09 июня 2021, 13:05

Суд обязал харьковскую журналистку и героев ее публикации опровергнуть информацию о бизнесмене, которого беларусский звукорежиссер обвинял в «трудовом рабстве»

Фрунзенский районный суд удовлетворил иск харьковского предпринимателя Владислава Шрубека о возмещении ущерба и защите достоинства, чести и деловой репутации статьи 297 и 299 Гражданского кодекса Украины  против журналистки издания «Справжня варта» Юлии Гуш и героев ее публикаций — представителя общественной организации «Правозащитник» Максима Корниенко и беларусского звукорежиссера Андрея Жукова. Об этом сообщает журналистка «Ґрат» из зала суда.

Максим Корниенко (справа) и адвокат Сергей Белоус (слева) на заседании Фрунзенского райсуда Харькова, 8 июня 2021 года. Фото: Ганна Соколова, Ґрати

В декабре 2018 года Владислав Шрубек подал иск против Юлии Гуш, Максима Корниенко и Андрея Жукова, в котором просил суд признать недостоверной часть информации, опубликованной в двух статьях авторства Гуш с комментариями Корниенко и Жукова, опровергнуть ее и возместить ему моральный ущерб — около 200 тысяч гривен. По мнению Шрубека, в статьях изложена недостоверная информация, которая вредит его чести и деловой репутации.

В статье, опубликованной на сайте издания «Справжня варта» в октябре 2018 года, Гуш рассказывает историю беларусского звукорежиссера Жукова, работавшего в Харькове над созданием студии звукозаписи вместе с местным бизнесменом Шрубеком. Ссылаясь на Жукова и правозащитного активиста Корниенко, журналистка утверждает, что Жуков «попал в трудовое рабство». По словам Гуш, Шрубек обещал ему зарплату и процент от прибыли студии, но звукорежиссер утверждает, что работал за еду, жил в самой студии, работодатель отобрал у него паспорт и обманом вынудил подписать договор об отчуждении авторских прав на музыку, а когда Жуков пожаловался на зубную боль, ему удалили почти все зубы «для шантажа».

Во второй статье, опубликованной на сайте того же издания в ноябре 2018 года, Гуш пишет, что после окончания сотрудничества со Шрубеком Жукову не вернули паспорт и не выплатили задолженность по зарплате. В обоих статьях журналистка не предоставила точку зрения самого Шрубека, который в комментариях другим изданиям опровергал слова Жукова и Корниенко.

Фрунзенский районный суд Харькова рассматривал иск Шрубека с декабря 2018 года. В слушаниях участвовал представитель Шрубека Сергей Белоус, представительница Гуш Елена Пацурковская и Корниенко. Жуков вернулся в Беларусь и не смог присутствовать в суде. Третьим лицом со стороны ответчика был признан Денис Семенюк — собственник домена, на котором размещено издание «Справжня варта». Он также не являлся на судебные заседания.

8 июня 2021 года суд перешел к дебатам. Во время своего выступления представитель Шрубека Белоус подтвердил, что Жуков действительно приехал в Харьков, познакомился со бизнесменом и «захотел присоединиться» к его работе над созданием студии звукозаписи, но Шрубек не обещал ему трудоустройство. По словам Белоуса, их сотрудничество «не дало позитивного эффекта». Шрубек сказал об этом Жукову и предложил помочь ему с возвращением в Беларусь. Жуков якобы согласился, но затем его подруга стала требовать у Шрубека деньги за его работу. 

«Собственно, так на свет появились две статьи [Юлии Гуш], — заявил в суде Белоус. — Подчеркну, что распространенная в статьях информация имеет очевидный обвинительный уклон в сторону истца и воспринимается как обвинения истца в совершении преступления или уголовного правонарушения и не может считаться оценочным суждением в понимании статьи 30 Закона Украины «Об информации».

Белоус отметил, что иск Шрубека подтверждается доказательствами: справкой о его несудимости, допросом свидетелей — двоих сотрудников студии, и договором об отчуждении авторских прав, подписанным Жуковым.

Он также прокомментировал доказательства, представленные суду ответчиками. По его словам, представительница Гуш Елена Пацурковская не предоставила суду оригинал справки Международной организации по миграции (МОМ), которая якобы подтверждает, что Жуков стал жертвой торговли людьми. А информация о Жукове на сайте МОМ, на которую ссылалась Пацурковская, не может считаться достоверной, поскольку содержит пометку о том, что она не является официальной позицией организации.

Белоус просил суд не принимать во внимание материалы уголовного производства, открытого по заявлению Жукова, которые истребовали ответчики, поскольку это производство уже закрыто из-за отсутствия состава преступления и подозрение никому не предъявлялось. Кроме того, Белоус назвал недопустимыми и сомнительными скриншоты переписки подруги Жукова с неустановленным лицом, в котором она просит его вернуть паспорт Жукова. 

