Дело «Второй Бахчисарайской группы Хизб ут-Тахрир». День сорок седьмой — допрос свидетельницы Ление Каракаш и ее брата Азиза

18 июня
20:03 «ИГИШ — те кто порочит ислам...» — суд изучает переписку свидетеля с Салиевым
18:20 Свидетель Азиз Каракаш работал в кафе Марлена Асанова. Знает Сейрана Салиева и больше никого из подсудимых
17:57 Свидетельница утверждает, что не знакома лично ни с кем из подсудимых
17:22 «Это были исключительно мирные мусульманские уроки», — свидетельница. Мемета Белялова удаляют из зала
17:07 Суд допрашивает свидетельницу Ление Каракаш из Бахчисарая. Хотя она заявлена, как свидетель защиты
17:00 Коротко о деле и предыдущих заседаниях
Дело «Второй Бахчисарайской группы Хизб ут-Тахрир». День сорок седьмой — допрос свидетельницы Ление Каракаш и ее брата Азиза
Заседание по делу Второй Бахчисарайской группы Хизб ут-Тахрир. Фото: Ґрати
В Южном окружном военном суде российского Ростова-на-Дону продолжается судебный процесс над крымскими татарами — фигурантами дела «Второй Бахчисарайской группы Хизб ут-Тахрир». Восемь крымских мусульман были задержаны в 2017-2018 годах по обвинению в принадлежности и создании в Бахчисарае ячейки исламской партии Хизб ут-Тахрир, запрещенной в России, но действующей свободно в Украине и большинстве европейских стран. «Ґрати» продолжают вести онлайн судебных заседаний процесса.
17:00
18 июня
17:00
18 июня
Коротко о деле и предыдущих заседаниях

12 октября 2017 года сотрудниками Федеральной службы безопасности РФ были задержаны и впоследствии арестованы Тимур Ибрагимов, Марлен (Сулейман) Асанов, Мемет Белялов, Сейран Салиев, Сервер Зекирьяев и Эрнес Аметов. Все они участники организации «Крымская солидарность» – объединения адвокатов, родственников политзаключенных и активистов, которое помогает крымчанам, подвергшимся преследованиям по политическим или религиозным мотивам.

Эдем Смаилов и координатор «Крымской солидарности» Сервер Мустафаев были задержаны и арестованы позже — 22 мая 2018 года.

По версии следствия, все задержанные состояли в одной ячейке исламской партии Хизб ут-Тахрир, запрещенной в 2003 году в России, но свободно действующей в Украине и большинстве европейских стран. Марлен Асанов, Тимур Ибрагимов и Мемет Белялов обвиняются в «организации деятельности террористической организации» (часть 1 статьи 205.5 Уголовного кодекса РФ). Наказание предусматривает от 15 лет колонии до пожизненного заключения.

Остальных обвиняют в участии в террористической организации (часть 2 той же статьи 205.5 УК РФ) с возможным наказанием – от 10 до 15 лет заключения. Всем восьмерым также вменяется приготовление к насильственному захвату власти (часть 1 статьи 30, статья 278 УК РФ).

Все подсудимые отвергают обвинения в терроризме и утверждают, что их преследуют по политическим и религиозным мотивам.

Дело «Второй Бахчисарайской группы Хизб ут-Тахрир». День сорок пятый — допрос засекреченного свидетеля обвиняемыми

На протяжении четырех заседаний суд допрашивал засекреченного свидетеля обвинения под псевдонимом «Иван Бекиров». Он выступал из другого зала по аудиосвязи с измененным технически голосом. Подсудимые узнали в нем гражданина Узбекистана Салохиддина Назруллаева — работающего грузчиком жителя Бахчисарая. Защита подозревает, что из-за проблем с миграционной службой Назруллаева могли принудить дать показания против крымчан.

Он рассказал, что сам состоит в Хизб ут-Тахрир и принимал участие в собраниях (сухбетах) и занятиях (халакатах) вместе с подсудимыми. Руководителем исламской партии в Крыму он назвал Марлена Асанова, вторым лицом — Сервера Зекирьяева. Встречи адептов партии, в которых принимал участие «Бекиров», проходили в мечетях Бахчисарая, села Новенькое и в частных домах, в том числе у свидетеля.

Он утверждает, что целью Хизб ут-Тахрир в Крыму было привлечение 100% населения полуострова, что стало бы основой для построения Халифата. Где — он не смог пояснить. Этого, по мнению свидетеля, партия пыталась добиться вербовкой и проведением обучения уже привлеченных членов. На таких занятиях он якобы встречал всех подсудимых. Кроме того, он утверждал, что на занятиях присутствовали, по меньшей мере, двое военнослужащих.

Никаких доказательств и обстоятельств, которые можно было бы проверить, свидетель своим показаниям не назвал. А при попытке защиты уточнить — суд снимал все вопросы. На последнем дне допроса суд и вовсе запретил продолжить его нескольким подсудимым и адвокатам.

Впрочем, свидетель все равно на абсолютное большинство вопросов защиты отвечал — «не помню». А также подтвердил все свои показания, данные во время следствия.

