Именем президента. Как работает механизм персональных санкций и кто оспаривает ограничения в суде

Президент Владимир Зеленский. Фото: пресс-служба Офиса президента
Президент Владимир Зеленский. Фото: пресс-служба Офиса президента

В реестре персональных санкций, который ведет аппарат Совета национальной безопасности и обороны, сейчас без малого четыре тысячи человек и две тысячи компаний. Половина из них оказалась в реестре в нынешнем году. Правда, на часть из них санкции наложили повторно. С февраля президент, как глава СНБО, практически каждую пятницу называл списки тех, на кого совет наложил ограничения. 

Санкции применяли и раньше, но отличительная черта санкционной политики Владимира Зеленского — их все чаще применяют к гражданам Украины. Президент ввел ограничения против телеканалов и интернет-ресурсов, народных депутатов, бизнесменов, военных, контрабандистов и воров в законе. Фигуранты санкционных списков оспаривают указы президента. В суде они добиваются отмены санкций и пытаются выяснить на каком основании их применили. Но получить ответ от президента и правоохранителей пока не может даже суд. 

«Ґрати» изучили десятки дел, которые слушаются в Верховном суде и рассказывают, как работает механизм санкций в Украине.

 

Список

«Вы не можете ничего купить или продать, снять деньги с карточки или перевести их на счет, о сбережениях можно забыть, ведь санкции как правило вводятся бессрочно. Это очень серьезное наказание, ведь человека по сути лишают средств к существованию», — рассказывает «Ґратами» адвокат Александр Литинский. 

Он добивается отмены санкций сразу для четырех клиентов. Все они указаны в списке ограничений против «воров в законе» и криминальных авторитетов. Список из  668 человек СНБО утвердило 14 мая, еще через неделю его ввел в действие президент. 

Один из клиентов Литинского, уроженец Чечни и гражданин России Залихман Саитов. По решению СНБО к нему бессрочно применили 11 видов санкций, включая блокирование активов, запрет торговых операций и выдворение из страны. Всего закон «о санкциях» предусматривает 26 видов ограничений. 

Саитов живет в Украине с 2008 года. Здесь он заочно учился в Академии МВД, женился, четверо его детей родились уже в Киеве. По словам его дяди, главы чеченской диаспоры Даниила Гончарова, Саитов оказался в санкционном списке «на ровном месте, якобы ему инкриминируют употребление и распространение наркотиков. 

На самом деле, на каком основании Саитов оказался в санкционном списке под номером 658 не известно. В июне, через месяц после применения санкций, он оспорил указ президента в Верховном суде. 

Заседание СНБО. Фото: Пресс-служба СНБО

На слушаниях суд выяснил, что СНБО включил Саитова в санкционный список по предложению Кабинета министров. Соответствующее распоряжение правительство утвердило и направила в СНБО в тот же день — 14 мая, когда совет утвердил полный список подсанкционных лиц. Кабмин уточнил, что список подготовило министерство внутренних дел. 

«Обоснование необходимости принятия распоряжения министерством внутренних дел — в условиях сложного внешнего положения и криминогенной ситуации внутри страны организованная преступность является прямой угрозой для национальной безопасности», — цитируется ответ Кабинета министров в решении Верховного суда. 

Пока что суду не удалось вытребовать у МВД пояснительную записку и другие документы, которые объяснили бы на основании чего министерство посчитало Саитова криминальным авторитетом. 

«В том то и разница между беспределом и правовыми методами, что должны быть прямые доказательства, полученные законным путем. Только тогда человека можно подвергать какому-либо наказанию», — говорит адвокат Литинский.

Ответ на вопрос, как МВД составило список воров и авторитетов, в июне от министра внутренних дел Арсена Авакова пытался получить глава комитета Верховной рады по вопросам правоохранительной деятельности Денис Монастырский. 

Министр ответил, что основанием для применения санкций стало то, что фигуранты списка подозреваются в тяжких преступлениях, в частности убийствах, разбое, мошенничестве. Якобы они пытались установить влияние в преступном мире, а некоторые из них связаны с российскими спецслужбами. Аваков заверил нардепа, что эта информация достоверна и получена на законных основаниях. Через месяц после этого Аваков ушел в отставку, а Монастырский сменил его в должности министра. 

 

Ошибка

Осенью СНБО неожиданно признало — со списком воров и авторитетов не все гладко. 5 октября совет безопасности откорректировал имена и фамилии 108 фигурантов списка. Еще четырех человек из него исключили не указав причины. 