«Использованные в цитируемых фрагментах спорных статей словосочетания и речевые конструкции свидетельствуют об умышленном перекручивании ответчиками фактических обстоятельств, — говорил в суде Белоус. — Отсутствуют речевые средства, которые давали бы основания говорить об оценочных суждениях. Такие действия ответчиков выходят за рамки реализации права на свободу выражения мысли». 

Белоус добавил, что публикация статей повлияла на деловую репутацию Шрубека и его возможность реализовать себя в музыкальной сфере.  

Максим Корниенко просил суд не удовлетворять иск Шрубека. Он обратил внимание, что Шрубек назвал недостоверной только одну его цитату, используемую в одной из статей Гуш, о том, что Жуков «никогда не ожидал, что в демократической и правовой стране он может пострадать от рабства». 

«Данное выражение по своей сути является оценочным. Никакого подтверждения того, что Андрей Владимирович пострадал от рабства, в высказывании нет. Это мое личное мнение, что он не ожидал пострадать от рабства. Я не утверждал, что он пострадал», — заявил в суде Корниенко.

Он сослался на Закон «Об информации», согласно которому никто не может быть привлечен к ответственности за высказывание оценочных суждений, а также на то, что МОМ, помогающая пострадавшим от торговли людьми, предоставляла помощь и Жукову.  

Корниенко отметил, что свидетели со стороны истца подтвердили, что Жуков не выходил за пределы студии, а Шрубек после публикации статей находился в нормальном состоянии. Кроме того, по мнению Корниенко, свидетели не смогли опровергнуть, что Жуков жил в студии и у него отобрали паспорт.

«Это (иск — Ґ ) — желание [оказать] давления как на меня — как на правозащитника, так и на Гуш — на свободу слова, со стороны Шрубека. Это также мое личное мнение», — добавил Корниенко.

Он отметил, что Шрубек не предоставил документы, подтверждающие, что его слова не были оценочным суждением, и не доказал моральный вред, нанесенный публикациями. 

Представительница Гуш Елена Пацурковская также просила суд не удовлетворять иск Шрубека и заявила, что, согласно Закону «Об информации», никто не может быть привлечен к ответственности за высказывание оценочных суждений и критической оценки фактов.

«Детальный анализ спорных публикаций позволяет сделать вывод, что указанные публикации по своему содержанию содержат высказывания, которые употреблялись именно в переносном значении, то есть являются оценочными суждениями», —  сказала Пацурковская.

Она заявила, что на момент публикации статей Жуков имел статус потерпевшего в уголовном производстве о торговли людьми (статья 149 Уголовного кодекса Украины). Кроме того, на сайте МОМ была опубликована информация о помощи Жукову с возвращением в Беларусь. 

По мнению Пацурковской, Шрубек не доказал, что у Гуш было намерение и злой умысел распространять недостоверную информацию. Гуш не сомневалась в достоверности информации, которую ей предоставил Жуков, отметила Пацурковская. 

Она добавила, что Шрубек не предоставил суду экспертных выводов о публикации и не доказал, что ему и его деловой репутации был нанесен моральный ущерб.

Отвечая на выступления Корниенко и Пацурковской, Белоус отметил, что он все-таки пострадал из-за публикаций — был вынужден уволиться с предыдущего места работы. 

«Если говорить о профессионализме и о кодексе журналистской этике, то опять же он предусматривает баланс мнений. Когда журналист пишет откровенно обвинительную статью, не пытаясь даже при этом получить мнение другой стороны, о журналистской деятельности не может быть речи», — добавил Белоус.

Выслушав стороны, судья Алексей Шарко удовлетворил иск Шрубека частично. Он признал часть информации, опубликованной в статьях Гуш, недостоверной, обязал ее, Корниенко и Жукова опубликовать опровержение, выплатить Шрубеку 40 тысяч гривен морального ущерба — солидарно, и по 1200 гривен судебного сбора — с каждого.

Мотивационная часть решения будет опубликована в судебном реестре после 17 июня. 

Представитель Шрубека Белоус в комментарии «Ґратам» сказал, что он доволен решением суда. Если Шрубек будет недоволен размером компенсации, Белоус подаст апелляцию. 

Представительница Гуш Пацурковская и Корниенко заявили, что будут подавать апелляционные жалобы.

80 відсотків українців вважають, що в суді виграє багатший або більш впливовий
80

відсотків українців вважають, що в суді виграє багатший або більш впливовий

Начальник поїзда про кишенькових злодіїв, дебоширів і повернення поліції в потяги «Скільки пасажирів побито, скільки провідників порізано»

«Скільки пасажирів побито, скільки провідників порізано»

Начальник поїзда про кишенькових злодіїв, дебоширів і повернення поліції в потяги

Раз в неделю наши авторы делятся своими впечатлениями от главных событий и текстов