За время его допроса защита и подсудимые заявили несколько отводов судейской коллегии и председательствующему судье Ризван Зубаирову, однако их не рассмотрели сразу же, а вынесли на отдельное заседание. Во всех отводах было отказано.

17:07
18 июня
17:07
18 июня
Суд допрашивает свидетельницу Ление Каракаш из Бахчисарая. Хотя она заявлена, как свидетель защиты

Судейская коллегия заходит в зал и заявляет, что намерены допросить сегодня свидетельницу Ление Каракаш из Бахчисарая — она прибыла на заседание в Крымский гарнизонный военный суд, откуда будет выступать по видеосвязи.

У Каракаш гражданство РФ, образование — неполное среднее, на данный момент нигде не работает, русским языком владеет.

Суд разъясняет ей права, обязанности и ответственность. Связь с Крымом плохая, свидетельница Каракаш просит повторить. Судья говорит, но медленнее.

Но адвокаты выступают против допроса. Каракаш значится, как свидетель защиты.

«Прокурор пытается на стадии представления доказательств стороной обвинения допросить свидетеля защиты, что нарушает порядок представления доказательств», — говорит адвокат Эдем Семедляев. Его поддерживают коллеги Айдер Азаматов и Эмиль Курбединов.

Прокурор в ответ ссылается на Уголовно-процессуальный кодекс и заявляет, что его полномочия позволяют вызвать даже не указанных следователем свидетелей. Суд позволяет допросить Каракаш.

Свидетельница рассказывает, что знает Аметова заочно через своего родного брата Азиза Каракаша, но лично с Аметовым не общалась, а остальных подсудимых не знает вовсе. Свидетельница поясняет, что у мусульман принято давать второе имя, а названные прокурором имена ей неизвестны.

Допрос, который проводил с ней следователь, она не считает допросом. Не знает, что ей говорить, — Каракаш явно очень волнуется. В допросе не было конкретики, разговор был — как простая беседа. Никто не ставил в известность, что ведётся допрос, права, обязанности, ответственность не разъяснялись. Текст, составленный следователем после допроса, она не читала — «пробежала глазами».

Прокурор, задавая вопросы подчеркнуто повторяет «допрос», «протокол», на что обращает внимание Сервер Мустафаев.

17:22
18 июня
17:22
18 июня
«Это были исключительно мирные мусульманские уроки», — свидетельница. Мемета Белялова удаляют из зала

Прокурор продолжает допрос. Каракаш рассказщывает, что ее брат посещал «занятия религиозного характера». «Но это были исключительно мирные мусульманские уроки, абсолютно никакого вреда не несли», — объяснила свидетельница.

Ление Каракаш. Фото: с ее страницы в фейсбуке

— Я абсолютно согласен, поэтому никого не обвиняю в этом, — заявил прокурор Евгений Колпиков.
— Прокурор обвиняет 8 человек и говорит, что никого не обвиняет, — замечает на это адвокат Семедляев.

О чем были уроки свидетельница не знает, так же как и кто их вел. «Знаю только, что вреда они не несли»

Мемет Белялов возражает на вопросы прокурора. Суд делает ему замечание и удаляет до конца представления доказательств обвинением.

17:57
18 июня
17:57
18 июня
Свидетельница утверждает, что не знакома лично ни с кем из подсудимых

Белялова уводят, но адвокаты пытаются протестовать. Суд поясняет: за пререкания с председательствующим.

Прокурор продолжает допрос. Спрашивает о мусульманских занятиях, которые вел некий Муджип, — об одном и том же несколько раз. Свидетельница говорит, что не знает, и обращает внимание на повтор вопросов.

«Исключайте повторяющиеся вопросы», — просит его судья.

Ление поясняет, что её брат решил изучать Коран, подробностей он не сообщал.

— Вы лично встречались с человеком по имени «Муджип»?
— Как я и говорила вам ранее, ещё в начале суда, у нас — мусульман есть традиция, выбирать имя из Корана. Я не знаю.
— Вы встречались с человеком по имени Муджип?
— Я лично не встречалась с этим человеком.

Прокурор пытается показать ей подсудимых, чтобы она узнала их. Они возражают, но и она сама тоже.

— Ваш брат занимался противоправной деятельностью? — спрашивает адвокат Тарас Омельченко.
— Нет.

Сервер Мустафаев говорит со свидетельницей на крымско-татарском, переводчик переводит.

Он благодарит за то что она прибыла и честно отвечает на вопросы. Спрашивает, понимает ли она в чем их обвиняют. Слово терроризм ей знакомо, но она ни разу не видела какие-то толпы кричащих о захвате мира людей, — говорит свидетельница.

Прокурор просит зачитать протокол ее допроса во время следствия из-за противоречий. Защита возражает, особенно, учитывая, что следователь даже не предупреждал ее об ответственности и представил это все простой беседой.

Суд, тем не менее, определил огласить протокол.

Брат посещал занятия в доме человека которого зовут Муджип, он же Сейран Салиев. Что проходило на занятиях ей неизвестно, — читает прокурор.