Алексей Данилов, не вдаваясь в подробности, сообщил, что в списке обнаружили ошибки, а виновные понесли наказание. Должностей лишились начальник криминальной полиции Евгений Коваль и руководитель департамента стратегических расследований Национальной полиции Руслан Марчук. Новый глава МВД Денис Монастырский подтвердил, что именно они формировали список воров и авторитетов, а уволили их в том числе за допущенные в нем ошибки. 

Александр Данилов. Фото: president.gov.ua

Мехак Алексанян один из четверых исключенных из списка воров и авторитетов тоже судился с президентом. Но 15 октября, после исключения его из санкционного списка, Верховный суд закрыл дело. До этого суд выяснил, что список воров и авторитетов действительно готовил департамент специальных расследований Нацполиции, главу которого уволил Монастырский. 

Как и в деле Саитова, узнать основания, на которых Алексаняна включили в список, не удалось. Его адвокат Николай Ореховский не знает даже на основании чего Совет безопасности исключил его подзащитного из перечня. Тем не менее, Ореховский уверен — суд решил бы спор в пользу его клиента. В санкционном списке Алексанян значится, как гражданин Армении. В суде он предоставил документы о том, что в Украине живет с 1988 года, а в 1991 году получил украинский паспорт. 

«На первом заседании суда судья взял ID и спросил у представителя президента как он будет объяснять, что к гражданину Украины применили санкцию выдворения в Армению?» — вспоминает в беседе с «Ґратами» Ореховский.

Пока что суду не удалось получить от МВД и Нацполиции обоснования включения в списки и в двух других делах, которые ведет Ореховский — Салмана Сайнароева и Муслима Идрисова. Первого обвиняют в ограблении ювелирного магазина в Киеве, второго — в незаконном обороте оружия. 

«У них есть уголовные дела, но пусть их судят по законам Украины. Их нельзя выдворять из страны. Они комбатанты — воевали на Донбассе в составе добровольческого чеченского батальона имени Шейха Мансура», — говорит Ореховский. 

В июле СНБО распорядился провести дополнительную проверку оснований на которых к ним применили ограничения, но пока что Сайнароев и Идрисов остаются под санкциями. 

 

«Свои»

Предлагать СНБО списки лиц, в отношении которых нужно ввести санкции, может не только правительство. Такие же полномочия есть у Верховной рады, Национального банка и Службы безопасности Украины. СБУ пользуется этим правом чаще других. Причем, если подавляющее большинство фигурантов списка МВД — иностранцы, то СБУ в нынешнем году предлагает включать в санкционные списки в основном украинских граждан и их компании. 

Спецслужба подавала предложения о санкциях в отношении народных депутатов от «Оппозиционной платформы — За жизнь!» Тараса Козака и Виктора Медведчука, их внефракционных коллег Андрея Деркача и Александра Дубинского, телеканалов и интернет-изданий, 19-ти компаний, которые получили лицензии на пользование недрами, десяти генералов вооруженных сил, компаний и граждан — контрабандистов.  

Практически все они оспаривают ограничения, ссылаясь на закон «о санкциях». В документе не указано, что ограничения можно применять к гражданам Украины. Там сказано, что наряду с иностранными компаниями, гражданами других государств и лицами без гражданства ограничения применяются также к лицам, которые осуществляют террористическую деятельность.  

Фигуранты санкционных списков требуют от президента через суд объяснить, на каком основании СБУ считает, что они занимаются терроризмом. 

Иван Баканов. Фото: Служба безопастности Украины

Секретарь СНБО Алексей Данилов считает, что санкции можно применять не только к террористам. Он апеллирует к тому, что в законе о санкциях указано — ограничения  могут применяться в том числе к лицам, которые создают потенциальные угрозы национальным интересам, безопасности, суверенитету и территориальной целостности Украины.

«Мы не подменяем суды, но хотелось бы, чтобы они и правоохранительная система двигалась быстрее», — сказал Данилов в июле нынешнего года в интервью изданию Forbes Україна. 

Отстаивать свою правоту в суде Данилов не пытается. На ходатайства истцов о привлечении Совбеза в качестве соответчиков в делах об обжаловании санкций в СНБО отвечают, что этого сделать нельзя. Например, в деле по иску ещё одного фигуранта списка контрабандистов — торговой компании «Система», Совет, сославшись на Кодекс Украины об административных правонарушениях, ответил, что не может участвовать в административных делах, потому что не имеет такой правосубъектности. 

