«Суд не устанавливает объективную истину». Адвокаты крымской медсестры Ирины Данилович,  обвиняемой в хранении взрывчатки в футляре для очков, назвали судью пристрастной и заявили ей отвод

Ирина Данилович. Фото из семейного архива
Ирина Данилович. Фото из семейного архива

Процесс по делу медсестры и гражданской активистки из Феодосии Ирины Данилович, обвиняемой в хранении взрывчатки в футляре для очков, подходит к завершению. На последнем заседании перед прениями защита и сама обвиняемая заявили судье Наталье Кулинской отвод, заподозрив ее в предвзятости. Адвокаты посчитали, что она старалась помогать свидетелям обвинения, особенно понятым, а единственного допущенного к допросу свидетеля защиты постаралась дискредитировать. При этом Данилович утверждает, что понятых следствия вовсе не видела, а их показания сфальсифицированы.

О том, почему защита заподозрила судью в пристрастности — в репортаже «Ґрат» из зала городского суда Феодосии.

 

Видео похищения

На нескольких прошлых заседаниях суд допросил свидетелей обвинения — оперативников, которые задерживали и обыскивали Данилович, и понятых, которые, как утверждает следствие, при этом присутствовали.

Данилович задержали сотрудники ФСБ 29 апреля утром на остановке, когда она шла с ночного дежурства домой. Оперативник Руслан Нариманов утверждал, что Данилович подозревали в госизмене и связях с СБУ и проводили по этому проверку. 

После задержания о Данилович не было ничего известно до 12 мая, когда ее обнаружили в СИЗО Симферополя. Родным и адвокатам в ФСБ отвечали, что девушки у них нет. Она утверждает, что в это время находилась в подвале управления спецслужбы, ее постоянно допрашивали с помощью полиграфа и принуждали согласится с обвинением.

Момент задержания попал на видео с камер наблюдения ближайшей заправки. Отец Ирина — Бронислав Данилович — вместе с ее другом Сулейманом Кадыровым обнаружили, когда искали пропавшую медсестру. Видео защита попросила изучить в суде.

Перед началом заседания у прокурора Дмитрия Лященко неожиданно упал погон с правого плеча. Он долго пытался его пристроить обратно, пока судебный техник готовил ноутбук и телевизор. Данилович попыталась найти удобное место в «аквариуме», с которого будет лучше видно. Судья и прокурор внимательно посмотрели на экран.

Защита обнаружила несколько видео. Одно — основное, где видно Данилович. На еще одном видны только автомобили, которые были задействованы в операции по ее задержанию.

Утром Данилович подошла к остановке. Подъехала серая Шкода Октавия с номером К189ТН с тремя мужчинами, но лишь один с открытым лицом и в штатском, остальные — в балаклавах. Они уводят Данилович в машину, через некоторое время она вышла, потом ее уже насильно затаскивают в автомобиль и уезжают. После похищения подъезжает УАЗ Патриот, останавливается, из него выходит мужчина и, разговаривая по телефону, долго изучает кусты и землю вокруг. Потом уезжает и он. Операция заняла 19 минут.

— Ирина Александровна, я не понимаю, вы что в первый раз видите эту запись? — удивилась судья.

— Да, — ответила Данилович, напоминая, что в СИЗО такой возможности нет.

По просьбе адвоката Айдера Азаматова она попыталась вспомнить, как все происходило. 

«Закрой рот и давай сюда телефон, — цитировала она оперативников. — Чевалков Юрий Чевалков — сотрудник ФСБ, задержавший Данилович  сразу сказал, чтобы я доставала свои средства связи». 

Когда медсестру пытались затащить в машину, рядом остановилось такси. Данилович попыталась позвать его на помощь, но Чевалков показал таксисту удостоверение и тот уехал.

«Они меня схватили и запихали в машину», — прокомментировала видео Данилович.

 

Недопустимые доказательства

После просмотра видео защита, которой отказали в допросе почти всех свидетелей, попыталась добиться признания недопустимыми нескольких доказательств обвинения.

Адвокат Айдер Азаматов попросил суд убрать из дела протоколы допросов капитана ФСБ Юрия Чевалкова и лейтенанта Сергея Суворова. Они так и не явились в суд. Спецслужба на запрос суда ответила, что оперативники участвуют в военных действиях против украинских сил. Суд после этого решил, что ему достаточно протоколов их допроса следователем.

Адвокат Айдер Азаматов на заседании «Крымской солидарности». Фото: Антон Наумлюк, Ґрати

Азаматов попросил показания, которые нельзя проверить и уточнить, исключить из дела.

