Не убивать без потребности. Что происходит с пленными Российско-украинской войны с обеих сторон

Документы российских бойцов. Фото: Стас Юрченко, Ґрати
Документы российских бойцов. Фото: Стас Юрченко, Ґрати

«Если ваши близкие в последние месяцы отправились на учения и с ними нет связи, скорее всего, они участвуют в нападении на Украину», — обратился к россиянам министр обороны Украины Алексей Резников.

По официальным данным, только в первые дни полномасштабного вторжения России в Украину в плен попали больше 200 российских военнослужащих. Офис Генпрокурора Украины уже открыл против них первые уголовные дела. А Министерство внутренних дел и Минобороны — запустили сайт с информацией о пленных и горячую линию для их родственников, на которую, по словам силовиков, поступили уже сотни звонков.

«Никто никого не ищет. Это российское население, понимаете? Ну, в плену — и в плену», — в свою очередь говорит Валентина Мельникова из «Комитета солдатских матерей» — правозащитной организации, которая уже больше 30 лет помогает россиянам вернуть своих солдат из зон боевых действий.

Тем временем на российских пропагандистских телеканалах показывают украинских военных со Змеиного острова, которые «добровольно сложили оружие» и будут возвращены домой «после согласования с украинской стороной». 

«Ґрати» рассказывают, что известно о военнопленных с обеих сторон. Мы намеренно не публикуем их фотографии, но сопровождаем статью свидетельствами разрушений, которые принесла Украине война.

 

«Какого хуя идете с нами воевать?» 

— Что вам говорили командиры — с кем идете воевать ? — строго спрашивает голос за кадром.

— С Украиной, — неуверенно отвечает мужчина с перевязкой на руке выше плеча. На вид ему около сорока лет.

— Какого хуя? Зачем идете с нами воевать? — голос за кадром срывается на крик.

— Не могу знать, — звучит типичный солдатский ответ. 

Это Константин Буйничев — старшина разведывательного взвода 74-й мотострелковой бригады из Кемеровской области. По информации Вооруженных сил Украины, весь этот взвод сдался украинским военным под Черниговом в первый же день полномасштабного российского вторжения, 24 февраля.

Последствия боев в Буче Киевской области. Фото: Стас Юрченко, Ґрати

— Этого никто не думал — что мы едем убивать. Воевать мы не собирались, — противоречит себе военный.

Как и другие задержанные солдаты, Буйничев обязан назвать свои личные данные и воинское звание, чтобы получить статус пленного. Такое правило закреплено в  Женевской конвенции. 

— Военнослужащие являются военнопленными вне зависимости от того, признает сторона наличие вооруженного конфликта или не признает, — в комментарии «Ґратам» объясняет руководитель международной правозащитной группы «Агора» Павел Чиков. — То есть вне зависимости от того, российские власти признают это вооруженным конфликтом, войной, военной операцией или используют какие-то другие слова, что они и делают, это не лишает военнослужащих, которые задержаны украинской армией, статуса военнопленных.

Поэтому на задержанных российских солдат распространяются все права военнопленных, включая гуманное обращение, медицинскую помощь и питание.

 

«Задача была захватить Киев» 

25 февраля Служба безопасности Украины опубликовала фрагмент видео допроса 28-летнего ОМОНовца из Новокузнецка Евгения Плотникова. Он сидит на фоне украинского флага, говорит быстро и нервно. На щеке у него бинтовая повязка, которая частично прикрывает синяк под глазом.

— 3 февраля 2022 года наш личный состав — 80 человек отряда Новокузнецкого ОМОНа с командирами Каныгиным Евгением Викторовичем и Бесединым Алексеем Александровичем — выдвинулись в город Кемерово, где к нам присоединились местный СОБР и ОМОН, — подробно рассказывает Плотников. — Наш старший — Огий Константин Анатольевич, полковник Росгвардии. С ним мы выдвинулись в Софрино, потом в Смоленск. Со Смоленска зашли в Республику Беларусь, город Гомель, поселок Новая Глебля. Там расположили палатки. В течение 7-20 дней мы находились в палатках. 23 числа было построение и нам довели, что будем захватывать Украину, прорываться через границу.