Как и в случае с МВД, в делах по обжалованию санкций, которые готовила СБУ, Верховный суд не может добиться, чтобы спецслужба предоставила документы, которые послужили для этого основанием. Чаще всего спецслужба ссылается на то, что эта информация с ограниченным доступом, а в случае с Медведчуком и Козаком — государственная тайна. 

«Даже если суд получит эти документы, никто из участников процесса не сможет разглашать их содержание», — объясняет адвокат Литинский.

Иногда спецслужба приводит более оригинальные объяснения. Так, в деле по иску «Южной табачной компании», которую включили в список контрабандистов, СБУ сообщила суду, что список составили на основании письма, который подготовило Главное управление СБУ по борьбе с коррупцией и организованной преступностью (Управление «К» — Ґ ).

Управление правового обеспечения СБУ сообщило суду, что в письме шесть страниц текста и еще 93 страницы дополнений, но сам документ суду не передало. Спецслужба известила суд, что письмо было в единственном экземпляре и его отправили в СНБО, поэтому не могут предоставить суду его копию. После этого суд потребовал у Совета безопасности копию письма, но тот обращение проигнорировал. 

Нередко все то же управление правового обеспечения СБУ сообщает суду, что не предоставляет документы, так как не может получить их от подразделений спецслужбы, которые их готовили. 

Схожую историю на заседании по иску об отмене санкций в отношении компании «Дорлидер» рассказывал представитель президента в Верховном суде Александр Мовиле. Он сообщил, что потребовал у СНБО документы, которые стали основанием для решения о введении санкций. Но Совет безопасности отказал ему «из соображений особого доступа». Суд рассказ Мовиле не удовлетворил. Судья ещё раз потребовал от президента и СБУ предоставить документы по санкциям. Пока что они этого не сделали.

В декабре глава Верховного суда Всеволод Князев констатировал — рассмотрение обжалования санкций заморожено. По его словам, чтобы рассмотреть дело с секретными документами необходимо специальное оборудование, которое способно сразу же шифровать аудиозапись. Ведь каждое судебное заседание фиксируется на видео и аудио. 

Всеволод Князев. Фото: Верховний Суд України

Князев уточнил, что необходимое оборудование в Украине не производится. Поэтому для «разморозки» слушания исков о санкциях необходимо либо снизить требования к оборудованию, которое фиксирует судебный процесс, либо же принять закон, который бы упростил фиксацию судебного заседания по делам о санкциям.

 

Ответ

Разгадку ответа на вопрос, что служит основанием для включение в санкционные списки недавно предложил Арсен Аваков. Он бросился защищать уволенных генералов Евгения Коваля и Руслана Марчука и попутно критиковать Данилова и Монастырского. Настаивая на том, что список воров и «авторитетов» сформировали обоснованно, он засомневался в правомерности остальных ограничений. 

Арсен Аваков. Фото: МВД Украины

 4 ноября в эфире ток-шоу «Народ против» бывший министр заявил, что человека или компанию нередко вносили в список на основании так называемых оперативных справок. 

«Я говорил: «У меня таких справок полон стол завален — они половина неправда, а половина — их надо дорабатывать», — сказал Аваков. 

Он добавил, что иногда предложения, кого включить в санкционный список члены СНБО вносили «с голоса», а Данилов не возражал против этого. Позже Аваков добавил, что оперативные справки, о которых он упоминал, готовила СБУ.

Секретарь СНБО Данилов в ответ настаивает — совет принимает решения по санкциям обоснованно, но на основании каких документов не уточняет, ссылаясь на их секретность.

«Действительно, ряд вопросов, которые рассматривают тайно, представляются непосредственно перед заседанием СНБО под подпись. После заседания документы с грифом «тайно» сдаются каждым членом Совета нацбезопасности. Мы не можем выдавать заранее, только непосредственно перед заседанием», — сказал Данилов после очередного заседания СНБО.

Вопросов о том, как работает механизм санкций стало еще больше после того, как журналисты-расследователи Bihus.info обнаружили, что СНБО скорректировало списки воров и авторитетов. Журналисты обратили внимание, что президент не спешил подписывать решения Совбеза. Как минимум часть фигурантов санкционных списков воспользовались этой заминкой. Они вышли из состава учредителей предприятий и таким образом оградили их от ограничений.