Каракаш повторяет, что не знакома с подсудимыми и вновь говорит, что допрос был — не допрос, а как простая дружеская беседа.

«Если там и проводились занятия, то изучение Корана. Изучение собственной религии это какое-то преступление?», — спрашивает она в ответ.

Прокурор уточняет, а Каракаш говорит, что не знает лично никого из подсудимых, в том числе Муджипа или Сейрана Салиева.

В показаниях Каракаш говорит, что ее предупреждали, чтобы брат не ходил на занятия. «2017 и 2020 годы — большой период времени. Никто прямо не говорил, ходили просто слухи. Нет ничего страшного чтобы ходить на уроки к христианам, мусульманам, изучать Коран», — объяснила она.

У прокурора вопросов больше нет.

«Во-первых, была повестка, — я её проигнорировала. Потом приехала красивая машинка и меня забрали с работы. Я была совершеннолетняя и могла отвечать на вопросы. Голова кипела», — немного сумбурно рассказывает свидетельница в ответ на вопросы Мустафаева.

— Сколько лет было вашему брату, когда он ходил на занятия? — спрашивает судья.
— 17 лет, — отвечает свидетельница и ее отпускают.

18:20
18 июня
18:20
18 июня
Свидетель Азиз Каракаш работал в кафе Марлена Асанова. Знает Сейрана Салиева и больше никого из подсудимых

Суд допрашивает следующего свидетеля — Азиза Каракаша, брата Ление Каракаш, допрошенной до этого. Он тоже выступает по видеосвязи из Крыма.

Адвокаты пытаются протестовать против допроса — он тоже заявлен, как свидетель защиты, но суд их игнорирует, ссылаясь на прокурора — явка же обеспечена. Тогда адвокат Омельченко просит хотя бы вернуть Белялова в зал — отказано.

Свидетеля плохо слышно.

Он говорит, что знает Марлена Асанова, Сейрана Салиева, остальных — нет.

Его уже допрашивал следователь ФСБ в Симферополе. Протокол он прочитал и подписал, замечаний не возникло.

Колпиков спросил о вероисповедании свидетеля, но суд отклонил вопрос.

Свидетель на вопросы прокурора рассказал, что познакомился с Марленом Асановым в кафе «Саличик». Азиз устраивался к нему на работу. Вопрос о том, на какую работу — суд снял после возражения адвоката Омельченко.

В «Салачике» Азиз проработал три месяца — летний сезон.

Прокурор почему-то спросил про имама Рамазана Асанова, — свидетель его знает.

Защита возражает — вопросы прокурора не относятся к делу.

«Вот видите как вам не нравится», — шутит Колпиков, намекая на то, что суд часто снимает по тем же основаниям вопросы защиты.

20:03
18 июня
20:03
18 июня
«ИГИШ — те кто порочит ислам...» — суд изучает переписку свидетеля с Салиевым

Прокурор читает переписку Каракаша и Салиева. «ИГИШ — те кто порочит ислам…», — пишет Салиев под именем Муджипа. Он рассуждает о том, что убийства людей, отнятие жилья и имущества — порочит ислам. И предлагает посмотреть по ссылкам видео в ВКонтакте: «Халифат возвращается», «Возвращение брата Рашида. Челябинск», «Шамиль Басаев про жизнь».

Каракаш подтверждает переписку. Рассказывает, что на допрос его вызывали с мамой, как представителем — тогда он был несовершеннолетний. Давления на него не было.

Кроме переписки прокурор читает часть протокола допроса свидетеля, где он называет Асанова его вторым именем — Сулейман.

Омельченко снова возражает — свидетель был вызван по повестке во время оглашения доказательств обвинения, значит это не прокурор обеспечил явку, а суд. Его допрос это нарушение порядка исследования доказательств.

Прокурор читает протокол допроса. Записано, что Салиев говорил, что нужно делать даваат.

Больше вопросов у прокурора к свидетелю нет.

На вопросы Гемеджи свидетель рассказал, что не помнит, когда в последний раз виделся с Салиевым — давно. После переписки в ВКонтакте с Салиевым он не контактировал. Как должен наступить халифат — Салиев не объяснял. Слова «скоро будет всё захвачено» — были сказаны без особого значения. О вооружённом захвате Салиев не говорил.

Подсудимые жалуются, что их даже не выпустили всех оправиться — успели только несколько человек.

«Полтора часа нам обещают перерыв на оправку, дают 10 минут — из 8 человек успели только 4. Конвой не может всех вывести — времени не хватает, секретарь в курсе но судья не даёт. Нас загнали в положение, что мы не хотим в ущерб здоровью дальше продолжать, потому что уже тяжело терпеть. Нам не дают слово и не принимают ходатайства. Помещение душное и время уже 19:30, а начали суд с опозданием на час», — выступает Мустафаев.

Суд их игнорирует.

В показаниях следствию свидетель говорил, что Салиев беседовал о халифате с подростками 13-15 лет. Сейчас Каракаш этого не помнит, но тогда, наверное, помнил лучше.

Свидетеля отпускают. Следующее заседание нащначено на 23 июня.