Последствия попадания ракеты в многоквартирный дом в Киеве. Фото: Стас Юрченко, Ґрати

Он отводит глаза и выдерживает паузу.

— После этого в ночь на 24-е услышали самолеты, стрельбу, взрывы — сил белорусских войск и наших, РФ,  — продолжает Плотников. — Утром ОМОН и СОБР пошли уже в зачищенный сектор. На пути границы увидели уже белорусских солдат, нас спокойно пропустили, проехали дальше. Задача была захватить Киев — выдвинуться туда и захватить. Перед этим нам выдали георгиевские ленты, сказали нашить на шевроны.

Со связанными сзади руками он осторожно выставляет вперед плечо и показывает георгиевскую ленту. 

— Заходили со стороны Чернобыля — там уже было зачищено военными РФ. Продвинулись дальше ближе к Киеву, отдалились от военных, и по нам были выстрелы из минометов и гранатометов украинских войск. В этот момент — кто остался, кто ранены — спешились, начали открывать огонь в ответ. Затем закончились боеприпасы, начали отступать. И так в дальнейшем я попал в плен, — заканчивает Плотников.

На видео он говорит, что раскаивается, и призывает своих сослуживцев «не нападать на братские народы», имея в ввиду Украину, «жить дружно, мирно».

 

«Когда очнулся — попал в плен»  

37-летний Евгений Спиридонов — еще один пленный ОМОНовец из Новокузнецка. Он выглядит хуже своего сослуживца — в куртке и одних трусах, нога полностью забинтована, через марлю просачивается кровь. Отекшее лицо в ссадинах. Видео его допроса — тоже на фоне украинского флага — СБУ опубликовала 26 февраля. 

Как и Евгений Плотников, 3 февраля Спиридонов отправился на «совместные с Беларусью учения». О нападении на Украину якобы не знал до последнего. 

— В пять утра [24 февраля] начался артобстрел территории Украины со стороны Беларуси и авиаудары. Нас загрузили, и мы выдвинулись на территорию Украины. Заехав на КПП Украины, было все разбито, там стояли белорусские военные и лежали трупы украинских солдат. Проехав через Припять до Чернобыля, там поставили задачу, якобы можно зайти на улицы Киева оказать помощь вооруженным силам в захвате территории Украины. Мы выдвинулись и не доехали до Киева, где нас подорвали, всю колонну. Когда очнулся — попал в плен, — рассказывает Спиридонов.

Последствия боев в Буче Киевской области. Фото: Стас Юрченко, Ґрати

В конце он обращается к российским военным:

— Ребята, хватит бомбить Киев, хватит бомбить Украину. Здесь очень много раненых, пожалейте хотя бы их. Если вы будете производить эти артобстрелы, вы уничтожите своих солдат, вы уничтожите мирный народ. Это не наша война. Матеря и жены, забирайте своих мужей.

 

«Чтобы вас не встречали в цинковых гробах» 

В «учениях» участвовали и российские военные из Кемеровской области, на видео СБУ говорит 48-летний подполковник Росгвардии Дмитрий Астахов. На нем — легкий свитер, на лице не видно ран. Он смотрит в камеру потухшим взглядом, говорит спокойно. 

— Со стороны России в учениях принимало участие большое количество региональных подразделений росгвардейских, в том числе и чеченские подразделения Росгвардии, а также со стороны Республики Беларусь, — рассказывает Астахов.

Последствия боев в Буче Киевской области. Фото: Стас Юрченко, Ґрати

По его информации, количество росгвардейцев составляло около двух тысяч человек, а чеченские подразделения возглавляли Магомед Тушаев и Хусейн Меджоев — те же имена назвал и новокузнецкий ОМОНовец Евгений Спиридонов.

— Перед вылетом из Смоленска у всех изъяли мобильные телефоны и удостоверения. Легенду учений нам никто не доводил. Моей целью было боевое слаживание всех подразделений Росгвардии. 24 февраля утром на общем построении наш командир полковник Огий Константин Анатольевич довел нам задачу, что мы будем оказывать помощь Вооруженным силам Российской Федерации в захвате территории Украины и обеспечении контроля над ней, подавлении возможного сопротивления граждан Украины, — говорил Астахов.

Под Киевом он попал в плен — вместе с новокузнецкими ОМОНовцами. Как и они, Астахов заканчивает свой рассказ извинениями. При этом старается не смотреть в камеру.