 

Механизм

До 2014 года в украинском законодательстве не было такого понятия как санкции. После Революции Достоинства, аннексии Крыма и начала войны на Донбассе сначала США и ЕС, а затем еще несколько десятков стран ввели ограничения против российских компаний, окружения Владимира Путина, участников аннексии Крыма, сепаратистов Донбасса, а также беглого президента Украины Виктора Януковича и его окружения. США считали, что блокируя на своей территории имущество и счета, принадлежащие россиянам и их компаниям, они пытались принудить Россию прекратить агрессию против Украины. 

Украина следовать примеру США и ЕС не спешила. Верховная рада только в августе 2014 года приняла профильный закон, а еще через год его запутанную процедуру  впервые применили на практике. Списки людей и компаний, которым предлагалось применить ограничения по отдельности готовили правительство и Служба безопасности Украины. Они направили предложения Совету национальной безопасности и обороны. Аппарат Совета свел эти предложения в один перечень из почти 400 человек и более 100 компаний, затем СНБО поддержал применение санкций, а президент Петр Порошенко указом ввел их. 

Петр Порошенко. Фото: Антон Наумлюк, Ґрати

Ограничения применили сначала на один год, но затем продлевали. Под санкции попали международные наблюдатели на незаконных выборах в Донецке, иностранные журналисты, российские культурные деятели, чиновники, руководители военных предприятий, участники аннексии Крыма и сепаратисты Донбасса. Ограничения к ним применили на один год. Правда какие именно это ограничения, в указе сказано не было. 

Закон о санкциях изначально предусматривал 25 видов таких ограничений. Ключевые из них: блокировки активов, ограничения торговых операций, отзыв всевозможных лицензий и разрешений, запрет участвовать в государственных тендерах и приватизации, а также запрет въезда в Украину. В 2020 году в перечень ограничений добавили запрет на покупку земли. 

За выполнение наиболее ощутимых из ограничений —- финансовых отвечает Национальный банк. В 2015 году регулятор обязал банки в течении пяти дней после применения санкций предоставлять ему информацию об остатках на счетах подсанкционных лиц. По указанию НБУ банки блокируют счета и раз в месяц отчитываются перед регулятором об их состоянии, а также информируют о попытках любых финансовых операций с ними. 

В свою очередь правительство до сих пор не утвердило кто и как должен выполнять решение о санкциях в системе органов исполнительной власти. С запретом въезда на территорию Украины ситуация совсем запутанная. Законодательство не предусматривает, что человеку могут запретить въезд на основании указа президента. В положении «Об органе охраны государственной границы Государственной миграционной службы» указано, что такое решение принимает ее руководитель, но основания для этого не указаны. 

Обоснование

Пока что Верховный суд не вынес решения ни по одному из более чем 200 исков об обжаловании санкций, которые ввел в действие президент Владимир Зеленский. 

Санкции против граждан Украины применялись и до нынешнего года. Но с существенным отличием. До этого их применяли только к  участникам аннексии Крыма и сепаратистам Донбасса. СНБО обосновывал применение к ним ограничений причастностью к терроризму.

Фигуранты списков времён Петра Порошенко также оспаривали их. Некоторые из исков Верховный суд уже рассмотрел. Так, в 24 мая нынешнего года Верховный суд подтвердил законность санкций в отношении гражданина Украины, бизнесмена Сергея Курченко. Ограничения против него сроком на три года президент Петр Порошенко ввел 18 мая 2018 года. Санкции предусматривали блокирование активов, запрет продавать ценные бумаги, участвовать в приватизации и перемещать деньги из Украины. Через год, в августе 2019 года Курченко оспорил их. Он утверждал, что ограничения к нему применили незаконно, потому что терроризм он не финансировал.

Суд выяснил, что Курченко попал в санкционный список под номером 1745 по предложению СБУ и правительства. Спецслужба сообщила суду, что ввела против Курченко санкции по примеру США и Европейского союза. США применили ограничения к Курченко в марте 2014 года, посчитав, что он незаконно присваивал активы, подрывал демократические процессы в Украине, а его действия угрожали миру и безопасности страны. 

