ему накинули ремень на голову, и задирали ее, закрывая нос и рот, чтобы он не мог дышать. Все это сопровождалось постоянными ударами по голове и телу, оперативники становились ему на ноги. Пытки длились полчаса, телефон Крош так и не разблокировал.

Энвер Крош. Фото: Александра Ефименко

Потом его посадили на сиденье и еще где-то час дороги до Симферополя били по голове и пытались прикладывать телефон к пальцам, чтобы разблокировать — это не сработало.

Адвокат Эмиль Курбединов увидел Кроша уже в управлении ФСБ на бульваре Франко. У него были кровоподтеки на затылке, слева у виска — большая шишка от удара, на левой ноге — будто резаная рана с запекшейся кровью, руки будто изрезаны от наручников до крови.

О пытках и избиениях Крош и его защитник заявили во время допроса. Вину при этом крымский татарин не признал. Его рассказ занесли в протокол.

 

Обвинение

Адвокат Эмиль Курбединов сразу после информации об обысках, сообщил, что, как это часто бывает во время облав ФСБ, у него и его коллег, которые работают по политическим делам, неожиданно пропала мобильная связь. Он предполагает, что это делается специально, чтобы те, у кого проходят обыски, не могли оперативно вызвать защитников.

Когда задержанных привезли в управление ФСБ, стало известно, в чем их обвиняют.

По версии следствия, Энвер Крош не позже февраля 2015 года организовал в Джанкое ячейку исламской партии Хизб ут-Тахрир. Организация запрещена и признана террористической в России, но действует свободно в Украине и большинстве европейских стран. В ячейку Крош якобы пригласил всех остальных пятерых задержанных сегодня.

«Крош… с периода не позднее 19.02.2015 по настоящее время осуществляет на территории Джанкойского района Республики Крым скрытную антироссийскую, антиконституционную деятельность в виде пропагандистсвкой работы среди населения, склоняя местных жителей к участию в деятельности указанной террористической организации, воздействуя при этом на их религиозные чувства, руководит деятельностью ячейки, организовывает и проводит конспиративные собрания», — говорится в постановлении о возбуждении уголовного дела. Ни о какой террористической деятельности в постановлении речи нет.

Энвера Кроша обвиняют в организации ячейки террористической организации в Джанкое часть 1 статьи 205.5 УК РФ , остальных — в участии в ней часть 2 статьи 205.5 УК РФ .

Всех задержанных привезли в управление ФСБ в Симферополе. Меру пресечения всем суд будет избирать 12 августа.

 

Арест

На следующий день, 12 августа, в Киевском райсуде Симферополя рассмотрел все ходатайства следователей о мерах пресечения для задержанных.

Заседания проходили в закрытом режиме по просьбе ФСБ, в зал не пустили не только журналистов, но даже родных. У здания суда поддержать задержанных и их семьи собралось около ста крымских татар. Через некоторое время к ним подошли полицейские и потребовали отойти — люди отошли в сквер у суда, а начальник отдела охраны общественного порядка симферопольской полиции Алексей Стеценко проверил документы у всех корреспондентов на месте.

Крымские татары, собравшиеся в поддержку задержанных, у Киевского райсуда Симферополя, 12 августа 2022 года. Фото: «Крымская солидарность»

Единственный, кто отправился под домашний арест — Сеития Аббозов. Следователь сам вышел с таким ходатайством из-за состояния здоровья пожилого крымчанина. Кроме того, рассказывает журналистка «Ґрат» из суда, Аббозов не стал отрицать, что является членом Хизб ут-Тахрир, но заявил, что не согласен с признанием партии террористической организацией, и на встречах в 2015 году, которые послужили основанием для дела, джанкойские мусульмане говорили о религии и политике, а не терактах.

Его адвокат Константин Рустемов рассказал «Ґратам», что, несмотря на усталость из-за возраста и плохого самочувствия, больше всего Аббозов переживал за своих голубей, которых разводит в Джанкое.

Всех остальных задержанных суд отправил на два месяца в СИЗО. Дополнительным доводом для этого послужило то, что никто не признал себя виновным.

«Я полностью поддерживаю своего защитника Эдема Семедляева. Я не согласен с тем, что прочитал Валерий Романович (следователь ФСБ — Ґ ): с тем, что я, якобы, могу навредить. Когда пришли с обыском, я спокойно вышел, обыск провели, я никому не мешал. Я возражаю против ходатайства прокурора», — заявил в суде Мурат Мустафаев. Дома в Мирновке у него осталось четверо несовершеннолетних детей.

Еще одним доводом для суда стало утверждение следователя, что задержанные могут скрыться, если останутся на свободе, поскольку имеют «гражданство иностранного государства». На это адвокатка Сафие Шабанова, которая защищает Рената Алиева, отмечала, что все события, о которых идет речь в уголовном деле, — встречи джанкойских мусульман, которые следствие считает заседаниями ячейки Хизб ут-Тахрир — произошли в 2015 году. С этого времени никто из фигурантов не уехал, спокойно работали и жили в Крыму, не считая себя в чем-то виноватым.

Алиев в суде рассказал, что во время обыска оперативники ФСБ подкинули ему журнал издательства Хизб ут-Тахрир. О том, что оперативники принесли с собой запрещенную литературу говорили еще вчера защитники и родные всех задержанных.

После ареста Энвера Кроша, избитого по дороге из Джанкоя в Симферополь, его супруга Айше передала его слова:

«Энвер передал всем огромное приветствие. Попросил купить ему рулон пластыря и передать в СИЗО, потому что из ран, полученных вчера по дороге, сочится».

2 месяца. Столько в среднем украинцы ждут от подачи иска до первого судебного заседания
2

месяца. Столько в среднем украинцы ждут от подачи иска до первого судебного заседания

Розповідь Галини Довгополої, засудженої в Криму за держзраду «Мене жбурляли, кричали матом, а я сміялася їм в обличчя — 12 років в’язниці!»

«Мене жбурляли, кричали матом, а я сміялася їм в обличчя — 12 років в’язниці!»

Розповідь Галини Довгополої, засудженої в Криму за держзраду

Раз в неделю наши авторы делятся своими впечатлениями от главных событий и текстов