«Подальше от России». Как украинцы выезжают в Чехию в поисках убежища — репортаж корреспондентки «Ґрат», ставшей беженкой

Украинские беженцы в Праге, 5 марта 2022 года. Фото: Олена Иванцив, Ґрати
Украинские беженцы в Праге, 5 марта 2022 года. Фото: Олена Иванцив, Ґрати

С каждым днем после вторжения России в Украину количество украинцев, которые выехали за границу, увеличивается. По последним данным Управления Верховного комиссара ООН по делам беженцев, их более двух миллионов. Больше всего беженцев уехали в Польшу, Венгрию, Словакию, Чехию, Румынию и Молдову. 

2 марта чешская полиция сообщала о почти 25 тысячах прибывших и зарегистрированных украинцев, которые смогут получить годовую визу для пребывания в стране и медицинскую страховку. На сегодня их приехало уже более 100 тысяч.

С 1 марта чехи отправляют в город Чоп Закарпатской области гуманитарный поезд — с продуктами питания и всем необходимым для гражданского населения, назад везут тех, кто пытается уехать из страны. Одной из таких украинок стала журналистка «Ґрат». 

 

Дорога из Тернополя в Чоп — крайнюю точку Закарпатья — 1 марта, на шестой день войны в Украине, практически свободна. Несколько километров автомобильной тянучки образовалось уже возле блокпоста на стыке Львовской и Закарпатской областей. Автомобили притормаживают возле полицейских, те спрашивают, откуда едем, проверяют документы и отпускают. Водителей грузовых автомобилей просят показать багажник. До Чопа еще около двух часов езды. 

На первый взгляд, город живет своей жизнью, как и все Закарпатье. О войне здесь напоминают разве что телевизионные новости и учебная тревога. Ажиотажа в магазинах и аптеках пока нет, даже обменники работают.

Украинские беженцы в Брно, Чехия, 7 марта 2022 года. Фото: Лиза Марчкова, Ґрати

Накануне в Чопе невозможно было арендовать жилье. В местном кафе официантка предложила остановится у ее коллеги — Алисы, которая работает на кухне. Одну комнату своего дома она бесплатно отдала супружеской паре из Одессы, но они уехали во Львов оформлять каких-то документы для пересечения границы с Венгрией. И Алиса предложила нам остаться на ночь в ее доме. В школах и детских садах города развернули лагерь для тех, кто приезжает с других регионов страны, чтобы уехать за границу. Но мест и так не хватает, рассказывает она.

Возле местной аптеки двое мужчин пожилого возраста не скрывают радости, увидев друг друга:

— Раньше встречались в шашлычной, а теперь в аптеке, — говорит, шутя, один из них.

— Да, слава богу, что вообще встречаемся…

— Эх…

— И кто мог подумать, что мир к такому снова придет…

В кафе, где мы познакомились с Алисой, заходит молодой парень с девушкой. Они заказывают пиццу и два капучино, парень тут же подключатся к вай-фаю и делает несколько звонков. На английском он рассказывает, возможно, своим работодателям, где находится, и что попытается в тот же день пересечь границу со Словакией на машине. Но если его не пропустят из-за общей мобилизации мужчин от 18 до 60 лет, то останется в городе до следующей попытки. 

Из телевизора звучит песня Океана Эльзы «Мить» — о войне, и девушка за соседним столиком начинает плакать. Возле нее сидит мужчина с ребёнком. Официантка подходит к ней, гладит по плечу и пытается успокоить: «Все будет хорошо».

Около полудня возле железнодорожного вокзала становится много транспорта: автобусы с женщинами и детьми, такси с иностранными студентами. Накануне в телеграмм-канале «Укрзалізници» был анонсирован эвакуационный поезд в Чехию. Проезд — бесплатный.

Украинские беженцы в Брно, Чехия, 7 марта 2022 года. Фото: Лиза Марчкова, Ґрати

Возле входа на вокзал собралась семья ромов, которые что-то эмоционально обсуждают, с другой стороны — курят пятеро молодых парней в камуфляжной форме. Некоторые из них неловко перебирают автоматы на груди, застенчиво при этом улыбаясь. 

В холле собирается очередь. Волонтеры дают присутствующим бумажки с информацией о гуманитарных поездах в Украину. Ручкой волонтеры пишут на этом же листе номер в очереди. 

Поезд из десяти вагонов рассчитан на 800-1000 пассажиров. В Украину он везет гуманитарную помощь, назад — людей. На листе детально написано, куда направляется поезд, к кому можно обратиться за помощью в Чехии и другое.

В другую очередь выстроились иностранные студенты. В большинстве — индусы и африканцы. Они пытаются уехать в Венгрию, а дальше — кто куда. В отличие от украинцев билеты на поезд им нужно покупать. Один из студентов бегает по холлу вокзала в панике, спрашивает, знает ли кто-то английский. Пытается понять, где ему нужно стать, чтобы попасть на поезд, и где касса. Его успокаивает женщина с табличкой на груди о том, что она говорит на английском. 

— Пропустите мою подругу со сломанной ногой, — просит на английском одна из иностранных студенток пограничника. 

Украинские беженцы в Праге, 5 марта 2022 года. Фото: Олена Иванцив, Ґрати

Он не понимает. Рядом стоит девушка, которая переводит, но он строго отвечает: «Все пройдут. Один за другим…».