— Хочу от себя лично сказать, попросить прощения, во-первых, у граждан Украины за то, что мы вероломно вступили на территорию вашего государства. Причина была такая, что мы не до конца понимали, куда мы едем, — оправдывается подполковник.

Документы погибших российских бойцов. Фото: Стас Юрченко, Ґрати

 — Также хочу обратиться к солдатам и сотрудникам армии Российской Федерации и подразделений Росгвардии, — продолжает он. — Чтобы сложили оружие и прекратили планомерное уничтожение мирного населения, а также военнослужащих Украины, нашего по сути братского государства. Чтобы не страдали ваши семьи — ни дети, ни жены, ни отцы с матерями вас не встречали в цинковых гробах.

В обращении к российским солдатам Астахов особенно долго подбирает слова.

 

«Мама, папа, не хотел я ехать на Украину» 

— Мама, папа, не хотел я ехать на Украину, — говорит молодой парень на видео, опубликованном СБУ.

Это Роман Гаврилычев, солдат из Ленинградской области. На нем не по размеру большая куртка, лицо и руки — в копоти.

— Сказали, что едем на двусторонние учения. А потом ночью, 23 февраля, сказали, что едем на Украину пересекать границу, — объясняет Гаврилычев. Он стоит у стены с опущенными руками и нервно дергает пальцами.

— Ты сейчас где? — спрашивает голос за кадром.

— Город Харьков.

— В плену?

— Так точно, в плену.

— Ну шо, нашел тут фашистов?

— Никак нет.

Камеру переводят на второго солдата — Вадима Воробьева. Он выглядит более спокойным. В руках у него какой-то пакет, бутылка воды и несколько кусков хлеба. 

— Ну что, мам, поехали мы, значит, на учения, приехали в Харьков, на Украину. Как оказалось, до нас тут было мирно, спокойно, — говорит Воробьев.

— О чем ты хочешь попросить родных? — снова спрашивает голос за кадром. 

Воробьев молчит. 

— Чтобы… — вместо него пытается ответить Гаврилов.

— Ты хочешь домой или нет? — подгоняет его голос за кадром.  

— Так точно. Домой хочу очень сильно.

— Что нужно для этого сделать?

— Пусть попросят главнокомандующего Путина, чтоб забрали меня отсюда.

В России не называют количество своих солдат, захваченных в плен украинскими вооруженными силами. На пропагандистском телеканале «Россия 24» информацию о российских пленных и вовсе назвали фейком. Однако журналисты ВВС отыскали женщину — Наталью Дейнека из Саратовской области, которая подтвердила, что на одном из фото, опубликованном украинскими силовиками, действительно ее сын. Дейнека обратилась и к «Ґратам» с просьбой помочь найти сына, утверждая, что обращалась на горячую линию, но ответа не получила.

— Никто никого не ищет. Так же было и в 2014 году — никто никого не искал, — в комментарии «Ґратам» говорит представительница российской правозащитной организации «Комитет солдатских матерей» Валентина Мельникова. С 1989 года «Комитет» помогает россиянам найти и вернуть своих родственников из зон боевых действий.

Некоторые родители российских солдат звонили Мельниковой в декабре 2021 года. Они жаловались, что их сыновья на границе с Украиной, в палатках и без связи. Мельникова советовали им ехать туда и забирать детей.

— Я понимала, что эти войска не могут не бросить через границу. Ну, так не бывает! — возмущается Мельникова. — Но никто не поехал. И в 2014 году никто не поехал. В 1995-м, в 1996-м Первая Чеченская война длилась с 1994 по 1996 год , в 2002-м Вторая Чеченская война длилась официально с 1999 по 2009 год , когда мы говорили родителям: «Ваш мальчик в плену, вы можете его забрать, нужно для этого сделать то-то и то-то», все — абсолютно не задумываясь — делали то, что мы просили. И все получалось.

— Народ потерял биологические инстинкты. Это — к психиатрам, — делает вывод правозащитница. — Это российское население, понимаете? Ну, в плену — и в плену.

На видео, распространенном в украинских телеграм-каналах, голос за кадром обращается к российскому солдату Вадиму Воробьеву:

— Готов с нами воевать?