Так же, как и заключение специалистов экспертного подразделения ФСБ Игоря Галкина и Шубенина, поскольку не указано, что их предупреждали об ответственности при даче ложных показаний. А также протокол опроса Данилович от 6 мая 2022 года, протокол сбора образцов ее ногтей для ДНК-экспертизы и еще несколько документов, составленных, по мнению адвокатов, с ошибками.

«Нарушается порядок исследования», — настаивал Азаматов. 

Пока защита читала длинное ходатайство, прокурор листал материалы дела, а когда судья спросила его мнения, заявил, что против. Показания оперативников ФСБ он счел достаточными для суда — подписи их на документах стоят, права и обязанности им разъясняли. 

«Суд принял все меры для вызова сотрудников ФСБ — Чевалкова и Суворова», — защищал прокурор судью. 

Азаматов настаивал на своем и предложил суду два варианта: дождаться свидетелей или исключать эти доказательства из материалов дела.

«Допрос сотрудников ФСБ возможен. Но по истечении шести месяцев [когда они должны вернуться из командировки]» — продолжал защитник.

Он также настаивал на допросе специалистов следствия — Галкина и Шубенина, которые сослались в своем заключении на фототаблицу из экспертизы, которой среди материалов дела не оказалось. Защита посчитала, что их нужно расспросить, что за экспертиза, на которую они сослались, и откуда взялась фототаблица. Галкин и Шубенин на основании этих фото пришли к выводу, что найденная в футляре для очков устройство — самодельная взрывчатка.

Судья Кулинская в ответ попыталась оправдать отсутствие свидетелей «чрезвычайными обстоятельствами».

«И еще. Суд не устанавливает объективную истину. Суд решает — доказана вина подсудимого или нет», — завершила спор Кулинская.

 

Никаких лишних допросов

Ирина Данилович внимательно следила за дискуссией. Когда суд спросил ее, она подошла вплотную к стеклу «аквариума» и обратилась к прокурору.

«Почему никто не расследует, где я восемь суток была, как меня пытали. Почему об этом ничего нет? Второе. Самородова Сотрудница ФСБ Юлия Самородова, которая отбирала ногти Данилович для ДНК-экспертизы и помогала проводить ее обыск . Я хочу, требую ее допросить. Потому что этот специалист взял у меня срезы ногтей 5 мая  в период с 20:00 до 21:00, а не 30 мая. Со всеми нарушениями УПК, в подвале, где у меня не было адвокатов. Пришли, срезали ногти и ушли. Я хочу ее допросить, потому что мы должны выяснить, кто врет — я или она? Почему мне суд не дает такой возможности?». 

Судья выслушала ее и сказала, что решит по поводу доказательств, которые защита потребовала удалить из материалов дела, когда будет выносить приговор. Самородову Кулинская снова отказалась вызвать.

— А могу я у вас спросить? — обратилась к судье Данилович.

— Нет, вы не можете задавать мне вопросы, — попыталась остановить ее судья.

— Как уважаемый суд может понять, кто из нас врет — я или Самородова, не допросив ее?

— Я буду считать вопрос риторическим, у нас с вами нет такой формы общения.

Защита принесла новые документы и попросила их приобщить к делу: справку о плохом состоянии здоровья матери Данилович, заявление ее отца в полицию о похищении дочери и скриншот публикации с сайта МВД, где указано, что один из понятых — Константин Высокогляд — работает в правоохранительных органах.

Суд принял документы о состоянии здоровья матери и скриншот. Заявление в полицию судья вернула адвокатам. Они заявили ей отвод.

 

Сомнения в беспристрастности

Главная претензия защиты к судье была в заинтересованности, которую Кулинская продемонстрировала, когда допрашивали свидетелей, особенно понятых. Данилович утверждала, что никогда их не видела, а во время обыска, когда в футляре для очков якобы нашли взрывчатку, их вообще не было. Но судья снимала все вопросы адвокатов, которые могли бы прояснить — кто пригласил понятых и как они решили сотрудничать со спецслужбой. Защита решила, что судья делала это намеренно, чтобы скрыть фальсификацию их показаний.

«Такое бездействие суда повлекло дальнейшее противоправное поведение свидетеля при его допросе», — считает Железняк. А Константин Высокогляд и вовсе скрыл от суда свою работу в правоохранительных органах. 