Возле очереди с украинцами — несколько столов с волонтерами, которые раздают воду и еду. Женщинам с детьми предлагают детское питание. Очередь постепенно становится длиннее, в основном состоит из женщин и детей. Мужчины сопровождают их только к пограничникам. Некоторые здесь совершенно не похожи на беженцев — с дорогими телефонами и туристическими чемоданами. 

Один из мужчин показывает пограничникам паспорт и какие-то документы. Возле него — несовершеннолетняя дочь. Но его отказываются выпустить из страны из-за военного положения и мобилизации. 

«Да я бы всех их выпустил, но пришел приказ, что нельзя», — говорит один из пограничников другому, в глазах у него слезы. 

Пограничники предложили мужчине пройти в комнату, чтобы переодеть дочку, заметив мокрые лосины, но он демонстративно отказался. Взял дочку на одну руку, чемодан — в другую, и начал пробираться сквозь толпу к выходу. 

— Вот Ира названивает, — говорит в очереди одна из женщин другой. Рядом с ней стоят пожилая женщина и мальчик-подросток. — Я уже жалею, что сказала ей, что мы приедем…

— Ирочка, мы не будем у вас останавливаться, — говорит она уже по телефону. — У вас же там негде… Я просто сказала, что мы будем в Праге… А дальше — в Барселону… Да, прямо в Барселону. Подождем, когда где-то они остановятся, или что-то прояснится… Я даже не открываю это все в телефоне, не могу смотреть, что они наделали.

Украинские беженцы в Праге, 5 марта 2022 года. Фото: Олена Иванцив, Ґрати

Другая семья, которая пытается выехать, — женщина с двумя взрослыми дочками. 

— После Чехии в Польшу, а далее куда-то в Германию или Францию… Подальше от России, — говорит мужчина, провожавший их. Он пока остается в Украине, говорит, хочет присмотреть за родителями. Но как будет выбираться из страны, не уточняет.

Проверка паспортов для украинцев скорее формальность. Пропускали даже тех, у кого не было заграничных. До прибытия поезда всех просили подождать в тесном проходе. Выйдя на перрон, — снова остановили, чтобы рассаживать пассажиров по очереди, не создавая толкучку. 

В ожидании посадки девушка-подросток начала снимать видео на телефон. 

— Не снимать! Удали видео! — крикнул ей пограничник. Она тут же спрятала телефон и стала возле своей матери и брата. 

Детские рисунки украинских беженцев в Праге, 5 марта 2022 года. Фото: Олена Иванцив, Ґрати

Пограничники выстроились в ряд, окружив пассажиров, чтобы никто самовольно не бегал по перрону.

— Разве не слышали президента?! Ничего не выкладывать… Я совершенно не понимаю этих людей. Хотите, чтобы другие не смогли уехать, — продолжал кричать пограничник.

Девушка, немного опустив голову, молчала. 

В вагоны пропускали по несколько человек. Сначала — пассажирок с маленькими детьми, потом — всех остальных. В каждом купе на столике ждали чешские десерты и упаковка воды. Несколько раз волонтеры проходили по вагонам, чтобы посчитать пассажиров и свободные места. Последними в наш вагон села семья из семи человек из Киева с единственным мужчиной на весь вагон — многодетным отцом. 

— Мы просидели сутки в метро. Я видел трупы, сгоревшие машины… Это все валялось там у нас… — рассказывает 10-летний Назар из Киева. 

Его родители после пережитого решили уехать в Краков в Польшу. У мамы мальчика там живет сестра.

— Мы даже работать там сможем, — добавляет он.

Мальчик совсем не грустит, что уезжает, напротив, говорит, что впервые попадет за границу. Его старшая сестра с 5-месячники ребенком плачет, ее мужа не пустили через границу.

— Он попробует пройти пешком через любую другую», — обнадеживая ее, говорит отец.

По проходу вагона бегают дети, некоторые играют на телефонах, другие пытаются уснуть, используя куртки как подушки или одеяла.

По дороге через Словакию поезд останавливался несколько раз, чтобы волонтеры принесли еду и воду, детское питание. Когда поезд отправлялся, полицейские, стоявшие на перроне, махали людям в вагонах рукой на прощание. 

Украинские беженцы в Брно, Чехия, 7 марта 2022 года. Фото: Лиза Марчкова, Ґрати

В конечную точку — небольшой город Острава в Чехии поезд приехал около 23:15. На перроне волонтеры собрали тех, кому негде было ночевать, их отвезли в лагерь для беженцев. 

— Счастливо вам, может, еще встретимся, — говорит Назар на прощание, когда я отдаю ему потерянную в купе шапку. — Или не встретимся… В любом случае, счастливого вам беженства.

2 месяца. Столько в среднем украинцы ждут от подачи иска до первого судебного заседания
2

месяца. Столько в среднем украинцы ждут от подачи иска до первого судебного заседания

Розповідь Галини Довгополої, засудженої в Криму за держзраду «Мене жбурляли, кричали матом, а я сміялася їм в обличчя — 12 років в’язниці!»

«Мене жбурляли, кричали матом, а я сміялася їм в обличчя — 12 років в’язниці!»

Розповідь Галини Довгополої, засудженої в Криму за держзраду

Раз в неделю наши авторы делятся своими впечатлениями от главных событий и текстов