— Готов, — уверенно отвечает Воробьев.

— За нас? Готов одеть форму и бить их?

— Так точно.

Пленный действительно имеет право перейти на сторону захватившей его армии, отмечает руководитель международной правозащитной группы «Агора» Павел Чиков.

— Запрета на участие в боевых действиях для бывших военнопленных нет. Они просто перестают быть военнопленными и становятся комбатантами другой стороны конфликта. Но решение должно быть добровольным, принуждать к этому запрещено, — говорит Чиков.

 

«Большинство из вас такие же самые русские люди, как и мы»

Сколько украинских военных попало в плен, тоже неизвестно. 28 февраля Служба безопасности Украины открыла «Объединенный центр по поиску и освобождению пленных».

— Сейчас уточняются списки пропавших, чтобы найти и вернуть домой каждого украинца, попавшего в плен или пропавшего без вести. Кроме того, Объединенный центр работает также для российских оккупантов, — отмечают в СБУ.

Еще 26 февраля в эфире российского пропагандистского телеканала НТВ показали сюжет о 82 украинских военных со Змеиного острова, захваченного Россией — ранее Вооруженные силы Украины заявляли об их гибели. Однако из телесюжета сложно судить о реальном количестве пленных.

Пограничников, которые «добровольно сложили оружие», доставили в Севастополь. Их обеспечили всем необходимым, в медицинской помощи никто не нуждался, говорится в сюжете.

— Моряки Черноморского флота с уважением отнеслись к решению украинских пограничников, — комментирует на камеру заместитель командующего флотом Михаил Ясников. — Для них был проработан безопасный коридор для вывода из района проведения операции. После прохождения кратковременных юридических процедур и согласования с украинской стороной военнослужащие ВСУ будут направлены домой, на Украину, на подготовленных для этих целей автобусах.

Украинские военные со Змеиного острова действительно живы и находятся в плену, 28 февраля подтвердили в Генштабе ВСУ — там до последнего не знали об этом из-за прерванной связи. Точное количество пленных в ВСУ не назвали, но отметили, что среди них есть и гражданские — экипаж судна, направленного для помощи раненым.

— Незаконный захват гражданского судна-некомбатанта, не осуществлявшего никакой военной задачи, является нарушением правил и обычаев войны, международного гуманитарного права, — отмечают в ВСУ. — Требуем от РФ немедленного освобождения незаконно захваченных граждан Украины.

Еще один сюжет об украинских пленных вышел на пропагандистском телеканале RT. Якобы 17 военных ВСУ «добровольно сложили оружие на территории Луганской Народной Республики» и подписали «декларации об отказе от участия в боевых действиях против народных республик Донбасса».

— Вы находитесь на территории Луганской Народной Республики и находитесь под ее защитой, — обращается к пленным какой-то мужчина с шевроном «Новороссия». 

До 20 украинских военных, якобы задержанных на территории села Петровское (по состоянию на 24 февраля — территории Донецкой области, подконтрольной Украине), находятся в плену на территории «ДНР», сообщают в сюжете пропагандистского телеканала Россия 24. С ними поговорил глава «республики» Денис Пушилин — корреспондент называет это «разговором по душам».

— Я еще раз хочу, во-первых, подтвердить те решения президента Российской Федерации и руководства Министерства обороны, что те, кто сложат оружие, после окончания боевых действий отправится домой, — обращается в солдатам Пушилин. — Мы поддерживаем данное решение. Оно для нас непростое, честно скажу, потому что вы и ваши коллеги исполняли преступные приказы. Но при этом мы прекрасно понимаем, что большинство из вас такие же самые русские люди, как и мы. Кто-то из вас был просто введен в заблуждение преступным украинским режимом, который рисовал врага из нас, из России. 

Новая почта. Последствия боя в Киеве. Фото: Стас Юрченко, Ґрати

В телесюжетах уверяют: с украинскими пленными обращаются гуманно. «Обстановка максимально спокойная и даже дружеская», — бодрым голосом говорит российский корреспондент из «ЛНР».

Но и российские пленные — по крайней мере на видео — не жалуются на жестокое обращение.

— Ко мне хорошо относятся братья-соратники украинцы, — говорит российский солдат Евгений Плотников, с которым через горячую линию Минобороны связались его родные. — Деремся ни за что, на чужой земле. Умирать за что?