Сергей Курченко. Фото: sergeykurchenko.com

Во время президентства Виктора Януковича Курченко превратился из малоизвестного бизнесмена во владельца Восточно-Европейской топливно-энергетической компании, которая, в том числе, купила Одесский нефтеперерабатывающий завод, Украинский медиа-холдинг и футбольный клуб «Металлист». После Революции Достоинства Курченко перебрался в Москву. В Украине против него открыли десяток уголовных производств по подозрению в создании преступной организации ч.1 ст.255 УК , хищении ч.4 ст.28, ч.5 ст.191 УК , отмывании доходов ч.4 ст.28, ч.3 ст.209 УК , уклонении от уплаты налогов и других преступлениях. Уголовные дела в Украине дали основание Совету Европы в марте 2015 года также ввести санкции против бизнесмена.  

В свою очередь правительство обосновало введение санкций в отношении Курченко тем, что он владеет компанией «Газ-Альянс». Ссылаясь на информацию министерства иностранных дел, Кабмин сообщил суду, что эта компания зарегистрирована в Москве и продает в России уголь из подконтрольных «ДНР» и «ЛНР» районов Донецкой и Луганской областей. 

Верховный суд посчитал, что обоснований для введения санкций против Курченко было достаточно. В итоге коллегия судей во главе с Еленой Калашниковой отклонила иск бизнесмена. Через месяц после решения Верховного суда — 24 июня нынешнего года — президент Владимир Зеленский продлил ограничения против Курченко еще на три года. 

Отмены указа президента о введении санкций от 14 мая 2018 года добивался и глава Совета министров аннексированного Крыма Сергей Аксенов. Правда, делал это как гражданин России. Он фигурировал в дополнении к указу под номером 348. Как и Курченко ему на три года заблокировали активы и запретили выводить капитал из Украины, кроме того СНБО заблокировал почти три десятка интернет-ресурсов, связанных с властями полуострова. 

В ходе разбирательства в Верховном суде, адвокат Антон Журавль, который представлял интересы Аксенова, также пытался выяснить, кто и на каком основании включил его клиента в санкционный список. В итоге суд выяснил, что санкции к Аксенову впервые применили в 2016 году, а в 2018-м СНБО продлил их, предварительно проконсультировавшись с СБУ. 

Правительство, к которому суд также обращался за объяснениями, сообщило, что изначально Аксенова включили в список по должности: как премьер-министр Крыма он возглавляет оккупационную администрацию полуострова. 20 марта прошлого года Верховный суд отклонил иск Аксенова. За год до этого президент продлил ограничения против него до марта 2023 года.

 

Прецедент

Единственный случай отмены санкций Верховным судом также относится к ограничениям времен Петра Порошенко. Швейцарская компания Tolexis Enterprises AG оспаривала один из последних его указов о введении санкций от 19 марта 2019 года. Зарегистрированную в Швейцарии компанию внесли в перечень подсанкционных под номером 66. 

Суд выяснил, что применить ограничения к Tolexis предложил Кабмин по инициативе министерства по делам временно оккупированных территорий. Правительство предоставило суду, в том числе, документы под грифом «для служебного пользования». Применение санкций швейцарской компании оно обосновало следующим образом: Tolexis продавала в Европе продукцию завода «Крымский титан» из аннексированного Армянска. Завод входит в группу компаний Group DF украинского миллиардера Дмитрия Фирташа. 

Крымский титан. Фото: Олександра Сурган, Крым.Реалии

По версии Кабмина, после аннексии Крыма завод перерегистрировали на московскую компанию «Титановые инвестиции», которая продавала его продукцию в России через компанию «Центр оптимальных технологий». Ее конечным владельцем была кипрская компания Ohna Holdings Limited. Причем ее директор и секретарь параллельно занимали такие же должности в компании Tolexis International Limited — официальном владельце швейцарской Tolexis Enterprises. На официальном сайте этой компании (прекратил работу в сентябре 2018 года — Ґ ) украинские чиновники обнаружили список марок диоксина титана. Проанализировав их технические условия и спецификации они пришли к выводу, что эти марки диоксина произвели на «Крымском Титане». 

«Указанный в спецификациях срок годности диоксида титана — 12 месяцев со дня производства. Министерство пришло к выводу, что это свидетельствует: его произвели после начала временной оккупации АР Крым и города Севастополя», — цитируется ответ Кабмина в решении Верховного суда.

Правительство посчитало, что поставки продукции «Крымского Титана» в Европу через российские компании создает угрозу национальной безопасности.

