Дело «Второй Бахчисарайской группы Хизб ут-Тахрир». День пятидесятый — допрос характеризующих свидетелей защиты

07 июля
16:30 Суд отказывает Мустафаеву в дополнительном времени для ознакомления с материалами дела
16:26 «Все люди хорошие, никаких призывов, ничего не слышал, не знаю что ещё сказать» — свидетель Павел Сафонов
13:41 Суд удаляет маму Сейрана Салиева
12:36 «Были несогласные с изменением конституционного строя в Крыму в 2014 году, но несогласие — это не призывы» — свидетельница Лиля Яшлавская
11:29 Свидетельница Лиля Яшлавская очень тепло отзывается о Сервере Мустафаеве
11:00 Коротко о деле и предыдущих заседаниях
Дело «Второй Бахчисарайской группы Хизб ут-Тахрир». День пятидесятый — допрос характеризующих свидетелей защиты
Обыски в домах крымских татар. Фото: «Крымская солидарность»
В Южном окружном военном суде российского Ростова-на-Дону продолжается судебный процесс над крымскими татарами — фигурантами дела «Второй Бахчисарайской группы Хизб ут-Тахрир». Восемь крымских мусульман были задержаны в 2017-2018 годах по обвинению в принадлежности и создании в Бахчисарае ячейки исламской партии Хизб ут-Тахрир, запрещенной в России, но действующей свободно в Украине и большинстве европейских стран. «Ґрати» продолжают вести онлайн судебных заседаний процесса.
11:00
07 июля
11:00
07 июля
Коротко о деле и предыдущих заседаниях

12 октября 2017 года сотрудниками Федеральной службы безопасности РФ были задержаны и впоследствии арестованы Тимур Ибрагимов, Марлен (Сулейман) Асанов, Мемет Белялов, Сейран Салиев, Сервер Зекирьяев и Эрнес Аметов. Все они участники организации «Крымская солидарность» – объединения адвокатов, родственников политзаключенных и активистов, которое помогает крымчанам, подвергшимся преследованиям по политическим или религиозным мотивам.

Эдем Смаилов и координатор «Крымской солидарности» Сервер Мустафаев были задержаны и арестованы позже — 22 мая 2018 года.

По версии следствия, все задержанные состояли в одной ячейке исламской партии Хизб ут-Тахрир, запрещенной в 2003 году в России, но свободно действующей в Украине и большинстве европейских стран. Марлен Асанов, Тимур Ибрагимов и Мемет Белялов обвиняются в «организации деятельности террористической организации» (часть 1 статьи 205.5 Уголовного кодекса РФ). Наказание предусматривает от 15 лет колонии до пожизненного заключения.

Остальных обвиняют в участии в террористической организации (часть 2 той же статьи 205.5 УК РФ) с возможным наказанием – от 10 до 15 лет заключения. Всем восьмерым также вменяется приготовление к насильственному захвату власти (часть 1 статьи 30, статья 278 УК РФ).

Все подсудимые отвергают обвинения в терроризме и утверждают, что их преследуют по политическим и религиозным мотивам.

Дело «Второй Бахчисарайской группы Хизб ут-Тахрир». День сорок девятый — допрос свидетелей защиты

Начиная с прошлого заседания, защита приступила к представлению своих доказательств. Вчера в суде выступили три характеризующих свидетеля, которые не являлись очевидцами событий, но могли дать оценку подсудимым.

Бывшая учительница Эрнеса Аметова Валентина Карпинская репетирует сейчас его детей и близка к семье. Она утверждала, что ни разу не слышала от Аметова ни пропаганды учения Хизб ут-Тахрир, ни о каких-то террористических планах.

Точно так же высказались о тех подсудимых, которых они знают, другие свидетели — пенсионеры Наджие Таирова и Зевждет Куртумеров.

«С матерью Салиева я работал 20 лет в одной организации. Сейран практически рос на моих глазах. Семья порядочная, было комфортно общаться с этими людьми. Сейран был очень честный и грамотный. Если б мой сын обладал такими качествами как Сейран, я был бы очень счастлив, он был примером для подражания.

Сервера Мустафаева я знаю лет 10, больше знал его отца. Мы посещали вместе суды тех, кто был уже задержан. Меня поражала в нём его любовь к знаниям, стремление к справедливости по всем вопросам, которые у нас в обществе возникали. Судьба видимо распорядилась по-другому, он сейчас сам в той же ситуации. Это человек взвешенный, грамотный», — рассказывал Куртумеров.

11:29
07 июля
11:29
07 июля
Свидетельница Лиля Яшлавская очень тепло отзывается о Сервере Мустафаеве

Сегодня суд намерен снова допросить трех свидетелей защиты. Первой выступает, Лиля Яшлавская — гражданка России, проживает в Симферополе, не работает с 2014 года.

