«Вернемся в Крым, когда этого свергнут» — монолог Александра Кольченко

Александр Кольченко. Фото: Антон Наумлюк, Ґрати
Александр Кольченко. Фото: Антон Наумлюк, Ґрати

По возвращении в Украину анархист Александр Кольченко вместе со всеми освобожденными заключенными отправились в больницу. Там он встретился с журналистами издания «Ґрати» и рассказал о том, как происходил обмен изнутри, и о своих планах на будущее.

О возвращении

Немного растерянный был. Так много людей, журналистов, все обступили. Ну, примерно так (представлял себе — ред.). Но без деталей.

Перед обменом

Я догадывался. Меня вызвали к операм, сказали, что приехал адвокат, но конечно, никакого адвоката не было. Я спустился, вышел из здания, там уже стояли мои баулы. Мне сказали, что я еду на суд. Понятно было, что нет. Но я думал, либо в другой лагерь, либо на обмен. Два варианта было.

Сначала доехал до СИЗО. Там пробыл вечер, оттуда самолетом в Москву. Там уже был 16 августа.

Когда приехал, меня завели в кабинет, зашел сотрудник…

Сказал мне: «Вы, наверное, представляете, зачем вы сюда приехали».

Достает папку с бумажками и говорит: «Вот образец, пишите».

Я читаю — там прошение о помиловании: «Я, такой-то, такой-то, признаю свою вину».

Я говорю: «Я ничего не буду писать».

Он: «Вы хотите вернуться назад?»

Я говорю: «Мне все равно».

Он такой: «Ладно, вы уже написали». И все, и ушел.

Он мне в конце предлагает: «Покажите свою роспись». Он на меня смотрит как на идиота. Я на него тоже. Вот. Я отказался.

(В камере Лефортово — ред.) все по одному сидели. Полная заморозка, полная изоляция. Я знал, что Клых есть — мы с ним вместе ехали. Ну и знал, что моряки там. Они там давно уже.

Александр Кольченко. Фото: Антон Наумлюк

День обмена

Утром пришли после подъема, принесли там папку с документами. Я расписался. Там справка об освобождении, выдали средства, еще что-то. И все. Принесли баулы и все. Я собрался и затем ждал там, не знаю, час-два-три.

По одному заходили (в автобус — ред.) И увидел всех там. Мы общались. Наряду с каждым ФСБ-шник ехал.

Ни адвокатов, ни представителей, ни представительниц Общественной наблюдательной комиссии (к нам не допускали — ред.). Мне этот сотрудник предлагал написать отказ от визита и с адвокатом, и с Общественной наблюдательной комиссией, но я отказался. Он сказал, что мы там что-нибудь придумаем. Скажем, что вы заболели, или там в бане. Чтобы изолировать.

Когда нас везли уже в автобусе в аэропорт, представитель колонии объявил каждому указ о помиловании.

(О том, на кого меняют, сколько людей — ред.) я не слышал ничего. (Не знал — ред.) кто в списках.

О планах на будущее

Ничего не планировал еще. Продолжить обучение на заочной форме и устроиться работать куда-то. Куда, я не знаю, подумаю еще.

Надеюсь, что (в Крым — ред.) потом вернемся. Когда этого свергнут.

517 ув
517

ув'язнених померли в українських місцях неволі в минулому році

Слідчий поліції про те, як коронавірус заважає розслідуванню вбивств «У таких умовах щось планувати просто неможливо»

«У таких умовах щось планувати просто неможливо»

Слідчий поліції про те, як коронавірус заважає розслідуванню вбивств

Раз в неделю наши авторы делятся своими впечатлениями от главных событий и текстов