Адвокатка Оксана Железняк. Фото: Антон Наумлюк, Ґрати

На допрос Высокогляд пришел с копиями протоколов обыска из материалов дела, которых у него быть не могло, но, как он утверждал, которые он получил их от сотрудников ФСБ. Адвокатка Оксана Железняк посчитала это незаконным. Суд тогда проигнорировал все жалобы защиты.

После допроса единственного разрешенного свидетеля защиты — Сулеймана Кадырова — судья Кулинская наоборот — попыталась дискредитировать его показания, ссылаясь на его судимость. 

«Подобного рода поведение председательствующей вызывает сомнения в беспристрастности, поскольку такого рода вопросы очевидно направлены на дискредитацию свидетеля стороны защиты», — утверждала адвокатка Железняк.

Кадырова действительно судили в за призывы к сепаратизму за комментарий в фейсбуке: «Крым — это Украина, всегда была, есть и будет». В 2018 году его приговорили к двум годам условно и сейчас судимость уже погашена.

Никого из других заявленных защитой свидетелей суд допросить не разрешил.

Судья Кулинская выслушала отвод и доводы адвокатов и ушла в совещательную комнату.

 

Судья не прощается

«Заявленный отвод по уголовному делу Ирины Брониславовны оставить без удовлетворения», — торопливо зачитала судья, когда вернулась в зал. 

Городской суд Феодосии. Фото: Крымская солидарность

Аргументы Железняк она назвала необоснованными, а отвод, по ее мнению, свидетельствует о «затягивании судебного разбирательства» и является «злоупотреблением судебного права» со стороны адвокатов.

Кулинская работает в органах суда уже 15 лет, но в Феодосийском горсуде — с декабря 2014 года. После ее назначения в Украине против нее возбудили дело о госизмене за нарушение присяги судьи.

 

Похищенные в Крыму

В конце заседания выступила сама Данилович с подробным монологом о том, что с ней произошло, как ее похитили оперативники ФСБ, неделю держали в подвале, принуждая дать признательные показания.

Выступление Данилович настолько важное, что заслуживает отдельной публикации. 

«Мы вывезем тебя в лес и там прикончим». Монолог медсестры из Крыма Ирины Данилович, которую судят за взрывчатку в футляре для очков

Ее отец Бранислав Данилович смотрел то на дочь, то на прокурора, то на судью. Качал головой и явно едва сдерживался, чтобы не высказаться вслух.

— В протоколе осмотра вы подпись ставили? Она ваша или нет? — спросила после выступления Данилович судья о протоколе, где указано, как в футляре для очков нашли взрывчатку.

— Там было около 100 листов…

— Я спрашиваю у вас про конкретный документ.

— На половине документов я вижу свою подпись, но при этом фамилия и инициалы написаны другой рукой, а на части протоколов я вообще не вижу своей подписи, — попыталась объяснить медсестра.

— Вы, давая показания суду, говорили, что вам известны многочисленные факты, сведения о похищении сотрудниками ФСБ людей, пыток и так далее. Можете привести конкретные факты?

Данилович перечислила длинный список имен и фамилий.

— Вы этих лиц знаете?

— Часть — да.

— Я, видите, с утра до ночи дела уголовные рассматриваю. Средства массовой информации нет времени смотреть, — иронизировала судья. — Скажите, пожалуйста, вам известно в отношении этих лиц есть обвинительные приговоры?

— Можно я об одном скажу? Ислям Джеппаров Сын крымского правозащитника Абдурешита Джеппарова Ислям вместе с двоюродным братом Джевдетом был похищен неизвестными в сентябре 2014 года . Он был похищен на остановке в Белогорске. Его до сих пор не могут найти. Зато свидетель, который видел похищение и обратился в Следственный комитет, подвергся пыткам. А потом на него завели уголовное дело. Сейчас он где-то в тюрьме. А все эти люди, которых я вам назвала, их не нашли.

Судья Кулинская выслушала Данилович и объявила, чтобы стороны готовились к прениям 27 декабря, предупредив, что уже на следующий день после этого намерена вынести приговор.

2 месяца. Столько в среднем украинцы ждут от подачи иска до первого судебного заседания
2

месяца. Столько в среднем украинцы ждут от подачи иска до первого судебного заседания

Розповідь Галини Довгополої, засудженої в Криму за держзраду «Мене жбурляли, кричали матом, а я сміялася їм в обличчя — 12 років в’язниці!»

«Мене жбурляли, кричали матом, а я сміялася їм в обличчя — 12 років в’язниці!»

Розповідь Галини Довгополої, засудженої в Криму за держзраду

Раз в неделю наши авторы делятся своими впечатлениями от главных событий и текстов