Лиля Яшлавская. Фото: «Крымская солидарность»

«Я хорошо знакома с Сервером Мустафаевым, знаю семью Салиева, остальных — нет. Самого Сейрана не так хорошо знаю, знаю его родственников. С Сервером познакомилась во время «Крымского марафона» (акция по сбору средств для оплаты штрафов крымских татар, административно преследуемых российскими властями за гражданскую активность — Ґ ). Знаю его, как глубоко порядочного, очень отзывчивого, мягкого, интеллигентного. Он всегда старался всем помогать. Я бабушка двух внучек и Серверу я бы их доверила. Всё хорошее, что можно назвать из человеческих качеств, я бы сказала это о Сервере. К проблемам чужих людей он относился как к своей собственной, когда проходили обыски. Знаю очень многих не крымских татар, которые очень хорошо относятся к Серверу».

12:36
07 июля
12:36
07 июля
«Были несогласные с изменением конституционного строя в Крыму в 2014 году, но несогласие — это не призывы» — свидетельница Лиля Яшлавская

— Вам известно, чтобы кто-то из крымских татар совершал террористический акт? — спрашивает свидетельницу адвокат Эдем Семедляев.
— Нет и, как впоследствии выяснялось, про тех, о которых говорили, — это оказалось не правдой.
— Вас лично или ваших знакомых Сервер Мустафаев или Сейран Салиев склоняли к участию в террористической организации?
— Во первых, я не знаю, какие есть. Нет не склоняли. У меня никак не связано слово «экстремизм» с Сервером Мустафаевым.
— Склонял Сервер или Сейран к нарушению конституционного строя?
— Нет и тем более с учётом моего юридического образования. Невозможно чтобы они склоняли к изменению какого-либо конституционного строя.

Адвокат Сияр Панич расспрашивает об акции «Крымский марафон». Свидетельница рассказывает, что все желающие собирали монетами по 10 рублей, чтобы оплатить штрафы административно оштрафованных.

Сервер Мустафаев обращается к свидетельнице на крымскотатарском через переводчика. Он благодарит ее за участие в суде и тоже спрашивает о случаях терроризма в Крыму до 2014 года.

«Почему у нас так много дел, связанных с терроризмом, если за предыдущие 30 лет ни одного случая. Мне бы по роду деятельности о таких случаях было бы известно, если бы они были, — отвечает Яшлавская. — Да, были несогласные с изменением конституционного строя в Крыму в 2014 году, но несогласие — это не призывы. Призывов изменять конституционный строй, взрывать здания, другим террористических актов не было. Был случай, когда человек не вынес несправедливости облил себя [бензином] и поджёг. Но никаких призывов не было».

«Я сама мусульманка, за весь период своей жизни не слышала, чтобы были драки или ругань в мечети, неуважение к старикам. Беседы и обсуждения — разрешены. От Сервера и Сейрана тем более. Этих людей все знают как людей которые глубоко уважают всех людей старшего возраста».

Суд ее прерывает: так, свидетель, вы уже повторяетесь, следующий вопрос.

Мустафаев спрашивает, были ли в его окружении «плохие люди, преступники».

«Если человек мне скажет, что он друг Сервера Мустафаева, я буду к нему уважительно относиться», — отвечает свидетельница.

Она рассказывает о деятельности Мустафаева в объединении «Крымская солидарность», где он занимался благотворительностью и помощью семьям арестованных мусульман. Также она вспоминает о поддержке Мустафаевым и другими подсудимыми единоверцев, у которых российские силовики проводили обыски.

Сейран Салиев тоже говорит с ней на крымскомтатарском. «Мне говорят, что я призывал молодых людей к терроризму, вы знаете об этом или нет?», — обращается к свидетельнице Салиев. «У нас было празднование Байрам, мои дети приходили оттуда радостные и за это мы благодарны в том числе Сейрана, как организатору.

Последний вопрос задает прокурор Евгений Колпиков: «Сообщали ли вам подсудимые о необходимости признания исламской идеологии в качестве государственной?». «Нет, никогда», — отвечает свидетельница и ее отпускают.

13:41
07 июля
13:41
07 июля
Суд удаляет маму Сейрана Салиева

Следующий свидетель Куртсеит Абдуллаев. Он рассказывает, что знаком со всеми подсудимыми. «Больше Сейрана Салиева знаю, Сервер Мустафаев был самым активным. То что сегодня вменяют нашим ребятам это оговор и запугивание», — начал он говорить, но суд его прерывает и просит отвечать коротко.

Куртсеит Абдуллаев. Фото: «Крымская солидарность»

«Сервер — активист национального движения и правозащитник, он всегда был готов протянуть руку помощи. Он начал освещать суды, когда они начались, создал эту «Солидарность», которая ведёт защиту наших соотечественников. Сейран, знаю, активно помогал в организации праздников, всегда находился среди народа. Мы выбрали ненасильственный метод. Наше национальное движение ведёт бескровную борьбу за право жить на своей родине».

«Призывали к смене власти?» — спрашивает свидетеля адвокатка Лиля Гемеджи. «Это смешно — бывшие СБУШники создают эти дела, чтобы получать свои звёздочки», — отвечает Абдуллаев.

Суд резко прерывает его, и запрещает давать оценки. Адвокат Семедляев на это возражает: свидетель дал свою оценку причине происходящего, возбуждения этих дел.