 

«Убивать без потребности нет смысла» 

Местные прокуратуры уже открыли первые уголовные производства в отношении российских военнопленных. Дела классифицируют по таким статьям: о посягательстве на территориальную целостность и неприкосновенность Украины часть 3 статьи 110 Уголовного кодекса Украины , которое привело к гибели людей, о планировании, подготовке, развязывании и ведении агрессивной войны часть 5 статьи 437 УК , о незаконном пересечении государственной границы Украины часть 3 статьи 332-2 УК с применением оружия. Харьковская областная прокуратура публикует личные данные и фото пленных. Их планируют поместить в СИЗО.   

Пленных могут судить как на национальном, так на международном уровне, в комментарии «Ґратам» объясняет юрист украинской неправительственной организации «Центр политико-правовых реформ» Евгений Крапивин.

— Все зависит от того, в каком статусе они закончат эту войну, — отмечает юрист. — Если соглашение будет предусматривать возврат всех пленных, то в Украине они уже не будут нести ответственность. Тогда их могут судить по международному праву. Если же они будут оставаться в Украине — то здесь будут судебные процессы.

Уголовные дела открывают и в отношении пленных диверсантов — людей в гражданском, которые работали на Россию. 

— Если диверсанты отказываются представляться и подтвердить принадлежность к российским вооруженным силам — тогда на них не будет распространяться статус военнопленных и в отношении них может осуществляться уголовное преследование в соответствии с украинским законодательством, — говорит «Ґратам» руководитель международной правозащитной группы «Агора» Павел Чиков. 

На некоторых фото и видео у российских пленных заклеены скотчем глаза. А люди, которые проводят допрос, выкрикивают в их адрес оскорбления.

— В заклеенных глазах как раз нет никакого нарушения. Это пленные, они могут совершить побег, их могут обменять, и тогда они выдадут место расположения какой-либо инфраструктуры, — говорит юрист Евгений Крапивин. — Меня больше беспокоят призывы некоторых представителей украинской армии, которые говорят, что над пленными можно издеваться — только без членовредительства. Это выглядит не гуманно, так же, как и пытки. Но и в целом оскорбления, издевательства — этого лучше избегать.

Издевательство над военнопленными подпадает под нарушение правил и обычаев ведения войны, отмечает юрист. За это могут судить как на национальном, так и на международном уровне — как отдельных людей, так и целое государство. 

Под постами с допросами российских пленных люди оставляют множество комментариев с призывами убить задержанных. Но этого делать нельзя, уверяет Крапивин.

— Это вопрос человеческого достоинства. Убивать человека без потребности нет смысла. Даже если это оккупант, который хотел захватить нашу страну. Но если аргумент достоинства и прав человека не подходит, то есть более рациональные аргументы. Любой пленный — это ресурс, который можно обменять на наших пленных или на другие блага и уступки со стороны России. Кроме того, есть нормы международного гуманитарного права, которые Украина тоже признает и которые есть у нас на законодательном уровне. Если их нарушать — Россия будет дипломатическим путем обвинять Украину в варварстве, в массовом убийстве пленных, — говорит юрист.

Он приводит еще один аргумент — пленных можно использовать в психологической войне, распространяя ролики, на которых они раскаиваются и призывают своих сослуживцев бросить оружие.

— Чтобы сами россияне давили на свою власть и пытались изменить режим там, — добавляет Крапивин.

«Ґрати» связались с несколькими семьям российских пленных из Саратовской области и спросили, знают ли они этих солдат. Но редакции никто не ответил.

2 месяца. Столько в среднем украинцы ждут от подачи иска до первого судебного заседания
2

месяца. Столько в среднем украинцы ждут от подачи иска до первого судебного заседания

Розповідь Галини Довгополої, засудженої в Криму за держзраду «Мене жбурляли, кричали матом, а я сміялася їм в обличчя — 12 років в’язниці!»

«Мене жбурляли, кричали матом, а я сміялася їм в обличчя — 12 років в’язниці!»

Розповідь Галини Довгополої, засудженої в Криму за держзраду

Раз в неделю наши авторы делятся своими впечатлениями от главных событий и текстов