Адвокат Алексей Горелов, который представлял в суде компанию Tolexis, настаивал, что она не нарушала ни украинское, ни международное законодательство. Он указал, что диоксин титана, которым торговала компания, произвела украинская компания ЧАО «Крымский Титан». Позже она сменила название на «Юкрейніан кемікал продактс». В накладных, которые адвокат предоставил суду, указывалось, что продукция «Крымского Титана» прошла таможенное оформление после 20 февраля 2014 года, а компания  Tolexis получила право распоряжаться диоксином титана в соответствии с законом о свободной экономической зоне «Крым». 

В суде Горелов утверждал, что Tolexis продавала только этот диоксин титана, поскольку с 2015 году «Крымский титан» прекратил выпускать эту продукцию. То, что информация о видах диоксина титана осталась на сайте Tolexis не означает, что в 2015-2018 годах компания ее продавала, утверждал адвокат. Верховный суд согласился с доводами защиты. 

Коллегия судей во главе с Ириной Желтобрюх также решила: то что директор и секретарь кипрской компании, которая владеет Tolexis, занимают аналогичные должности в компании — собственнице российского «Центра оптимальных технологий» — не доказывает, что они связаны. 

Суд установил, что они сотрудники в кипрской Dema Servises Limited. Компания предоставляет корпоративные и административные услуги неограниченному кругу лиц.

«То, что указанные лица находятся на должностях в разных компаниях, зарегистрированных на Кипре, объясняется их профессиональной деятельностью по управлению предприятиями», — сказано в решении суда.

В итоге Верховный суд постановил снять санкции с компании Tolexis. Алексей Горелов не захотел обсуждать подробности процесса с «Ґратами», сославшись на то, что они и так изложены в решении суда. 

Сейчас Горелов добивается отмены санкций в отношении собственника «Крымского Титана» Дмитрия Фирташа. Их 24 июня ввел в действие президент Владимир Зеленский. СБУ пока что не спешит предоставлять суду основания, на которых предложила ввести ограничения против Фирташа. 30 сентября спецслужба сообщила суду, что необходимые документы имеют гриф ограниченного доступа, поэтому руководство СБУ решило их не предоставлять.

«Кроме открытых пояснений, другие доказательства в этом деле суду предоставляться не будут», — сообщила спецслужба. 

 

Последствия

Практика применения санкций в Украине отличается от мировой, считают правозащитники. В октябре Медиа-инициатива «За права человека» опубликовала аналитический доклад «Украинские санкции: эффективный инструмент или политическая декларация?». Авторка доклада, правозащитница Юлия Каздобина, пришла к выводу, что санкции в Украине применяются бессистемно. 

«Сегодня Украина скорее работает на поражение конкретных бизнесов, которые связаны с Россией. Вместо этого санкции нужно применять к тем бизнесам, ограничение которых будет влиять на действия руководства России», — считает Каздобина. 

Она обращает внимание, что использование ограничений против граждан Украины и попытки решить благодаря этому внутренние проблемы не соответствует целям в которых их используют в международной практике. Ведь санкции — это инструмент внешней политики. Его используют, чтобы давить на другое государство или сдерживать деятельность негосударственных организаций, например террористов и наркоторговцев. 

«Для предупреждения или расследования подобной деятельности в своей юрисдикции и государства есть другие инструменты, в основе которых расследование, выдвижение обвинения и рассмотрение дела в суде», — отмечает Каздобина.  

Европейский суд по правам человека. Фото: European Court of Human Rights

Глава правления Украинской Хельсинской группы Евгений Захаров считает, что применять ограничения к украинцам, не откорректировав закон о санкциях, нельзя. Поскольку это может быть расценено как злоупотребление правом. Он настаивает — санкции нужно применять только в отношении иностранных граждан и их компаний. Ведь у государства нет другой возможности повлиять на их позицию. 

«И это будет плохо расценено Европейским судом по правам человека в будущем иске, который я уверен будет», — считает Захаров.

2 месяца. Столько в среднем украинцы ждут от подачи иска до первого судебного заседания
2

месяца. Столько в среднем украинцы ждут от подачи иска до первого судебного заседания

Розповідь Галини Довгополої, засудженої в Криму за держзраду «Мене жбурляли, кричали матом, а я сміялася їм в обличчя — 12 років в’язниці!»

«Мене жбурляли, кричали матом, а я сміялася їм в обличчя — 12 років в’язниці!»

Розповідь Галини Довгополої, засудженої в Криму за держзраду

Раз в неделю наши авторы делятся своими впечатлениями от главных событий и текстов