— Кто-либо из подсудимых хранил предметы для совершения противоправной деятельности? — спрашивает адвокат.
— Мне непонятно, почему они находятся на скамье подсудимых, у них ничего не было…, — суд снова перебивает и требует отвечать коротко.
— Нет, не было.

Мустафаев пытается возразить на действия председательствующего, что он прерывает ответы свидетеля. Судья Ризван Зубаиров резко и громко требует не перебивать его, объявляет, что возражение занесено в протокол, но так и не позволяет его высказать до конца.

Точно так же суд прерывает свидетеля, когда он рассказывает, что в мечетях муфтият раздавал прихожанам книги, ставшие после 2014 года запрещенными из-за распространения российского законодательства в Крыму.

Сервер Мустафаев спрашивает его о том, почему крымские татары собираются на обыски у соотечественников. «Целый отряд ОМОНа, целый отряд милиции, они перекрывают всё, поэтому народ собирается чтобы показать, что люди не одни, они с народом», — отвечает Абдуллаев.

Сейран Салиев на крымскотатарском поблагодарил свидетеля, но вопросов задавать не стал.

— Вы меня знаете или нет? — спрашивает у него Марлен Асанов.
— Как не знать кафе «Салачик» и тебя, как хозяина, который показывал, как надо обслуживать. — Суд прерывает, заявляя, что ответа достаточно.

Прокурор начинает спрашивать, называет Абдуллаева членом национального движения. Сидящая в зале мама Сейрана Салиева — Зодие поправляет его: «участник». Прокурор жалуется на нее суду и женщину удаляют из зала до конца заседания.

— В ходе вашей деятельности вам известны факты насильственного изменения конституционного строя подсудимыми после 2014 года? — спрашивает прокурор.
— Я говорил, что все являются участниками крымскотатарского… — Суд прерывает его снова, считая вопрос повторяющимся.
— Заявление в ФМС о получении российского паспорта писали добровольно? — продолжает прокурор.
— К чему этот вопрос? — удивляется судья и снимает его.

Свидетеля отпускают.

16:26
07 июля
16:26
07 июля
«Все люди хорошие, никаких призывов, ничего не слышал, не знаю что ещё сказать» — свидетель Павел Сафонов

Последний на сегодня свидетель — Сафонов Павел Игоревич, 1986 года рождения. Живет в Бахчисарае, гражданство — российское.

Павел Сафонов. Фото: «Крымская солидарность»

Свидетель рассказывает, что знает и близко дружит с Сервером Мустафаевым с семи лет. Никаких противоправных действий за ним не знает, как и призывов к таким — не слышал.

— Вам что-либо говорил Мустафаев об установлении Халифата? — спрашивает его прокурор.
— Глупый вопрос, я православный христианин, — отвечает свидетель. Суд говорит ему не давать оценок, а отвечать на вопросы.
— Нет, не было.

Прокурор расспрашивает, а Сафонов отвечает, что у Мустафаева была пекарня в Севастополе — на доходы с нее он и жил.

Ничего об участии Мустафаева в Хизб ут-Тахрир свидетель не знает.

«Все люди хорошие, никаких призывов, ничего не слышал, не знаю что ещё сказать», — говорит он.

Кроме Мустафаева он знает и Сейрана Салиева, — «очень порядочный человек, водил экскурсии». Узнает в «аквариуме» Марлена Асанова, — «держите своё слово, хороший человек»; и Тимура Ибрагимова, — «к людям всегда относится хорошо, хороший человек».

Сервер Мустафаев приветствует друга и начинает допрос.

— За всё время нашего знакомства ты слышал или видел проявление ненависти, агрессии, насилия?
— Такого никогда не было, всегда помогал, альтруист по жизни.
— Спасибо, дорогой. Прокурор спрашивал, как я зарабатывал, хотел бы, чтобы ты пояснил. Да, хлебобулочные изделия это как раз с 2014 года и далее было. А накануне 2014 года какой я занимался деятельностью, когда посещал твою маму?
— А да, как торговый представитель работал ювелирной организации, нашей крымской.
— Тёте Неле большой привет.

Прокурор, видимо просмотрев материалы дела, делает заявление: он отмечает, что протокола опознания этим свидетелем нет.

Тем не менее, суд освобождает свидетеля.

16:30
07 июля
16:30
07 июля
Суд отказывает Мустафаеву в дополнительном времени для ознакомления с материалами дела

Эдем Смаилов возражает на действия суда, который прервал свидетеля Куртсеита Абдуллаева, когда он говорил о бывших сотрудниках СБУ, которые сейчас работают в ФСБ.

Сейран Салиев (слева) и Эрнест Аметов. Фото: Ґрати

Суд, в свою очередь, вспоминает о ходатайстве Сервера Мустафаева, которое он заявлял ранее, о том, что ему необходимо дополнительное время для ознакомления с материалами. Мустафаев подтверждает, что просьба еще актуальна. Прокурор не возражает

Суд совещаясь на месте определил, что предоставлял достаточное количество времени для ознакомления — 1 день.

Судья объявляет перерыв до завтра до 10 утра.